"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 699

К счастью, гости увлечены выступлением артистов и ничего не замечают.

Зато замечает Ян и моментально оказывается рядом:

— Синьорина, всё в порядке?

— Да. Чай для гостьи за счёт заведения.

Я хоть и хозяйка, но она леди, по статусу выше. Будь мы тет-а-тет, я бы не слишком беспокоилась о приличиях, однако мы сидим за столиком на террасе, и кто-то невольно увидит. Слухи, что хозяйка не знает азов гостеприимства мне совершенно ни к чему.

Ян приносит чай, ставит его перед леди, легко кланяется сначала ей, потом мне, бросает взгляд на Вредика и отходит.

— Леди, чего же я, по-вашему мнению, не понимаю?

— Вы не можете не знать, что у вашей сестры чувства к герцогу!

— И?

— Помогите им встретиться?

Пазл сложился.

— Леди Жой, почему у меня такое чувство, что вы просите помочь не леди Эшли-Саманте, а себе? Ведь это вам хочется тайной встречи? Давайте уж будем откровенны?

Чашка чая звякает о блюдце, леди Жой стискивает кулаки с такой силой, что костяшки белеют. Я равнодушно наблюдаю за ней.

— Не пойму вас, леди. Стать аристократкой — мечта всей вашей жизни. Вы получили то, к чему стремились. Вам бы думать о том, как сохранить новоприобретённый статус, а вы ищете проблем, леди… Ася. Неужели думали, что я не догадаюсь, кого вижу перед собой?

А кем ей ещё быть? Сюжет не мог поменяться сам по себе, его изменили. И если не я, то вторую переменную в нашем литературном уравнении зовут Талиася, а теперь, после смерти оригинальной леди Жой, Дана-Филиса. Рада убедиться, что Система по-своему честна, Ася получила достойную компенсацию. Ну, по её меркам достойную.

В оригинальной истории Ася довольно быстро выбыла из повествования: совершила преступление, и барон, чтобы спасти свою репутацию, замял дело, а Асю отправил в монастырь. Теперь же вон какие тайны всплывают — Ася стремилась избавиться от сестры не только из-за титула, она тоже влюбилась в герцога. Вероятно, именно из-за него у неё тормоза отказали, ведь раньше она столь активной не была.

— Ты! — она встаёт, будто взгляд сверху вниз ей чем-то поможет. — Я тоже знаю, кто ты!

Я демонстративно морщусь:

— Леди, вы привлекаете внимание. Вы собираетесь раскрыть наш маленький обмен публике?

— Нет, — она садится, несколько раз сжимает-разжимает кулак, зыркает на меня исподлобья. — Почему ты не хочешь мне помочь?

— Помочь в чём? У герцога есть невеста.

— Договорной брак, чувств к невесте он не испытывает, иначе бы не встречался тайно с Эшли.

— Угу. Чувства у него к Эшли. При чём тут ты? С чего ты вдруг решила, что он тебя полюбит? Или ты хочешь их рассорить? Так сказать, «открыть герцогу глаза»? Прости, дорогая, в этом я не участвую. И не надо, пожалуйста, так злобно сверкать глазами. Обмен — не моя тайна.

— Не твоя?

— Наша общая. Я пока плохо разбираюсь в законодательстве Эспарта, но если в общих чертах… Прибегнув к помощи то ли подпольной организации, то ли иностранцев, ты захватила тело почившей леди, присвоила её имя, её положение. Не знаю, как с тобой поступят, но статуса аристократки точно лишат.

— Что же, хорошо. Думаешь, я без тебя не справлюсь?! Ещё как справлюсь!

— Флаг тебе в руки. И раз уж мы откровенны друг с другом, Эшли мне не понравилась, так что мешать я тебе не стану. Но, будь добра, все разборки вне моей территории.

— Ха! — Ася поднимается, поджимает губы. — Спасибо за чай.

— Удачи.

Она тебе пригодится.

Ася уходит. Вредик тотчас ныряет под стол и удирает. Но я не остаюсь в одиночестве. Ян подходит забрать недопитый чай.

— Синьорина, всё действительно в порядке?

— Да. Мелкое недоразумение между девочками, не о чем беспокоиться.

Я допиваю кофе.

Пора встречать менетреля.

Интерлюдия 5 Господин Янер Феликс

Одиннадцатый день, как я не господин Феликс, а простолюдин Альян Дорс, официант в кафе «Ванильный латте». Просыпаться под сопение фамильяра синьорины Тали вошло в привычку.

Вредик… Я с нетерпением жду дня, когда смогу увидеть его сущность, а не пушистую оболочку. Фамильяр должен оставаться подле своего хозяина, а этот дух способен не только уходить на большие расстояния, но и довольно долго не возвращаться. Что-то с ним определённо не так. И с синьориной тоже. На отборе рядом с ней я чувствовал зуд во внешнем слое ауре, как будто где-то неподалёку появилась Льдинка, но здесь, в Кайтере, я больше подобного не ощущаю… Хотя не могу не признать, что чувствую необъяснимую тягу к синьорине. Я просто не могу её игнорировать.

Я спускаюсь на первый этаж.

Пить кофе на восходе тоже вошло в привычку.

Я беру две чашки, ставлю под краник кофеварки. Вот ещё загадка — откуда у хозяйки этот уникальный артефакт? А откуда она знает рецепты? По пустому залу разливается запах кофе. Я дожидаюсь, пока последние капли упадут в чашку и рисую на молочной пенке цветок для синьорины и спиральку для себя.

Расположив чашки на подносе, я выхожу на улицу. Синьорина, как всегда, сидит за крайним столиком террасы, жмурится на восток, встречает встающее из-за горизонта солнце. Золотые лучи играют в русых волосах, отчего возникает иллюзия чистого сияния. Пожалуй, за прошедшие дни я понял, что люди подразумевают под красотой оболочек. Тали красива… Сейчас я не могу видеть её энергетическую структуру, но мне всё равно приятно на неё смотреть. И почему-то мне кажется, что её аура будет ещё более прекрасна, чем её внешняя красота. Как у Льдинки? Я не забыл дочку барона, Тали её затмила.

Я ставлю чашки:

— Доброе утро, синьорина Тали, — пока мы наедине, я могу называть хозяйку «домашним» именем. Когда на завтрак спустятся остальные, мне придётся вернуться к отстранённому «синьорина Катц».

— Доброе, Ян.

Она сократила «Альян», и получилось моё настоящее имя…

Мы молчим, пьём кофе.

И когда последний глоток сделан, я спрашиваю:

— Вам удалось освоить «светлячка»?

Тали умудряется не только руководить кафе, проверять ход строительства, но и учиться в Кайтере. Жаль, я не могу ей помочь. Как я объясню ей свои знания? Если бы у меня было моё зрение, я бы смог увидеть, что именно у неё не получается, направить…

Она улыбается, щёлкает пальцами, и в воздух взвивается золотистая, как солнечный луч, искорка. Я не знаю этого заклинания, тому, кто видит течение энергий, свет и тьма незнакомы, но даже мне понятно, что искорка слаба и почти бесполезна. Много ли она даст во мраке ночи?

— Поздравляю, синьорина.

Тали вновь щёлкает пальцами, и вверх взвивается целый сноп искорок. Они медленно тают, гаснут.

— Вам идёт, — хмыкаю я. Что ещё сказать?

Тали улыбается шире. Значит, мои слова пришлись ей по вкусу. Раньше я недоумевал, люди могут понимать настроение собеседника, ведь оболочки полностью подконтрольны сознанию. Теперь научился… Нельзя исключать, что Тали показывает ложную реакцию, но всерьёз задуматься об этом не получается. Чутьё говорит, что Тали искренна.

Закончу дело, подам в отставку и приду сюда, но уже как гость.

Подарить Тали розы? Пригласить в театр?

— Ян?

— Задумался.

— Надеюсь, о чём-нибудь хорошем?

Тали не ждёт ответа, она умеет быть удивительно ненавязчивой. Она поднимается, сладко тянется, и расслабленность из её позы пропадает. Неуловимое мгновение, и юная синьорина преображается в требовательную хозяйку кафе. Уборщица должна уже закончить приводить в порядок зал, и синьорина Катц идёт проверять её работу. А я вспоминаю, что сейчас я официант. Я ставлю грязные чашки на поднос и несу на кухню.

Начинается рабочий день.

С двумя короткими перерывами и одним длинным, обеденным, рабочая смена длится до самого вечера. Не скажу, что я устаю. Скорее, утомляют скучающие гостьи кафе. Постоянно приходится напоминать себе, что я официант и должен быть гостеприимным и предупредительным.

Даже с почти полностью подавленными способностями, я ощущаю к этим леди и синьоринам удушающее отвращение.