"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 709

А вот и главная героиня…

Она отпускает руку сопровождающего, выходит на ковровую дорожку перед тронным возвышением и склоняется перед королём:

— Благодарю, ваше величество.

Её простое расшитое серебристой нитью бледно-голубое платье ослепляет сдержанной элегантностью.

— Принцесса, вы невеста моего сына, я могу считать вас своей дочерью. Прошу, не будьте столь формальны.

Значит, сейчас самое начало романа?

— Вы очень добры ко мне, ваше величество, — голос у принцессы звонкий, ясный, похож на журчание ручья. — Я тронута вашей заботой.

Так странно наблюдать вживую то, о чём я читала буквально вчера.

— Я не стану говорить много слов. Сегодня праздник в вашу честь, принцесса. Наслаждайтесь.

— Благодарю, ваше величество.

Принцесса грациозно отходит в сторону и застывает очаровательной статуэткой неподалёку от возвышения. Она не может стоять слишком близко, она ещё не вошла в королевскую семью, но и не должна стоять слишком далеко, всё же её статус выше, чем у всех стоящих в зале аристократов.

Церемониймейстер ударяет посохом об пол, и это становится знаком к началу бала.

Торжественно звучат фанфары, и оркестр начинает играть довольно сложную мелодию.

Из книги я помню, что кронпринц должен спуститься с возвышения и пригласить свою невесту на первый танец, именно их пара открывает бал, но он медлит до тех пор, пока король не поворачивает голову в его сторону. Крайне некрасивый жест кронпринца оскорбителен для принцессы, но она сдерживается, стоит с гордо поднятой головой, будто не замечает выставленного на показ пренебрежения.

Жаль девочку… Оказаться одной, на чужбине. Сегодня на бал её сопровождал посол, но после бала он вернётся в резиденцию, а Оливия останется во дворце.

Всё происходит в точности, как я запомнила. Кронпринц, не заботясь о приличиях, изображает столб. Музыка играет, она заглушает слова короля, если они и были. Лишь дождавшись прямого приказа, кронпринц вальяжно спускается по ступенькам, он нарочно затягивает время..

Сколько же Оливии предстоит вынести…

Кронпринц обязан поклониться, но он лишь кивает и протягивает руку. В отличии от него принцесса не позволяет себе нарушить правила этикета и исполняет глубокий реверанс, только затем подаёт руку.

Они выходят в центр зала, ещё один обмен поклонами, и кронпринц увлекает Оливию в танец. Без подлянки не обходится: вращение Оливии приходится выполнить в два раза быстрее музыки, но она справляется безупречно.

Один круг пара танцует одна, на втором кругу к танцу могут присоединиться другие пары, но кронпринц останавливается, разворачивается и ведёт Оливию к её месту. Очередная некрасивая выходка не нарушает общий ход праздника, музыка продолжает звучать, и зал оживает.

Старший лорд приглашает супругу, а щёголь поворачивается ко мне. Я моментально забываю про беды главной героини, в конце концов, в отличии от меня её ждёт счастливый финал с принцем Дораном.

Я уже натёрла ноги, стопы горят. Какой танец?! Только кто бы меня спрашивал. Щёголь, не дожидаясь ни возражений, ни книксена, подхватывает меня и вовлекает в круг. Я догадываюсь, что первый танец обязательный, но мне от этого не легче. Каждый шаг — вспышка боли.

— Шелли, что на вас сегодня нашло? Извольте держать себя, как подобает леди, — шипит щёголь зло и неприятно, но лучше не спорить.

Во-первых, не похоже, что настоящая Шелли часто возражала. Во-вторых, прежде, чем показывать характер, надо разобраться со своим положением.

— В туфлю попало что-то острое, мне нужно выйти.

— Извольте терпеть, — раздражённо отвечает щёголь и приседает на колено, чтобы я обошла его по кругу.

Почему мне так везёт на уродов?

Да, лучше думать об уродах, чтобы не сбиться с отработанных движений. Но на ногу щёголю при очередном повороте я наступаю сознательно, да ещё и на мгновение переношу весь свой вес.

— Простите.

— Тц…

Щёголь сдерживается, но круг танцующих мы покидаем сразу, как позволяют приличия. Он отводит меня к стене и указывает на дверь:

— Дамские комнаты налево.

— Спасибо.

Интересно, он будет меня ждать?

Выскользнув из тронного зала, я оказываюсь в небольшом холле. В обе стороны убегают просторные коридоры. Щёголь сказал, что мне налево. Но сперва… Я ещё раз оглядываюсь, убеждаюсь, что вокруг никого и схожу с ковровой дорожки на мраморные плиты, с наслаждением сбрасываю туфли.

О, как же мне хорошо… Прохлада камня успокаивает боль. Я зажмуриваюсь от удовольствия. М-м-м, я в экстазе.

А когда я открываю глаза, передо мной стоит его высочество кронпринц. И вертит в руках мою туфлю. Вот же чёрт. Откуда он только вылез? Его полный предвкушения взгляд не обещает мне ничего хорошего. На губах дьявольская усмешка.

Система, я думала, ты меня спасаешь. Зачем ты меня сюда отправила? Хотя вряд ли можно винить Систему в том, что я решила уйти из многолюдного зала.

Вернуться без туфель — неизбежный позор, на который я не могу решиться, не зная последствий.

Ладно, сейчас важнее понять: мы уже в… близких отношениях или ещё нет? В сюжете Шелли была настолько малозначительной, что о ней не было никакой информации, кроме того, что она одна из любовниц кронпринца.

— Леди, вы покушались на мою жизнь каблуком? — он взвешивает мою туфлю в ладони.

Это обвинение, шутка или провокация?

Кронпринц приближается, его ухмылка становится шире:

— Леди, вы смеете игнорировать меня?

Ой, я же его даже не поприветствовала, но, похоже, он всё же не злится, а развлекается.

— Я сражена вашим вниманием, ваше высочество, — и, что удивительно, мои слова чистая правда.

Он проводит пальцем по заднику туфли, и вдруг резко присаживается передо мной на корточки, приподнимает подол юбки. Не задирает, а именно приподнимает на уровень щиколотки, что по местным меркам тоже крайне неприлично.

— Что у вас с ногами, леди?

— Натёрла.

Он заметил кровь на внутренней стороне задника?

Мы всё-таки уже близки? Но если верить роману, кронпринц никогда не заботился о любовницах. Тогда почему он сейчас…

Он отпускает подол, оправляет и поднимается, наши лица оказываются слишком близко. Меня обдаёт запахом крепкого алкоголя. Если верить роману, Риман не просыхает с пятнадцати. Но его глаза неожиданно чистые, ни единого воспалённого красного сосуда. И на носу ни намёка на характерные для любителей обильного возлияния прожилки. Разве разгульный образ жизни не должен был оставить на внешности неизбежный след?

Взгляд цепкий, без грамма похоти.

Может, Оливия ошиблась? Может быть, распутство только маска, за которой скрывается расчётливый и умный мужчина? Если я, допустим, прополощу рот коньяком, от меня тоже будет пахнуть, но это же не значит, что я пила.

— Налюбовались, леди?

— Вы не такой, как о вас говорят, ваше высочество.

— А вы… интересная.

Хм, наверное, ни одна настоящая леди не решится разуться в коридоре. И в глаза я ему смотрю прямо, без испуга.

— Следуйте за мной, леди.

Эм? Что-то мне это предложение категорически не нравится, но кронпринц отдал приказ. Какое я имею право отказываться?

Кронпринц больше не обращает на меня ни малейшего внимания и совершенно не заботится, иду я за ним или нет. Он наклоняется, подбирает вторую туфлю и беззаботно несёт мою обувь в руках. Он не поворачивает направо, как я ожидала, а выходит на лестницу, и мне приходится шлёпать за ним босиком.

Мы поднимаемся на второй этаж, проходим мимо гвардейцев, несущих караул с каменными лицами, на нас они никак не реагируют. Разве они не должны приветствовать кронпринца? Видимо, нет.

Кронпринц уводит меня довольно далеко от бального зала. Чем дальше мы идём, тем больше меня напрягает ситуация. Когда я поняла, что он не собирается набрасываться на меня прямо там, в холле, я успокоилась, но теперь теряю остатки едва обретённой уверенности. Куда он меня ведёт? Спросить я не решаюсь, а чувствовать себя козой на верёвочке очень неприятно.