Рыжая на его голову (СИ) - Сурина Лилия - Страница 26

- Зачем Риту ко мне подослал?

- Когда?

- Тогда? Идиота не строй.

- А… тогда. Некогда мне было бегать и вылавливать тебя, видал сколько приперлось, толпа целая. Вот я Миронову и выцепил, чтобы Данькину просьбу передала.

- Даня тебе сама сказала?

- Нет… ща.

Ден копается в смартфоне, выискивая смс, потом показывает мне, написано с незнакомого номера, и подписано – Даниэла.

- Да с чего ты решил, что это от нее? Номер левый вообще, - отдаю мобильник, понимая, что и друга моего провели. Ладно, хоть так, не предатель.

Просиживаю два урока, пялясь на стул, где всегда сидела Данька. Еще рано искать ее, но на третьем уроке не выдерживаю. Химия как раз идет, я в инете смотрю, где ближайшие клиники, не мог же отец увезти птаху на другой конец города. Их всего три, объеду все, не трудно.

- Шмелев, может ты уже поприсутствуешь на уроке? – вопит Марго, раздражая меня еще больше. – Дай сюда телефон, мешаешь всему классу.

Вместо того, чтобы подружиться с сыном мужа, она только бесит, с каждым днем все больше, напоминая Егорову, только в два раза взрослее. Чтобы не сорваться снова, встаю и подхватываю рюкзак, выходя из класса.

- Шмелев! Я твоих родителей в школу вызову, - несется вслед, мне даже смешно.

- Да зачем, Маргарита Сергеевна, вот перед сном, когда с моим отцом в койке встретитесь, прям все и выложите ему, какой его отпрыск идиот, не слушается. Далеко ходить не придется, - огрызаюсь, глядя, как вытягивается лицо учителя. – А я мешать классу не буду, и глаза вам мозолить тоже.

Я ухожу под одобрительный смех класса, но на душе так фигово, вот нечем гордиться. И я хочу поскорее увидеть мою рыжую девочку, обнять ее. Еще пару месяцев назад думал, что у меня иммунитет на все эти ми-ми-ми, видел, как парни из команды пускают слюни на девчонок, как мурзятся, вьются возле них и откровенно ржал. Пока сам не попался. Даже немного понимаю отца. Против такого сложно устоять.

Даньку нахожу во второй клинике, девушка в приемном покое выдала мне халат и бахилы, сказала куда идти. Подхватил пакет с гостинцами и букет нежно-розовых роз, помчался на второй этаж. В коридорах заплутал малость, пришлось спрашивать дорогу у старенькой уборщицы, наводящей чистоту.

- Да вот за угол заверни и прямо первая дверь будет палата двести двадцать один, - улыбнулась старушка, оглядывая меня и задерживая взгляд на цветах. – Я пол домою и вазу принесу, там девочка лежит, такая хорошенькая.

Я киваю, соглашаясь и тороплюсь к моей девочке. И нахожу ее в унынии, шмыгает носом, отвернувшись к стене. Присаживаюсь возле нее на кровать, чувствуя вину. Данька чувствует мое присутствие и быстро оборачивается, отодвигаясь к стене. Удивлена, разглядывает меня, будто я с другой планеты.

- Привет… - протягиваю букет, но она не берет его, тогда кладу ей на колени, прикрытые одеялом.

- Глеб… почему ты не в школе? – говорит простуженным голоском, так жаль птаху.

- Потому что должен поговорить с тобой, увидеть тебя. Я соскучился… А ты чего ревешь?

- Да я так… - тонкий пальчик дотягивается до лепестков и гладит их. Ласкает. Дане понравился букет, просто показывать не хочет. – Я все знаю, не нужно мне ничего объяснять.

- Что именно знаешь? То, о чем подумала, когда увидела в комнате…

- Нет, - перебивает меня, не хочет вспоминать. – Про очередную подставу Лизы, про то, как ты ее чуть не задушил. Ребята едва могли тебя оттащить от нее.

- Отлично, тогда обними меня, - протягиваю к Дане руки. Но она отворачивается. Достает из-под подушки смартфон и протягивает его мне. – Что это?

- Читай, под фото…

На фотке Егорова и на ее шее следы от пальцев, будто кто-то обхватил ее шею рукой и сжал изо всех сил. Бред, я видел ее шею час назад, там только два небольших пятна, похожих на засосы, один под скулой, второй чуть ниже уха.

В смс написано – «Я сняла побои, и если ты все еще с Глебом, то я иду писать заяву в полицию после уроков. Жду ответа». И чуть ниже – «Он свободен, не претендую»

- Это очередная подстава от нее! – моему возмущению нет предела. – Нет у нее таких следов на шее, я сам видел сегодня. Ты мне не веришь?

- Верю, - спустя несколько секунд шепчет Данька, а в глазах снова слезы. – Но все равно уходи.

- Ну почему? Дань, пусть пойдет, подаст заяву, посмотрим, как у нее это получится, - хватаю маленькие ладошки, они обжигают холодом, ледяные совсем.

Грею их в своих руках, глядя, как капают крупные чистые слезы, срываясь с бледных щек девушки. Измучил я ее.

- Я больше не хочу… Пока я не приехала, у тебя было все хорошо. А сейчас я будто детонатор, как только Лиза видит нас вместе, начинает устраивать козни, ты же не можешь сдерживаться. Да, тогда ты ее не придушил, а дальше? Что будет дальше? Ты не сдержишься и убьешь ее или покалечишь, и окажешься в тюрьме? А как мне дальше жить? Мне так страшно, Глеб…

Она убирает свои руки под одеяло. А я не выдерживаю и вскакиваю с кровати. Оглядываю одноместную палату со всеми удобствами, не понимая, зачем й здесь находиться, одной. Хочу взять малышку на руки и унести к себе домой. Вызвать врачей, простуду можно и самим вылечить. Но она не хочет быть со мной. Ладно, сделаю, как она хочет. Ведь ревет не зря, ей обидно и расставаться не хочет. Соскучится, и через неделю-другую сменит свое решение.

- Вчера мама звонила, она приедет за мной, когда выздоровею. Я возвращаюсь в Верону, - упавшим голосом произносит, всхлипывая.

- Ну ок, бороться с этой лохудрой не будем. Лучше разъедемся – ты в Верону, я в столицу, раз на то пошло, - завожусь, но тут же осаживаю себя. – Дань, а если я дам тебе слово больше не трогать Егорову? И я найду способ, чтобы отбить у нее желание пакостить нам. Я придумаю что-нибудь, дай мне неделю. Прошу тебя, птаха, я все решу… - снова сажусь на край кровати, но Данька дуется, молчит.

- Уходи…

Я ухожу, но для себя решил, что не отпущу Даньку в Италию. Я лучше заберу ее в столицу, сниму ей там жилье. Школа есть и там, какая разница, где учиться. Можно на дистанте даже. Или вместе переведемся в другую школу, в соседний район. И я придумаю, как поставить Егорову на место.

Глава 30

Даниэла

Ушел… Сама прогнала. Слезы струятся по щекам, не могу их сдерживать и даже не пытаюсь. Прижимаю букет к груди, прячу в нежных бутонах мокрое лицо, пережидая, когда в груди перестанет что-то стонать и поток соленый иссякнет.

Глеб…

Мой страйкер…

Но лучше так, чем он сорвется после очередной выходки Лизы и попадет в тюрьму, если покалечит ее, или еще чего хуже. Она глупая, не понимает, насколько все серьезно, и как легко можно переломать наши жизни.

Достаю смартфон, нахожу фотографии и любуюсь тем, кто украл мое бедное сердечко. Какой он красивый, и веселый, ему идет улыбка, а глаза… летнее небо поселилось в его глазах. В эту минуту понимаю, что никогда не забуду свою первую любовь.

За дверью раздается шум и в палату входит санитарка, со шваброй и ведром в руках. Она несет и небольшую стеклянную вазу, наливает воды из крана и ставит емкость на подоконник, потом поворачивается ко мне, с улыбкой глядя на мой букет.

- Давай в воду поставлю, а то помяла уже красоту, - говорит дружелюбно, и я протягиваю ей цветы. – А пакет чего тут валяется? Разберешь? Подать тебе его?

- Да, давайте, - принимаю увесистый пластиковый пакет с логотипом сети местных маркетов.

Вытаскиваю из него сразу пять шоколадок, на любой вкус и две протягиваю старушке, та сначала отнекивается, но потом принимает гостинец. Старушка помогает мне раскладывать гостинцы, фрукты в ящик тумбочки, пирожные собралась унести в холодильник, велит подписать и поставить дату.

- Помыть тебе яблочко? – спрашивает, я отказываюсь, тянусь за коробкой с персиковым соком.

Так приятно, что Глеб все это принес. Думал обо мне, значит.

- Ты чего шмыгаешь? – любопытничает санитарка, привыкла выведывать истории у своих подопечных. – Такой парень к тебе приходил, красавец! Жених?