Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Хилл Сьюзен "Susan Hil" - Страница 1325

Глава двенадцатая

Я – никто. А ты – ты кто?[423]

Эван Паркер был мертв – для начала. В этом сомнений быть не могло. Джейк видел некролог трехлетней давности. Он даже изучил мемориальную страницу в интернете, содержавшую, ни много ни мало, воспоминания дюжины человек, знавших покойного, и они, судя по всему, пребывали в шоке. Найти эту страницу снова не составило труда, и Джейк ничуть не удивился, увидев, что новых записей там не появилось:

Но у него, похоже, не было близких друзей или любимого человека, «второй половинки». Что нового мог Джейк узнать из всего этого?

Что Эван Паркер был спортсменом в средней школе. Что у него были «трудности» и «демоны» – возможно, это одно и то же? – по крайней мере, в какой-то период, а потом, видимо, снова. Что Эвану и его семье «не позавидуешь». Что Эвана помнил как минимум один студент Рипли. Насколько хорошо они были знакомы? Настолько, чтобы Эван ему рассказал о своей экстраординарной писательской идее? Настолько, чтобы тот теперь переживал о «краже» его недописанного романа?

Студент Рипли указал на мемориальной странице лишь свое имя: Мартин. Джейк смутно помнил кого-то с таким именем, но, к счастью, у него в компьютере все еще хранился реестр студентов Рипли за 2013 год, и он открыл электронную таблицу. Рут Стойбен едва ли за всю свою жизнь прочла хоть один рассказ или стихотворение, но она свято верила в порядок и отчетность, а потому в таблице, помимо адреса, телефонного номера и электронной почты каждого студента, указывалась форма его творчества: «Б» (беллетристика) или «П» (поэзия).

Единственным Мартином оказался некий Мартин Перселл из Южного Берлингтона, штат Вермонт, и рядом с его именем стояла буква «Б». Но, даже найдя его страницу в фейсбуке и увидев там уйму фотографий с его улыбчивой физиономией, Джейк его не узнал – возможно, по той причине, что этот Мартин учился в другой группе или просто был неприметным типом, возможно, даже для преподавателя, искренне заинтересованного в своих студентах, чего никак нельзя было сказать о Джейке. Единственными студентами из той его группы, которых он запомнил, помимо Эвана Паркера, были парень, намеревавшийся переписать «Отверженных» Виктора Гюго, исправив его «ошибки», и та самая любительница «спелых дынек». Имена и лица остальных студентов – что за третий, что за второй, что за первый год – напрочь стерлись у него из памяти.

Джейк предпринял глубокое погружение в мир Мартина Перселла, прерываясь только на то, чтобы заказать и поесть курицу из ресторана «РедФарм» и обменяться парой десятков сообщений с Анной (в основном о свежих закидонах Рэнди Джонсона и о поездке в Порт-Таунсенд, которую она планировала на выходные), и в результате выяснил, что этот парень работал школьным учителем истории, владел пивоварней, болел за «Ред Сокс»[424] и обожал классическую калифорнийскую группу «Иглс»[425]. Кроме того, он был женат на некой Сьюзи, активно вовлеченной в местную политику, и отличался неуемной страстью к демонстрации своей семейной жизни, в основном своих детей и гончей по кличке Джозефина. Но никаких упоминаний о писательских начинаниях Перселла – ни о его знакомых писателях, ни просто о любимых писателях или книгах – Джейк не нашел. Другими словами, не считая ссылки на колледж Рипли в его сведениях об образовании, ничто не намекало, чтобы Мартин Перселл вообще читал книги, не говоря о том, чтобы писать их.

У Перселла было, страшно сказать, 438 фейсбучных друзей. Могли ли среди них быть люди из числа студентов Симпозиумов Рипли по очно-заочной программе на степень магистра изящных искусств 2012 или 2013 годов? Джейк вернулся к таблице Рут Стойбен и нашел там полдюжины имен из списка друзей Перселла, после чего принялся прочесывать их профили. Хотя совершенно не представлял, что именно хочет найти.

Джулиан Зиглер, адвокат из Западного Хартфорда, занимавшийся главным образом недвижимым имуществом и работавший на фирму с шестью десятками других зубастых адвокатов, нарочито маскулинных и нарочито белых. Совершенно незнакомое лицо.

Эрик Джин-Джей Чанг, иностранный резидент и гематолог в Женской больнице Бригама.

Пол Брубэкер, «писарь» накладных, из Монтаны. (Новый Виктор Гюго!)

Пат д’Арси, художница из Балтимора; Джейк мог поклясться, что никогда ее не видел. Полтора месяца назад Пат д’Арси опубликовала крохотный рассказик на сайте малой прозы под названием «Средостение». Среди множества поздравлений было одно от Мартина Перселла:

Группа Симпозиумов.

Оказалось, что есть такая неофициальная группа выпускников, в которой с 2010 года делились своим творчеством, информацией и сплетнями очно-заочники Рипли. Джейк стал проматывать ленту: поэтические состязания, горделивое признание об отказе в публикации от «Литературного обозрения Западного Техаса», новость о грядущем издании дебютного романа гибридным издательством из Бостона, свадебные фотографии, встреча поэтов-выпускников 2011 года в Браттлборо, читка в художественной галерее в Льюистоне, штат Мэн. И вот, в октябре 2013 года, замелькало имя «Эван».

Просто «Эван». Ну конечно. Джейку стало ясно, почему он не нашел эту группу по запросу «Эван Паркер». Ничего удивительного – всем, знавшим его лично, было достаточно одного его имени. Эван, бравый добытчик похищенной открывашки. Эван, сидевший на семинарах, сложив руки на груди. Такого говнюка запомнит каждый.

(Это написал все тот же Мартин Перселл, выпускник Рипли 2011–2012 гг.)

«Что ж», – подумал Джейк.

Это недвусмысленно подтверждало его подозрение, вызванное словами «внезапно», «трудности» и «демоны».

Зажужжал телефон – сообщение от Анны.