Невеста генерала Грозы (СИ) - Мишина Соня - Страница 45

Глава 39

Звездопад

Как и обещал, Гроза ждал меня у крыльца — в своей драконьей ипостаси. Стоило мне появиться на пороге в своем охотничьем костюме, как он встрепенулся, опустил крыло, предлагая взобраться к нему на спину.

― И куда мы полетим? — спросила я, усаживаясь поудобнее и хватаясь руками за два из четырех рогов, украшающих огромную драконью голову. Эти два рога были загнуты назад, словно специально, чтобы наездницы могли за них цепляться во время полета.

― Ты видела только парадный дворец Императора, Ри, — прогудел дракон, набирая высоту. — А я хочу, чтобы ты увидела второй. Тот, куда допущены только сами драконы, их наездницы и наследники.

― И нас там накормят? — напомнила я о хлебе насущном.

― Ты же не думаешь, Тыковка, что я способен забыть о своем обещании? — В низком, утробном голосе дракона мне послышалась явная усмешка.

― Тогда я жажду увидеть все, что ты пожелаешь мне показать! — решила я.

― Уверена? — Теперь Гроза уже даже не пытался скрыть игривые нотки.

― Ты что-то задумал… — Озвучила я догадку.

― Сама согласилась! — Рыкнул мой дракон, и его рыку вторили раскаты грома — далекие, басовитые, похожие на ласковое урчание.

Мы поднялись на высоту птичьего полета. В темном ночном небе не было ни облачка. Только звезды сияли ярко и остро, и золотился окруженный тонким искристым кольцом полумесяц.

Мы летели все быстрее. Поднимались все выше, двигаясь точно к ночному светилу, и вдруг… С неба начали падать звезды — одна, вторая, третья! Не то чтобы я раньше никогда не видела падающих звезд, но никогда — сразу столько и так близко!

― Гроза? Это ты… устроил? — подозрительно спросила я.

― Ты о чем? — Мой дракон притворился, что не понимает, о чем речь.

― Звездопад. Твоих рук… лап дело? — Я восторженно подпрыгивала на драконьей спине и крутила головой, стараясь не пропустить ни одной вспышки.

― Немного магии, — скромно признался Гроза. — И знание звездного неба. Так бывает, когда дракон счастливо влюблен. Кстати, мы почти на месте. Снижаемся.

Звездный дождь поредел, а внизу, под драконьими крыльями, распростерся величественный и прекрасный парк-сад с фонтанами, в центре которого красовался не слишком большой по драконьим меркам, но очень красивый дворец, сложенный из белого искристого камня, который будто светился сам по себе.

Дворец имел форму квадрата, в центре которого виднелся внутренний двор, а каждый из четырех наружных углов венчался башней с посадочной площадкой на верхушке.

Гроза ловко и аккуратно сел на площадку одной из башен, дождался, пока я спешусь, и обернулся мужчиной.

— Это Северная башня, — пояснил он, беря меня за руку. — Считается, что она дозорная, как и остальные три. Но, по правде, они довольно давно заброшены. И, если бы я не поддерживал некоторые заклятия, эта начала бы разрушаться.

Он подвел меня чуть ближе к краю:

― Хочешь осмотреться?

― Еще бы! Никогда не видела такой красоты! — Я с восторгом любовалась и парком, подсвеченным фонариками, и видневшимися из-за деревьев крышами со шпилями.

― А там что? — указала я на них рукой.

― Там — Имперская магическая академия, — обняв меня со спины, ответил Гроза. — Кузница магических кадров для войск и государственных служб. И заодно — центр магической науки и исследований.

― Хорошее дело, — я с удовольствием вдыхала аромат моего генерала, свежий и острый, как воздух после грозы, и согревалась его теплом. — Пожалуй, я была бы рада, если бы мои младшие туда поступили. Если, конечно, у них достанет способностей.

― Поступят, — пообещал мой генерал. — Если обнаружится дар определенной силы и направленности. А теперь идем, а то угощения остынут.

Гроза подвел меня к внутреннему краю посадочной площадки, где обнаружилась винтовая лестница, опоясывающая башню. Мы спустились по ней всего на половину витка, и перед нами оказалась дверь, пройдя через которую, мы очутились в странном месте. Я и не думала, что такие бывают.

Это было похоже на комнату, у которой убрали наружную стену. Ночной ветерок шевелил полуистлевшие нити старых гобеленов, на которых угадывались сражения с драконами, и доносил аромат ночных цветов из парка внизу. Воздух был напоен тишиной, пылью веков и… ароматами жареного мяса!

Сама комнатка была почти сплошь заставлена и завалена старьем: ящиками с полустертыми надписями «военный резерв», старинной мебелью, тяжелой и солидной, выцветшими знаменами и коврами. Несколько ковров лежали на полу один поверх другого, а по краям громоздились подушки разных форм и размеров.

По центру ковра стоял низкий круглый стол с угощениями. При виде еды, выставленной на нем, я чуть не захлебнулась слюной! Потому что тут было все, чего могла пожелать моя неизбалованная изысками фантазия: мясистые ребрышки, пара поджаристых птичьих тушек, запеченные овощи и свежайшие тонкие хлебные лепешки.

― Разделишь со мной ужин, моя леди? — подводя меня к столику, спросил Гроза.

― Ты еще сомневаешься, мой генерал? — усмехнулась я и с удовольствием уселась на широкую плоскую подушку.

Генерал устроился на такой же слева от меня.

― Фруктовый сидр, — наполнил два высоких кубка и один передал мне. — Из моих личных запасов.

― И за что мы выпьем? — поинтересовалась я, вдыхая чуть резковатый сладкий аромат.

Гроза на несколько мгновений задумался. Потом проговорил тихо:

— Раньше я думал, что сила — в умении обрушить на врага ураган. А оказалось, величайшая сила — в умении его усмирить. За тебя, Тыковка. За ту, что сумела оседлать бурю.

Я стукнула своим кубком о его, глядя ему в глаза.

— Чтобы у этой бури всегда было, ради кого стихать, — прошептала я. — За нас.

― За нас, моя леди.

А потом мы, наконец, занялись ужином. И, надо отдать должное Грозе, — он и сам ел с аппетитом, и не забывал позаботиться о том, чтобы моя тарелка ни на миг не пустела.

― Хотела бы я знать, с какими специями запекали эту птицу! — обгладывая крылышко, вздохнула я, уже насытившись, но продляя удовольствие.

― Будут тебе специи. Целый мешок. Впрочем, ты же не для себя, а для своего немаленького семейства? — усмехнулся генерал.

― Да… Ты упоминал, что был в Горнфельде. Расскажешь, как они там?

― Разумеется! — Гроза отодвинул опустевшие блюда, долил сидра в кубки и вдруг полез куда-то к себе за пазуху. — Я привез не только отчет о рубежах. Твой отец велел передать тебе это. Сказал, что карта теперь должна быть у тебя. И… кое-что еще, что ждало тебя пару сотен лет.

― Карта? Послание? — не поверила я. — Значит, ты подружился с моим семейством? После наших ссор мне думалось, что ты просто выполнил наказ Императора. Из чувства долга.

― Из долга? — Мой генерал беззлобно хмыкнул. — Приказ, конечно, был. Но я и сам хотел понять — кто ты. Какая ты — настоящая? А для этого постарался разобраться, в какой семье ты выросла.

― И в какой же? — Я точно знала, что стыдиться своей семьи у меня нет никаких причин, а потому весело приподняла одну бровь и игриво ткнула Грозу кулаком в плечо.

У Грозы потеплели глаза — хотя, казалось, куда уж больше?

— Твой отец — кремень. Настоящий воин. Он… — Гроза на мгновение запнулся, подбирая слова, — он почти заплакал, когда узнал, что ты участвуешь в отборе. Заявил, что всегда знал: его дочь — героиня!

― Да! Отец — самый сильный и смелый среди тех людей, что я знаю! — подтвердила я. — А мама?

― Твоя мать вручила мне в дорогу полмешка вяленого мяса и лепешек. А твои сестренки, — он вдруг смущенно улыбнулся, — самые-самые младшие, с косичками… все норовили потрогать мои сапоги и спросить, правда ли я «такой же большой дракон, как папина башня».

Я, разумеется, умилилась, представляя малышек, с детской искренностью и непосредственностью цепляющихся за генеральские ноги.

― А твои братья, Маурик и Ферст, помогали мне укреплять рубежные заклятия. Мы сумели очистить и зарядить самый пострадавший менгир, — продолжал откровенничать Гроза. — Они настоящие мужчины, Альриана. Твой отец может ими гордиться!