Современный зарубежный детектив-14.Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Хилл Сьюзен "Susan Hil" - Страница 680

— Пощадите, Софи! Давайте сперва минутку передохнем, поболтаем просто так. Успеем всем этим заняться.

Софи рассмеялась. Как он любил ее солнечный смех! Она заметила на столе пачку сигарет:

— Можно одну?

— Ну конечно! — Самюэль открыл пачку и протянул ей.

Она вытащила сигарету. Самюэль поспешно поднес ей зажигалку.

— Спасибо. — Она выдохнула белый завиток.

— Нечасто приходится видеть, чтобы вы курили, Софи. Вас что-то беспокоит?

Софи отметила, что клиент неплохо ее знает. Подумала было рассказать ему о ночном происшествии, но не стала. Ответила уклончиво и перевела разговор на нейтральную тему.

11 час. 30 мин., в Стеклянном доме.

Скоро выезжать в Сен-Тропе. Арпад как раз грузил чемоданы в машину, когда позвонил его друг и партнер по сквошу Жюльен Марте:

— Проект в Коста-Рике вырисовывается быстрее, чем я думал.

Жюльен вкратце описал ему планы и назвал несколько цифр.

— Возможно, кто-то из моих клиентов заинтересуется, — заметил Арпад. — Я сейчас не в офисе. Можно перезвонить тебе в понедельник?

— Без проблем. И у меня есть кое-какие документы, могу тебе скинуть на почту, если хочешь.

— Очень хочу, только лучше на мою личную.

Они распрощались, и через пару минут Арпад получил от Жюльена имейл с официальной брошюрой — подробным проектом застройки. На картинке в компьютерной графике красуются будущие здания с видом на море. В преамбуле, обращенной к иностранным инвесторам, расхваливаются преимущества и прелести Коста-Рики.

Арпад внезапно представил там себя: солнце круглый год, вечерние походы на пляж с детьми. В последнее время ему хотелось перемен. Нужно было собрать себя заново. Он мог вложить в этот проект личные средства. Возможно, эта инвестиция поможет ему начать новую жизнь.

Он со своим маленьким семейством поселится в Коста-Рике на берегу моря. Он замечтался… А что скажет Софи?

Как раз в эту минуту Софи вернулась, оторвав Арпада от грез.

— Все хорошо? — с любопытством спросила она, выходя из машины. — Ты вроде в каких-то раздумьях…

Он поцеловал ее и прижал к себе:

— Я мечтал.

— О чем?

— О том, как мы поедем в отпуск.

— О! И куда же мы поедем?

— Я думал про Коста-Рику.

— Pura vida![209] Недурно.

Он решил больше пока ничего не говорить про Коста-Рику. Незачем будоражить Софи мыслями о новом переезде.

— Чемоданы в багажнике, — сказал он, — можем двигаться.

Они сели в машину Арпада. Оставалось только забрать детей из школы — и в путь на юг Франции. Софи взяла мужа за руку. С ним она чувствовала себя в безопасности. Выходные пойдут им на пользу.

17 часов.

Машина Браунов катила по Провансу. Еще часок пути, и они будут в Сен-Тропе.

В Женеве Грег и его команда сбрасывали в раздевалке тяжелое снаряжение. Они целый день обеспечивали охрану главы некоего государства, прибывшего на международную конференцию. Сперва сопровождали высокопоставленное лицо от трапа самолета до здания аэропорта, потом препроводили его в ООН и, наконец, в оцепленный по такому случаю отель «Интерконтиненталь». Грег координировал все операции и проявил особо высокие командирские качества. Его даже прочили на смену начальнику всего подразделения быстрого реагирования, которому оставался год до пенсии.

Грег уже собирался уходить, когда ему сообщили, что его ждут. Инспектор уголовной полиции хочет, чтобы он расписался на рапорте об операции. Это была Марион Брюлье. Грег провел ее в главный холл полицейского управления.

— Так что там с рапортом?

— Это от тебя зависит.

Марион смотрела ему прямо в глаза, и он даже пошатнулся. Сейчас она вышла из роли полицейского, и Грег подумал: «А ведь она еще совсем молоденькая». И ему это скорее нравилось. Сколько же ей лет? И тридцати еще нет. Все в ней было желанным — литое тело, свежесть, свобода. Он раздевал ее глазами и видел все то, чего у Карин больше не было.

— Сходим выпьем чего-нибудь? — предложила Марион.

Грег взглянул на часы:

— Я бы с удовольствием, но мне пора бежать.

— Что ж, партия откладывается, — решила Марион. — Не хочешь дать мне свой телефон? На случай, если…

— Если что?

— На случай, если мне понадобится рапорт.

Он продиктовал свой номер телефона. Перед уходом Марион сказала:

— Кстати, без балаклавы ты гораздо лучше.

Грег прекрасно понимал, что ступил на скользкую дорожку. И не только с Марион.

Перед тем как вернуться домой, он обошел Стеклянный дом. Арпад оставил ему запасные ключи. Брауны уехали, путь свободен.

Он отлично знал, чем займется на выходных.

9 час. 36 мин.

Опустошив ящик с алмазами, Бейсболка бросился в подсобку ювелирного магазина, где они удерживали заложников.

— Уходим, — очень спокойно сказал он сообщнику. — Только проверю, свободен ли путь.

Балаклава кивнул. Бейсболка пошел незаметно оглядеть улицу через витрину.

Напряжение нарастало.

Выйти из ювелирного магазина и удрать — самый опасный момент ограбления.

6 час. 30 мин. утра.

Арпад и Софи заканчивали утреннюю пробежку по парку Бертрана в Шампеле. Вернувшись в квартиру на авеню Эжена Питтара, они переоделись и собрались на работу. Обычный день, такой же, как все. И все-таки… Впервые за пять лет, с тех пор как Арпад сбежал из Сен-Тропе, ему предстояло взглянуть в лицо судьбе.

В то утро они дошли до Старого города и позавтракали в забегаловке на площади Бур-де-Фур. Разговор вертелся вокруг скорого отпуска. На это лето они еще ничего не планировали. Все отели были уже забронированы, надо поторопиться.

— Куда тебе хочется? — поинтересовалась Софи.

— На пляж, — ответил Арпад. — На Средиземном море.

— Но куда именно? На Сардинию? В Испанию?

— Честно говоря, понятия не имею.

— Ладно, у вас день на размышления, месье Браун. Вечером решим.

Они встали из-за стола. Арпад заметил, что все официанты и посетители смотрят на них. Они приковывали к себе взгляды. Словно в них было что-то неотразимое.

Каждый пошел к себе на работу.

Софи спустилась по улице Фонтен и направилась к своей адвокатской конторе на улице Роны. Арпад видел, что прохожие невольно оборачиваются и смотрят ей вслед. Он прекрасно понимал, что алчные взоры устремлены не на них обоих, а на нее. Именно ее замечали, именно ее узнавали.

Ее окружала какая-то магнетическая аура, какое-то сияние, которого сам он был лишен. Во всех предыдущих любовных связях в лучах прожектора был как раз он. Но она его затмевала — настолько, что иногда он с трудом находил себе место рядом с ней. Единственным его утешением оставалась мысль (и он ненавидел себя за нее), что он зарабатывает значительно больше. Ее контора находилась еще на старте, а он в банке, со своей зарплатой, бонусом за эффективность и премией в конце года, купался в роскоши. Но всякий раз, беря в руки кредитку, спрашивал себя, чего ему больше хочется — доставить удовольствие ей или подбодрить себя.

До работы — частного банка на улице Корратри — он дошел пешком. Ему нравилось красивое историческое здание, его роскошные интерьеры. Он поднялся на четвертый этаж, в отдел по работе с клиентами из Франции, Бельгии и Люксембурга, поздоровался с патроном, Патриком Мюллером, и прошел к себе в кабинет.

Переехав в Швейцарию пять лет назад, в сентябре 2007 года, Арпад подвел черту под двумя большими периодами своей жизни. Первый он провел в Лондоне, где родился и вырос. Отец его был англичанином, мать — швейцаркой. Отец работал пилотом в авиакомпании «Бритиш Эруэйс», мать — на крупном фармацевтическом предприятии. Второй этап был короче и протекал в декорациях Сен-Тропе.