Порочный контракт (СИ) - Ковалева Анна - Страница 54

Я слушаю в пол-уха, мечтая скорее добраться до крысы, спрятанной в подвальной камере. Пришла пора платить по счетам.

Какая-то худенькая темноволосая девушка в полупрозрачной одежде приносит нам закуски, расставляет тарелки на столике. Потом отходит на пару шагов и настороженно смотрит на то, как мы едим.

И при виде этой хрупкой фигурки неприятно дергается сердце. Уж очень забитой и напуганной выглядит девушка, буквально шарахается от каждого шороха. Чем-то напоминает мне Юлю, какой та была в больнице.

— Иди, Ясмина, — покончив с едой, Арсен смачно шлепает ее по заднице. — Жди меня в спальне с раздвинутыми ногами. Скоро буду. И не вздумай себя трогать. Узнаю — пальцы отрежу.

— Да, Господин, — послушно шепчет она, пряча глаза в пол, и нетвердой походкой выходит из комнаты.

— Кто это? — спрашиваю, провожая ее мрачным взглядом.

— Это мой бонус, скажем так, — ухмыльнулся Арсен. — Взялся я за один заказ. Спорный и весьма опасный. Вот мне в довесок к деньгам и подарили девчонку. Как личную рабыню. Добрый дядюшка расщедрился.

— Господи, — с трудом мне удалось удержать лицо. — Вот так отдал родную племянницу?

— Пхах, — Арсен допил свое вино и отправил в рот засушенный финик, — для него это лишний рот, а не племянница. Дочь умершего брата, которого ненавидел всю жизнь. Вот и избавился от девчонки, двух зайцев разом убив. И со мной расплатился, и наследство брата себе забрал.

— Понятно.

— Ты только не смотри в ту сторону, — хмыкнул Тагиров. — Любую шлюху тебе достану, какую скажешь, но эту не отдам. Сам трахать буду, пока не надоест. А надоест, чувствую, еще нескоро. Сладкая штучка. Ломать ее один кайф.

— Ладно, пожалуй, пора в подвал. — выбросив из головы несчастную, я встал и направился в сторону подвала.

— Пойдем провожу.

— Кто здесь? — в панике вскрикивает девушка, как только я захожу в комнату. Она сидит в углу, руки скованы наручниками, а на глазах надета темная повязка.

Я делаю условный знак, и человек Арсена сдергивает тряпку с лица и силой усаживает дрянь на стул.

— Что, узнала? — спрашиваю, как только мы остаемся одни.

Судя по тому, как искажается от ужаса размалеванное лицо, она меня узнала. Сразу вся сжалась. И поняла, зачем я пришел.

— Паша, где он? Что вы с ним сделали?

— Паша, говоришь? — оскалился я. — А про свою подругу спросить не хочешь? Ту, которую Юлиана зовут? Ту, чьи документы ты использовала, чтобы подписать контракт у Стрелецкой.

— Она дала свое согласие, — злобно сверкнув глазами, вскинулась сука. Куда только страх делся? Даже будучи припертой к стенке продолжала врать. — И вообще, это Юля нашла агентство Стрелецкой. Это была изначально ее идея.

— Да ну? А подробнее? — сделал я заинтересованный вид.

И следующие десять минут слушал тонны грязи, которыми она поливала Юлю. Старалась утопить, как только могла. Девка совсем завралась, забыв включить последнюю извилину, пытаясь выгородить себя и своего дружка.

— Хорош врать! — грохнув кулаком по столу, заорал я. А потом схватил за горло и слегка придушил. И почти сразу начал усиливать давление, все больше сжимая ладонь на тонкой шее.

— Я не вру! — заверещала Мария и почти сразу же начала задыхаться. Лицо побагровело, а после начало синеть.

И хотелось бы мне ее удушить, как змею, но нет, это будет слишком мягко.

Поэтому в самый последний момент пришлось остановиться. И потом смотреть как она хрипит и пытается отдышаться. И как только лицо этой шлюхи приобрело нормальный цвет, я кинул ей конверт.

— Любуйся!

— Нет…

— Любуйся, я сказал! — для убедительности я достал пистолет и передернул затвор. — Иначе сдохнешь прямо сейчас.

С минуту Мария тряслась, смотря в черное дуло, а потом схватила конверт и вытащила стопку фотографий. И тут же завизжала как недорезанная свинья.

— Нееет! — причитала она, глядя на то, что осталось от тела Гревякина. — Нет, это не правда!

Минут десять она истерически орала, а потом ее просто вырвало на те самые снимки.

И было от чего, ребята Арсена разделали ублюдка как кабана на скотобойне.

Только после наглядной демонстрации казни, у этой придурочной начали шевелиться мозги.

Она поняла, что ее ждет и наконец-то начала говорить правду. После того, как ее немного привели в порядок и почистили комнату, мы продолжили разговор.

Только вот мне стало ещё гаже. В этой грёбаной суке не было ни капли раскаяния. Ни Юлю она не жалела, ни своего мертвого ёбаря. Хотя заявляла о своей неземной любви к нему.

Но нет, боялась она лишь за свою шкуру, и жалела о том, что попалась. Потому, поняв, к чему все идет, она упала на колени и подползла ко мне. Заливаясь слезами и размазывая сопли по лицу.

— Не трогайте меня, пожалуйста!!! Я всё, что угодно сделаю, всё, что угодно. Я хочу жить!!! Пожалуйста, хотите контракт отработаю? Юля же то еще бревно, толком не умеет ничего. Как монашенка была. Потому и парень её бросил. Кому же понравится трахать полено? Я же всё умею, всё, что захотите — сделаю…

— Да??? — схватил суку за волосы и подтащил к себе — А ты уверена, что потянешь? Мои вкусы очень специфичны.

— Да, да, да, — как болванчик закивала Маша. — Минет. Классика, анал, римминг, фистинг— все, что пожелаете.

Тьфу, блядь. Теперь меня чуть не вырвало. Прикасаться к этой шмаре было противно, но надо было дойти до конца.

— Тогда вставай, — рявкнул я.

Дальше Маша послушно встала и позволила мне вздёрнуть её руки вверх, прицепив к крюку, свисающему с потолка. Так, чтобы ступни лишь кончиками пальцев касались пола.

Даже почти не вздрагивала, когда я ножом разрезал остатки одежды и пинком ботинка заставил расставить ноги пошире.

— Жди, я сейчас, — бросил напоследок, выходя из комнаты.

— Ну что? — Тагиров ждал меня в коридоре в компании своих ребят.

— Можешь запускать парней, — махнул я рукой. — Пусть не жалеют, эта сука та еще извращенка. Только смотри, чтоб не сдохла быстро.

— Идите, — повинуясь хозяину, шестеро парней зашли в пыточную, и через пару минут оттуда раздались дикие вопли. А Арсен повел меня наверх. — Не переживай, как наиграются ребята, я эту шваль переправлю в турецкий бордель. Для особых клиентов… Жалеть будет, что сразу не пристрелил.

— Самое то, — пожал ему руку и передал толстый конверт с налом. — Это тебе за труды.

— Благодарю, брат. Благодарю от души…

— Ну, какие новости? — вернувшись от Тагирова, я смыл с себя в душе грязь, вонь и кровь подвала, а затем спустился в кабинет.

Где меня уже ждал Воронцов с докладом о Юле.

Да, я сволочь, мудак, подонок, но я так и не смог ее полностью отпустить.

Сначала упорно держался, даже слежку не приставил. Просто ушел и оставил Юлю одну, как она и просила. Хотел дать ей время на то, чтобы оправиться. Психотерапевт, с которой я разговаривал, советовала именно это. Не тревожить, не давить, не нервировать.

Вот я и отошёл в сторону, выжидая. А когда Валя передала ключи от квартиры — меня накрыло. Поняв, что Юля исчезла, я рассвирепел и разнес пол-дома.

А потом напился так, что еще сутки похмельем маялся. И только после начал рыть по всем направлениям.

Первым делом отправился к Стрелецкой, решив выяснить, что за игру та ведёт.

— Да какая игра, Стас, — прокаркала старая карга. — Жалко мне стало девчонку, вот и решила немного помочь. Дать ей шанс на новую жизнь подальше от тебя.

— С каких это пор тебе кого-то жалко, Катя? — снисходительно усмехнулся. — Ты все делаешь только ради выгоды.

— Раз в год даже палка может выстрелить, — невозмутимо пожала она плечами. — Вот, считай, и у меня совесть ненадолго проснулась.

— Я сам мог дать Юле все необходимое.

— Только ей от тебя ничего нужно не было. — метко подметила она. — Ни копейки бы не приняла.

Да уж, Юля наглядно это продемонстрировала. Она оставила все чеки в квартире, показывающие куда дела мои подарки, и что сделала с вырученными за них деньгами.