"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 1005

— Если вправду Вязальщица, то это редкостная удача, нам повезло.

— Не спешите радоваться раньше времени, Ваше Высочество.

— Что вас смущает?

— Всё! Сам рисунок вхождения личностной матрицы в инфополе мира… я такое сама не встречала ещё и о подобном даже не читала нигде! Всё вывернуто шиворот-навыворот, всё не то, не так, всё наперекос. Так не бывает!

— Дыру по Грани латать надо, вот что я скажу. А некому.

— Вы на что намекаете? — ощетинилась Хафиза.

Молчание. Тихий голос, упавший почти до шёпота, но каждое слово всё равно понятно:

— Вы едва не потеряли её… под самым своим носом упустили. Никакой гарантии, что не упустите снова и с куда более серьёзными последствиями, нет. Дыру надо латать, и чем быстрее, тем лучше. Заодно точно узнаем, Вязальщица она или нет.

— Ваше Высочество… — гневно начала Хафиза.

— Тише. Она проснулась.

Хрийз села на постели, опёрлась спиной о спинку.

— О какой дыре вы говорите? — спросила она.

Но она прекрасно знала о какой. О той тьме, что сочилась через окно в её собственную комнату. Магическая драка со съехавшим с катушек упырём нарушила равновесие между внутренней и внешней границами мира, образовалась прореха. И её срочно требовалось залатать.

Тьма колыхалась чернильным озером, горбясь скобками огромных волн. Она больше не вызывала страха, она просто была. Как свет или сумерки. А где-то за нею жило, дышало, ворочалось нечто жаркое и серое. То, чего следовало опасаться по-настоящему.

— Всё просто, — объяснила Чтагар. — Тебе нужно сделать латку. Я подержу, а ты сплети основу.

— Как? — в панике спросила Хрийз.

Этого Чтагар не знала.

— Я много раз видела, как работают Вязальщицы. Они делают так, — она неопределённо прищёлкнула пальцами, — и от края возникает нить, которую надо сплести. Ты же делала когда-нибудь обыкновенную штопку?

— Очень давно. На носках. Так у меня иголки нет! — и внезапно пришла идея. — А руками можно?

— Тебе — да.

Хрийз осторожно протянула руку. Прислушалась. Туман взвихрился, прилипая к пальцам. Он словно понимал, что ему хотят помочь. Странное было ощущение. Как будто прикасаешься к живому, страдающему от боли существу, и оно понимает, что ты пришла помочь…

Вспомнились уроки макраме на школьных уроках труда. Учительница любила такие поделки, и учила девчат. А дом остались кашпо, сплетённые благодаря таким урокам. И серая 'книжная' сова, в академке и со стопкой книг под лапой. Сова висела напротив овального зеркала, на узкой стене между коридорной дверью и дверью в кухне. Хрийз помнила, как плела её. Полгода убила, между прочим!

Пальцы сами свернули туманную нить и завернули её узелком 'фриволите'.

— А что это? — полюбопытствовала Хрийз. — Эта… тьма. И то серое, что за нею?

— Покров внешний, — неохотно отозвалась Чтагар. — За ним — Хаос Изначальный, рождающий и поглощающий миры. Ты шевелись, не отвлекайся. Прорвётся в прореху, мало не покажется. У нас здесь и так… проблемы.

Проблема обозначилась в лице давешней хозяйки светящейся сети. Только сети при ней теперь не было. Зато сама она выглядела свирепо и страшно.

— Чтагар! — гневный рык поколебал туман, и он разошёлся волнами, увеличивая тьму.

Хрийз едва поймала выскользнувшую из пальцев нить.

— Не бойся, — бросила ей Чтагар. И обратилась к незваной госте вполне мирно:

— Здравь будь, Ахла Мичрафана.

— Убирайся!

Туман дёргался, обретая самые разные — жуткие! — формы.

— Собираем своё, не посягаем на чужое, — так же мирно отвечала принцесса. — В своём праве.

— А кто это? — не удержавшись, тихонько спросила она у Чтагар.

— Страж Грани… другого мира, — очень неохотно ответила та. — Молчи… не лезь… без тебя тяжело. Делай дело.

— Убирайся!!!

Потом, пытаясь вспомнить увиденное и услышанное, Хрийз так и не сумела сложить полную картину. Словно быстрый поток пронёсся между Чтагар и Ахлой. Поток менял формы, шумел, раскатисто ворчал. Вроде бы он состоял из табуна единорогов со всадниками… или кентавров? Или кого-то ещё, сказочно чудовищного и чудовищно сказочного. Память не удержала яркость красок и ярость чувств.

Но Ахла отступила. Похоже, она не рассчитала собственные силы и поняла, что драка окончится не в её пользу. Кто пришёл на помощь Чтагар? Патрульные? Кто-то ещё? Эти единороги или кентавры или кто… Кто это был, что это было?

Потом Хрийз узнает, что высшие маги — существа соборные. Они словно бы сложены из нескольких различных личностей и тел. И потому могут вести бой на многих уровнях сразу, особенно там, где отсутствуют чёткие измерения и правила — в междумирье, на гранях обитаемых вселенных. Чтобы убить такого мага, необходимо уничтожить все его сущности до единой. Смерть его на конце иглы, а игла в яйце, а яйцо в утке, а утка в зайце, а заяц в сундуке, а сундук стоит на высоком дубу, а дуб тот царь Кощей пуще глаз своих бережёт… Такова была примерная формула процесса. С поправкой на то, что дуб, сундук, игла и утка — единое целое, которое попробуй ещё разделить для начала…

Хрийз чувствовала бешеную мощь, клокотавшую вокруг. Чтагар и эта Ахла явно ненавидели друг друга. Ненавидели самозабвенно, с упоением, вкусом и глубоким чувством. Но сила в этот раз оказалась на стороне Чтагар. Ахла отступила, утратила спесь, обрела отчётливый человеческий силуэт…

… а как на бабушку похожа, если издалека смотреть…

… Хрийз побоялась озвучить возникшие чувства даже в мыслях.

— Долго возишься, — бросила ей Ахла.

Хрийз вздрогнула, хотела было ответить, но Чтагар отмахнулась ладонью, и слова не родились.

— А ты поучи, как сделать быстрее, — вежливо попросила принцесса.

— Смотри, дитя, — Ахла усмехнулась, и повела рукой, сплетая из тумана нить и узлы на ней, — это делается так…

Она дунула на получившийся элемент плетёнки, и тот поплыл сквозь туман. Чтагар вскинула ладонь, пропустила подарок сквозь пальцы и передала Хрийз. Она взяла.

Узелки приятно охладили разгорячённую ладонь. И развернулись в знание.

— Спасибо, — тихо поблагодарила девушка.

Чтагар и Ахла могут сколько угодно ненавидеть друг друга. Это к делу не относится. Но Хрийз не понравилась лёгкая улыбка, возникшая и мгновенно испарившаяся на лице чужой Стражницы.

Вот чёрт, что же теперь делать? Не использовать полученное нельзя, так действительно пойдёт быстрее. А использовать — беды не вышло бы. Впрочем, можно ведь изменить основу. Узелок-'ягодку' на 'листик'. 'Звёздочку' на 'камешек'. Туман вплетался в узор, заволакивая собой черноту, моргающую далёкими серыми звёздами изначального хаоса. Всё это воспринималось отвлечённым сном, да, скорее всего, и было сном, ну не глупость ли, плести макраме из тумана…

… а где-то там, далеко-далеко, горели свечи между зеркалами…

… последний 'капуцин' кисточкой. Пора!

Хрийз отпустила полотно. И шагнула за него до того, как оно приросло к туманной ткани Грани изнутри.

Здесь всё так же шла дорожка из деревянных мостков, и блестело под скрытым солнцем далёкое море. Вот только лодочки уже не было у причала, и не было упыря. По правую руку вспыхнула сеть. Хрийз смотрела на неё, смотрела, и вдруг начала узнавать узор, который оплёл тогда скалу Парус и вновь разделил слившиеся на мгновение миры. Неужели?..

— Ты!

Ахла оказалась рядом, на расстоянии вытянутой руки. В совершенно бешеном виде. Хрийз в испуге отступила назад, просьба застряла в горле. Нашла к кому обратиться! Это страшное, опасное существо при ближайшем рассмотрении напоминало вовсе не бабушку, а того самого упыря, едва не сожравшего душу. Ой, мамочки! Верните меня обратно, в родную Службу Уборки, бачки мусорные чистить! Я никогда больше, никогда…

Просверк оранжевого огня просёк пространство, швырнул в сторону. Поток с единорогами хлынул волной, обретая формы. Сеть вспыхнула, прокачивая через себя чудовищную мощь запредельной силы…