"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 1052

И снова Сихар еле удержалась от резкого слова. Но Эрм легко прочёл выражение её лица.

— Могу позвать господина сТруви, — нехорошо улыбнулся он.

— С ума сошёл?! — выдохнула целительница, теряя всю свою невозмутимость.

Эрм слегка развёл ладони жестом 'а какие тогда вопросы?'

— Девочка — Вязальщица, Сихар, — объяснил он. — Ты не хуже меня знаешь, что это такое и что оно значит.

-

Всё? Заговорил обо мне в третьем лице, значит, всё? Хрийз посмотрела на свои руки. Тягостный и неприятный разговор завершался, это радовало. Сказано было не всё, но что именно осталось за кадром, трудновато было осознать. Что-то неуловимое. Что-то ещё. Связавшее в один узел Эрма, Сихар, Жемчужное Взморье и саму Хрийз.

— Простите, господин Тахмир, а можно спросить?

— Спрашивайте, — кивнул Эрм.

— Что означает 'натянуть на сеть'?

— Устоявшееся выражение, — усмехнулся Эрм. — Означает 'воспользоваться чьим-либо невежеством к своей выгоде'.

Хрийз стиснула вспотевшие ладони. Но не отступила:

— В чём же оно было, моё невежество?

— В лёгкости, с какой вы подписались на контракт с семьёй Црнай. Данное слово есть магический контракт, нарушить его без серьёзных последствий не получится. Вам придётся отработать год и исполнить взятые на себя обязательства. Прошу заметить, так решил не я, а ваш опекун, сШовчог Хафиза Малкинична. Все вопросы к ней. Если она пожелает ответить, разумеется.

— А в чём выгода семьи Црнай? — спросила Хрийз напряжённо.

— Узнаете через год. Когда контракт утратит силу. Принцип меньшего зла: если вы узнаете сейчас суть контракта, — об условиях которого не удосужились даже спросить в момент соглашения! — есть риск, что контракт вы всё-таки расторгнете. И тем очень сильно себе навредите.

— Заботитесь обо мне, как славно! — не выдержала Хрийз.

— Именно, — Эрм не купился на подначку. — Те, кто знает, будут молчать — по нашему с госпожой Хафизой прямому повелению, каковое нарушить никто не посмеет. На будущее: не бросайтесь собственным словом. Вам много дано, это ко многому обязывает. Слово мага, пусть даже юного и пока ещё совсем бестолкового, обладает весом, иногда значительным.

Замечательно. Теперь ещё дурочкой обозвал! Злые слёзы вскипели сами собой. Раслин дрогнул, отзываясь упругим отражением…

Эрм вынул из кармана блокнот с карандашом, черкнул пару строк, оторвал лист и подал ей.

— Держите.

— Что это? — опасливо спросила Хрийз.

— Рекомендация старшему библиотекарю Сосновой Бухты. Здесь две книги, которые вменяю вам в обязанность изучить к концу года. Не рекомендую откладывать, книги толстые и сложные, через год спрошу.

— А если я не успею за год? — спросила Хрийз, принимая листок.

— Я подумаю, что с вами сделать, — серьёзно пообещал Эрм. — В любом случае, что бы ни придумаю, вам это не понравится. Что-то ещё?

— Да, — сказала Хрийз. — На кого я, по словам вашего друга, Пальша Црная, похожа?

Ответил не сразу. Но всё же ответил:

— На мой взгляд… — свёл кончики пальцев, помолчал, — На мой профессиональный взгляд, не стоит придавать слишком уж большого значения этому сходству. Когда человек уходит порталом смерти в другой мир, навсегда уходит, без права возврата, на его место тоже приходит душа из другого мира. Необязательно из того же самого. Из любого мира, но обязательно такая, которой дóлжно заполнить образовавшуюся пустоту. Но, в любом случае, эта душа — другая. Просто другая, и всё. Несмотря на некоторую схожесть. У вас свой путь и свой рисунок жизни в нашем мире, госпожа Хрийзтема. Об этом, пожалуйста, не забывайте.

Эрм встал, кивнул Сихар, потом вспомнил что-то и обернулся к Хрийз:

— И ещё. Раслин собирает и копит любую энергию, но всё же остерегитесь кормить его злостью. Себе дороже выйдет, поймёте потом почему…

И ушёл.

— Ты Эрма слушай, милая, — со вздохом сказала Сихар. — Он — сильный маг, многое пережил, он знает.

— Вы про энергию разрушения? — спросила Хрийз.

Снова вспомнилась гигантская волна, заслонившая солнце. Только вместе с картинкой толчком пришёл страх: как будто сама стояла там, стояла, смотрела и осознавала, что вот это — всё, это — конец, и спасения не будет…

— И про это тоже, — кивнула Сихар. — Деяния Эрма велики и ужасны, долгими вечерами их пересказывают друг другу шёпотом, как злую басню, чтобы пугать детей. Но дочь у него только одна. Пойдём, милая, — ладонь у Сихар была сухой и горячей. — Пойдём, ты ещё не вполне здорова, тебе надо отдохнуть…

В пруду снова шлёпнуло: золотые кистепёрки продолжали игру…

На третий день разрешили вставать, на четвёртый — гулять по территории клиники. Над внутренним кварталом клиники стоял погодный полог, но за пределами магической защиты тоже стояло тепло. После короткого циклона снова вернулись ласковые солнечные дни. Бабье лето…

Хрийз бродила между древних реликтовых сосен, собирала шишки, крутила их в руках. Увидела стайку грибов, вылезших из-под слежавшейся прошлогодней хвои: тугие боровички с коричневой шляпкой на белой ножке, как их рисуют в детских книжках. Собрать бы их, да на сковороду. Девушка почти учуяла запах горячего растительного масла, картошки и поджаренных до румяной корочки лука и грибных шляпок. Эх, не судьба…

Парк вышел к морю косым обрывом. Дохнуло солью, йодом, выброшенными на берег водорослями, слабый ветерок тёплыми пальцами погладил щеку. Вода и ветер неустанно размывали склон, но сосны цеплялись за жизнь отчаянно. Их корни, одеревеневшие, в белых разводах морской соли, мощно впивались в песок, не желая сдаваться. Под некоторыми из них можно было встать в полный рост…

Внизу, по самой кромке прибоя, шли двое. Хрийз узнала Эрма и старого Црная, а через некоторое время ветер донёс их голоса. Девушка проворно отступила, спряталась среди корней одной из сосен, искренне надеясь, что никто из идущих наверх не посмотрит. Им обоим не до того, чтобы глазеть по сторонам, заняты, отношения между собой выясняют. Пусть идут себе мимо…

Но ухо чутко ловило не предназначенные ему слова.

— Ты что же, всерьёз думал, — сердито выговаривал Эрм, — взял блаженную, и обезопасил себя? Как бы не так.

Ответа Црная Хрийз не расслышала, а вот слова Эрма снова восприняла очень чётко:

— И что она утратит в таком случае? Парочку своих иллюзий. Всего лишь. Что, не ждал? И я не ждал. Фиалка моя всё удивлялась, как стремительно меняются люди. Чуть отвернёшься, и тот, кому верил как себе, бьёт в спину исподтишка…

— Нож воткнул, — угрюмо отозвался Црнай, — незачем проворачивать его.

— Пошёл ты на…, — буднично сообщил ему Эрм.

— Как хочешь…

Тахмир не ответил. Смотрел на море, ветер трепал его красноватые волосы. Црнай стоял, смотрел на него, наверное, хотел что-то ещё сказать, и думал как. Не сказал больше ничего. Развернулся, пошёл в воду, нырнул и скрылся под волнами. Как не было его. Эрм выждал некоторое время. Затем безошибочно нашёл взглядом дерево, под которым пряталась Хрийз, и добродушно предложил:

— Спускайтесь, госпожа Хрийзтема.

Хрийз выбралась из своего ненадёжного укрытия, обречённо пошла вниз, оскальзываясь через каждые два шага.

— Всё слышала? — добродушно спросил Эрм, когда подошла поближе.

Девушка совсем потерялась от пристального взгляда изжелта-зелёных глаз.

— Я… я не специально… — залепетала она, тихо ненавидя собственное растерянное блеяние.

— Я знаю, — отмахнулся он. — Что-нибудь поняла?

Хрийз покачала головой: нет.

— Верю.

Он покачал в ладоне камушек, неизвестно как оказавшийся в пальцах, размахнулся и кинул его в ласковые волны. Камушек полетел над водой — чпок-чпок! — и на третьем чпоке утонул.

— Никогда не получалось, — пояснил Эрм. — У некоторых умельцев скачет до сотни, лично считал. А у самого… эх. Может, попробуете?

Хрийз замотала головой. О чём он, какие камни?!

— Как хотите. Я забыл добавить к тем двум книгам начальную военную подготовку. Пусть ваша подруга, как её…