Рыжая на его голову (СИ) - Сурина Лилия - Страница 19

- А это тот самый балкон! Ну, где Джульетта ждала своего Ромео, и он потом залезал к ней по виноградным лозам.

- И ты веришь в этот миф? Их же на самом деле не было, выдумки Шекспира, - разглядываю старинный дом и балкон, который уже давно бы развалился от времени. Но надо же туристов чем-то привлекать.

- Не романтик ты, Шмелев, - отодвигается от меня Данька, так и хочется зарядить себе по лбу. – Да, может и не было. Но люди верят, и толпами сюда приходят. И я верю, что такие влюбленные и юные были во все времена. Ты просто не любил никогда.

- А ты? Любила? Раз веришь.

Она странно смотрит в мои глаза, и молчит. Потом встает со скамейки, отходит к окну, а я любуюсь ее ладной фигуркой. Девчонка даже не подозревает, какие чувства вызывает во мне. В моем лексиконе появилось еще одно слово – красивая. И нежная.

- Мои подруги уже влюблялись в мальчиков, - не поворачивается от окна, даже интересно становится, что там увидела такого. – Я видела это, и поэтому верю.

- Самой не хочется влюбиться? – встаю позади нее, вздрагивает от неожиданности.

- Ну… нет, в моих планах нет места этому чувству. Я себя адекватно оцениваю, никто не позарится на такое убожество. Поэтому – окончу школу и пойду учиться на детского врача.

Она серьезно сейчас? Никто не позарится? Я видел, как отвисали челюсти у парней, когда она рассказывала им о своем городе, о себе. Чуть слюни не пускали. Я понял, нам, мужикам не важна красота лица. Важно кое-что другое. Мне еще сам человек важен. Вот ей я бы доверился полностью, не глядя. А Егоровой нет, обхожу ее десятой дорогой уже, несмотря на то, что она считается красоткой во всех смыслах.

- Данька, ты классная, не загоняйся так, - пытаюсь приободрить девчонку, коряво, но вижу улыбку на милом лице.

Ну вот, еще одно слово в копилку. Милая.

- Ты хотел посмотреть, какой я флайер? Я нашла видео с выступления команды черлидеров.

- О, супер!

Возвращаемся на скамейку и я смотрю видео. Это и правда супер, Данька взлетает легко и непринужденно, делает разные трюки с точностью, доверяя своим базам. А вот это мне уже не нравится, в базах у нее два мощных парня, которые с легкостью ее выбрасывают высоко вверх. Потом она балансирует на одной ноге, делая ласточку, и база почти без усилий держит девчонку на вытянутой руке.

- Да уж, - возвращаю ей смартфон.

Слов больше нет, перед глазами качок, который ловит мою Даньку в свои объятия, и они улыбаются друг другу.

- Тебе не понравилось видео? Ты снова хмуришься, - переживает птаха, виновато заглядывая в мои глаза.

- Ты классный флайер, я круче и не видел. Мне не нравится твоя база. Это мужики, качки, блин, - моя рука сама сжимается в кулак, бью по своему колену, недавняя травма отзывается резкой болью, переходя в пульсирующую.

- И что? – она правда не понимает или прикалывается сейчас?

- И то. Обычно это просто сильные девушки из команды, а не…

- Это мальчики из параллельного класса, не мужики, просто в хорошей физической форме, - поясняет спокойно, а я так и вижу, как грабли «мальчиков» стискивают талию Даньки, касаются ее бедер под короткой юбкой. - Тренер специально поставил их на соревнования. А так они баскетболисты, на обычных матчах мы не делаем трюков с поддержкой, просто танцуем с помпонами, поддерживая команду. Эти двое еще и гимнасты. Хорошие мальчики.

- Хорошие мальчики?! – вскакиваю, отходя от девушки.

Она объясняет с такой пылкостью, ее глаза горят и сверкают, румянец заливает лицо. Мое сердце ускоряется, адреналин зашкаливает в крови. Даже когда забиваю шайбу не испытываю таких взрывных эмоций. Смотрю на нее, а мерещатся другие картинки, взрослые и откровенные.

- Тебе плохо? Ну-ка присядь… - хватается за мое запястье, считая пульс. – У тебя тахикардия… надо что-то делать.

- Слово какое мудреное, - смеюсь, впитывая тепло ее хрупких пальчиков. – Не надо ничего делать, пройдет.

- Я много слов знаю уже, из медицины, готовлюсь поступать в мед вуз. И правда, проходит.

Она не поняла, что волнует меня, вызывает жгучую ревность. Ладно, пусть пока ни о чем не подозревает, маленькая еще. Обеденный перерыв у доктора подходит к концу и у кабинета начинают собираться другие больные, с замотанными рукам-ногами, со снимками и медицинскими картами. Я вхожу первым и быстро освобождаюсь, доктор не находит ничего серьезного.

Покупки тоже делаем в режиме турбо, главное, что я знал местонахождение нужных магазинов. Заодно покупаю и сумку, похожую на ту, которую попортил в первый день, и блузку, изорванную из-за меня.

- Зачем сумка? – смеется Данька, крутясь перед зеркалом, примеряя вещь к себе. – Ты же уже рюкзачок купил.

- Не помешает. И ты забыла, что я в первый день в школе испортил твою сумку.

- Спасибо! – идем на выход, и Данька белкой скачет вокруг меня, не дает взять ее за руку. Похоже, ее возбуждает шопинг, приходится припугнуть.

- Не угомонишься – поцелую.

Это действует, смотрит на меня с опаской и затихает, шагает рядом, вцепившись в обновку. Сумка ей понравилась.

У нас есть время до работы Даньки, решаюсь показать ей город, хоть немного, чтобы знала – наш город ничем не хуже Вероны. Ездим на байке по всяким паркам и мостам, она восхищается красотой памятников и цветниками, потом приезжаем на смотровую площадку над морем.

- Ух! Какое оно бескрайнее! – восхищается мелкая, голос так и звенит.

Девушка раскидывает руки в стороны, на манер сцены в «Титанике», стоя у самых перил. Кажется, будто мы на корабле, подхожу сзади и встаю вплотную. Не выдерживаю, обвиваю стройный стан руками. Данька поворачивает голову и серьезно смотрит мне в глаза, но ничего не говорит. Так стоим долго, наблюдая за яхтами и катерами вдали.

- А дельфины здесь есть? – спрашивает задумчиво, прижавшись спиной ко мне. – Вот если туда, далеко, поплыть на катере?

- Моряки говорят – пойти, - поправляю ее, усиливая объятия, насколько это возможно.

- Ну, пойти. Хочу посмотреть на дельфинов.

- Завтра нет тренировки, можем поехать в дельфинарий. В море вряд ли встретишь их, если только очень далеко забраться. И то не факт.

Смотрю на часы, времени только на то, чтобы сгрузить покупки дома и доехать до ледового. Как не хочется отлипать от сладкой девчонки, приходится сделать это, ничего не поделаешь.

Глава 23

Даниэла

Мы целую неделю гуляли, выкраивая время между школой, моей работой и тренировками Глеба. Я ему нравлюсь, это видно, по его поступкам и прикосновениям, по взглядам. Нет, руки не распускает, не наглый совсем, скорее добрый и чувствительный, даже заботливый.

И я влюбилась…

Все мысли о моем Страйкере, все улыбки ему. Не слышу, что объясняет учитель, машинально рисуя цветочки и сердечки в черновике, вспоминая наши свидания. Я снова будто лечу на каруселях в парке развлечений, сцепившись с ним руками, или сижу рядом с Глебом в кинотеатре, на премьере любимого мультсериала, или гоняем на байке по берегу моря.

Даже вечером не расстаемся, переписываясь в соцсети. Ему все интересно про меня знать, а мне про него, болтаем до ночи, пока не вспоминаем, что нам в школу утром идти. Глеб заезжает за мной, я прячусь за занавеской и жду этого момента, а потом любуюсь парнем. Он снимает шлем, ерошит русые волосы в нетерпении, поглядывая на мои окна. Сердечко мое сладко замирает, а потом ускоряется.

Лиза Егорова перестала обращать на нас внимания, даже не смотрит в нашу сторону. Это радует и успокаивает, смирилась, что ей не стать девушкой Глеба. И у меня появилась уверенность в будущем. Я окончу школу без помех, уже не одинока. Одноклассники приняли меня тоже, все чаще вовлекают в свои разговоры, приглашают пойти куда-нибудь. Даже «торнадо-чики» заинтересовались моим черлидерским прошлым, просят рассказать или показать упражнения и трюки, которым я научилась в итальянской школе.

Как только прозвенел звонок, и одноклассники с воплями умчались на перемену, Шмелев тут же пересел на место Риты. В классе только он и я, и солнечные лучи, в которых роятся пылинки, сталкиваясь.