"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 1061

— Бабушка… — сорванным голосом прошептала Хрийз.

Мираж распадался, истаивал в снежной круговерти, пропадал. Мгновение, и его не стало. Зато из ветра и снега соткалась принцесса Чтагар. Хрийз ничему уже не удивлялась.

— Надумала уйти? — дружелюбно спросила Чтагар. — Так не уходят.

— Пустите меня! Сейчас же! — крикнула Хрийз.

Крик её поколебал воздух и на миг снова вызвал зазеркальную картину, но — только на миг. Порыв ветра опрокинул Хрийз на лёд, а снег стремительно затушевал видение.

— Я — Страж, — тихо пояснила Чтагар, не двигаясь. — Я сохраняю, я берегу. Прости. Ты слишком далеко зашла, осенний цветок. Не можешь вернуться, уйди правильно. Не позволю рвать тонкие ткани моего мира в клочья.

— Я прослежу.

Из метельной круговерти соткался Ненаш. Отчего-то здесь он выглядел внешне ещё младше, чем на самом деле. Хмурое бледное лицо, кулаки в карманах куртки…

— Нагурн, ты? — показалось, или в голосе Чтагар прозвучало облегчение. — Не твой вроде черёд.

— Не мой, — согласился Ненаш.

— Смотри. Случится что, — зови.

Случится — позову, — серьёзно отозвался он.

Хрийз смотрела на них, не понимая ничего в их разговоре. Что они друг друга давно знают, было ясно, а больше ясным не было ничего.

Чтагар исчезла. Ненаш протянул руку:

— Пойдём…

— Куда? — спросила Хрийз, не торопясь вставать.

— В реанимационную к целителю Ичкраму или за Грань, к новому рождению. Куда пожелаешь.

— Я хочу домой! — выкрикнула Хрийз, и злые слёзы проступили на веках. — Домой! На Землю! К бабушке! В Геленджик! Отпустите меня!

Ненаш молча качнул головой: нет. Хрийз поняла, что подробностей не дождётся. Поднялась, — с трудом. Холод пробирал до костей и до мозга костей. Стеной шла метель, сбивая дыхание.

— Чёрт, — не сдержалась Хрийз, — почему здесь так холодно?..

— Потому что ты умираешь от переохлаждения, — спокойно пояснил Ненаш.

— Две дороги, говорите? — зло спросила она. — Не может быть, чтобы не было третьей!

— Есть и третья, — не сразу отозвался Ненаш. — Инициация.

— Боже! — выдохнула Хрийз, осознав сказанное. — Нет! Я читала дневники Фиалки Ветровой; нет!

Ненаш чуть пожал плечами.

— Здесь, на Грани, у тебя больше времени, чем в яви, но всё же и оно ограничено. Ты можешь выбирать, пока умирает твой мозг. Потом выбора не останется. И из трёх возможностей останется всего одна.

— Если я вернусь на домой

— Вернётся твоя душа. Возможно. Возможно, нет. Останется здесь или уйдёт ещё в какой-нибудь мир. У меня нет власти над междумирьем и порталами смерти. Ни у кого такой власти нет.

— Что же мне делать? — спросила Хрийз. — Я хочу домой!

— Я — Проводник, — тихо ответила метель голосом Ненаша. — Я исполню твой выбор. Любой выбор. Но поторопись. Вскоре выбирать станет не из чего.

Хрийз молча глотала сухой холодный воздух. Выбор, он сказал. Назад, в проклятый мир зелёного солнца. Вперёд, к смерти и новой реинкарнации. Какой-то буддизм с шамбалой, в которые Хрийз никогда не верила, но если припомнить те смутные обрывки, что задержались в памяти, хорошего на этой дороге не жди. А попроситься к Ненашу в младшие… Лучше умереть.

— Ненаш, — окликнула Хрийз и, внезапно испугавшись, что он ушёл и оставил её одну, закричала — Ненаш!

— Я здесь, — отозвался тот.

— Я хочу вернуться, — сказала Хрийз. — В больницу. Обратно.

— Пойдём, — сказал Ненаш. — Дай руку…

Она очнулась в вязкой влажной тёплой темноте, рывком, внезапно. Судорожно вдохнула, с трудом, ощущая боль в съёжившихся без воздуха лёгких, почувствовала тонкую трубку в носу и услышала голос целителя Ичкрама:

— Вот тебе кислород. Дыши.

'Милая', поневоле дополнила память. Но голос, хоть и очень похожий, всё же был не тот. Не вспомнить, какому имени принадлежал 'тот' голос. Губы спеклись, не разомкнуть. Пережитое на Грани уходило в былое, теперь уже навсегда.

Я буду жить. Жить…

Хрийз вздохнула и провалилась в целительный сон.

Глава 16. Порт Лава

Темната вокруг держалась кромешная. Ни проблеска света. Так не бывает. Свет есть всегда. Даже в самой глубокой темноте всегда найдётся что-то, что позволит глазу различить контуры мира. Какой-нибудь слабенький, на грани видимости, луч света. От луны, от уличных фонарей, от светлячков, наконец. Ничего подобного сейчас не было. Мрак был настолько плотен, что его, казалось, можно было нащупать пальцами.

Лёгкое прикосновение к запястью. Целитель Ичкрам.

— Как себя чувствуешь?

— Лучше, — ответила Хрийз. — Спасибо…

— Ты находишься в госпитале на территории военно-морской базы Островов Порт-Лава, — пояснил Ичкрам. — С тобой желает поговорить наш командующий. Ответишь на его вопросы?

— Да…

— Хорошо. Сейчас он подойдёт…

Как будто 'нет' они, целитель и этот адмирал или кто он там, приняли бы к сведению.

Адмиралом оказался тот самый тип, которого Ненаш назвал сЧаем. Кто бы сомневался. Сказано же тебе, глупой, — судьба.

— Это ваш нож?

Хрийз почувствовала ладонью тепло инициированного клинка.

— Мой…

— Ваше имя Хрийзтема?

Не было смысла настаивать на прежнем имени. Оно здесь не звучало, оно принадлежало никому, господин Тахмир ясно это показал.

— Да.

— Как интересно, — судя по голосу, ему вправдо было интересно. — Я слышал об одной Хрийзтеме…

— О дочери княжеской? — спросила Хрийз, не удержавшись от эмоций.

— Нет. О той, что помогла схватить спятившего Сивурна.

Отпираться было бессмысленно. Если Хрийз что-нибудь понимала, то история со спятившим Мальграшем будет аукаться ей долгие годы.

— Это я, — ответила девушка.

— Рад знакомству.

Вот что именно было в этом голосе? Сарказм? Насмешка? Или действительно радость? Или всё вместе, и что-то ещё, не определимое сходу? Хрийз живо вообразила себе оранжевую физиономию с усами, какой запомнила с лета. Дорого бы девушка дала сейчас, чтобы оказаться как можно дальше от этого типа! Он её пугал до одури. Ненаш, черти б его взяли, не мог к другому кому в гости привезти… И тут же плеснуло в душу виной: Ненаш сделал всё, что мог, не его вина, что у подопечной такие проблемы с его друзьями.

— Как вы оказались в открытом море?

— Я хотела сократить дорогу, — ответила Хрийз. — Замёрзла, идти было далеко, и я подумала…

— Вы спустились с причала на лёд? — недоверчивый вопрос.

— Да. Мне казалось, так будет быстрее, чем возвращаться на набережную. По набережной получался огромный крюк. Хотелось срезать путь напрямую.

Молчание. Вязкая тёмная тишина, заполненная неодобрением.

— Разве вы не знали, что рядом с поселениями часто встречается береговой волк?

— Нет.

— Почему? — удивление, недоверие, — эмоции командующего воспринимались красными сполохами на фоне бесконечной тьмы.

— Я в Жемчужном Взморье недавно. Всего с осени… Я не знала о волках.

Огни на берегу, под полотнищами северного сияния, Жемчужное Взморье. Память ещё держала визуальную картинку, но краски уже начали выцветать в нереальность…

— Когда вы поняли, что вам угрожает? — бесстрастный допрос продолжался.

— Не знаю точно… Я задумалась, шла по льду… потом увидела, что иду не туда. Потом увидела… полосу такую на горизонте. Долго стояла, пыталась рассмотреть. Потом ветер донёс… лай. Я побежала…

Ужас пережитого всколыхнулся тёмным озером. Чёрным озером на чёрном же фоне кромешной слепоты. И тут же тёплая ладонь накрыла пальцы, поддержала, отодвинула в сторону паническую атаку. Ичкрам… Его молчаливое присутствие воспринималось как небольшое солнце. 'Он у тебя лучший',— сказал тогда Ненаш…