"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 853

– Да, госпожа.

Чисто технически, учитывая, что душа новая, это моя первая попытка.

– Я стала другим человеком, и для меня начался новый отсчёт, – объясняю я. Не вижу смысла молчать.

Я гашу магию. Заодно и небольшая тренировка получилась.

Наверное, хорошо, что у оригинальной Бернары магии не было, а то не ясно, чем бы для меня поход в «чужой» храм обернулся. Или благословение получает именно душа? А, пока не важно.

– Лорд Орхан Властен не желал связывать себя с вами узами брака, госпожа. Полагаю, при желании он либо создал бы ситуацию, в которой герцог был бы вынужден отдать ему вас, либо спровоцировал бы вас на скандальный тайный брак. Я уверена, вы бы согласились, не раздумывая ни мгновения.

– У меня его писем не осталось? – хоть «познакомлюсь» с шантажистом.

– Сожалею, госпожа. Он убедил вас сжигать письма сразу после прочтения.

Я прищуриваюсь:

– Лара, ты ни одного не сохранила?

– Госпожа?! Как бы я посмела ослушаться вашего прямого приказа?!

Кажется, я невольно обидела Лару.

– Я не это имела в виду, – спокойно произношу я. – Я ничего не помню, тем более не помню, был прямой приказ или нет. Я спрашиваю, потому что хотела бы почитать, что там за великая любовь до гроба, всего лишь. Лара, я не сомневаюсь в тебе. Ты единственная, на кого я могу опереться.

Чистая правда, между прочим. Розика хорошо в разведку отправлять, но серьёзных поручений он при всём желании не выполнит. Геду я доверяю, но вот полагаться могу именно на Лару, которая с трудом пытается скрыть, насколько она тронута. Неужели Бернара скупилась на похвалу? Добрых слов мне не жалко. Ещё бы премию ей организовать. Или как-то иначе наградить, но весомым.

– Госпожа, насколько мне известно, все письма уничтожены. Лорд очень боялся, что их кто-либо увидит, и вы следовали его желанию, уничтожали письма.

– И самые первые, безобидные?

– Да, госпожа.

Жаль.

– Что было дальше?

– Он говорить с вами о политике, госпожа. Он выслушивал ваше мнение, восторгался.

Судя по тону Лары, она крайне невысокого мнения о речах своей госпожи.

– Только не говори, что он втянул меня в заговор?!

– Я не знаю, моя госпожа. Обычно вы говорили, какое верное решение принял его величество, а лорд соглашался и сетовал на глупцов, не способных разглядеть грандиозный политический замысел короля. Это не слишком похоже на заговор. Лорд Орхан Валстен старался обсуждать с вами новости, и однажды он попросил вас…

– Лара, продолжай.

– Он попросил вас проверить некие сведения. К сожалению, я не знаю подробностей, но я знаю, что ради выполнения просьбы вы пробрались в кабинет герцога.

– Я выдала некую тайну?

– Хуже, моя госпожа. Вы не смогли разобраться и…, – Ларе всё труднее и труднее говорить, я вижу, как она беспокоится.

– Я справлюсь, Лара. Что бы там ни было, я справлюсь.

– Конечно, госпожа. Дело в том, что вы вынесли лорду несколько папок с документами. Вы ему верили. Вы рассчитывали, что он посмотрит, и вы вернёте документы на место.

Догадаться, что было дальше, не трудно:

– Но лорд забрал папки, так?

– Да, моя госпожа. Для вас это стало очень тяжёлым ударом, вы слегли, много плакали. Вы очень боялись, что герцог узнает правду и одновременно боялись, что лорд сделает что-то плохое. Я… Моя госпожа, я подожгла кабинет герцога, и пропажу документов герцог списал на пожар.

Она крепко, до белизны костяшек, сжимает кулаки. Видимо, Лара впервые призналась, причём её поступок – это тяжелейшее для прислуги преступление.

Я поднимаюсь из-за стола, обхожу его, останавливаюсь напротив. Лара дышать перестаёт, в глазах встают непролитые слёзы, её плечи начинают подозрительно подрагивать. Я беру её за руку, сжимаю холодные пальцы:

– Спасибо. Ты настоящий друг, Лара.

Как повезло Бернаре и как, похоже, она не ценила свою удачу.

Лара чуть расслабляется, даже пытается улыбнуться через силу:

– Защищать вас мой долг и моё предназначение, госпожа.

Меня её ответ коробит. А как же личные интересы? Лара рискнула ради меня не только своей жизнью, но и благополучием родной матери, которая здесь же, в доме. А есть ли у Лары ещё родственники? И всех их жизни она была готова принести в жертву ради Бернары. Она… поступила неправильно. Неоправданная самоотверженность, с которой я буду разбираться позже.

– Спасибо. Я не забуду.

Ларе удаётся улыбнуться. Заметно, что ей неловко от того, что я держу её руку. Я разжимаю пальцы.

– Госпожа, лорд стал угрожать, что выдаст вас, он обещал, что воспользуется вашей помощью всего один раз, после чего вернёт и письма, и документы. Вы поверили и снова пробрались в кабинет герцога. Вы сделали копии нужных документов, переписали их.

– Но шантажист не отстал, стало только хуже.

Очень хочется пройтись по интеллекту оригинальной Бернары, но вот не получается у меня назвать её дурочкой. То есть да, слово ей вроде бы подходит, но в то же время… Если она дурочка, то и я тоже. Я ведь не рассмотрела, за кого замуж собралась. Смогла бы я прозреть, если бы Ян не изменял, а попытался меня грязно использовать? Неизвестно. Бернара же выросла за толстыми стенами дома ат Шуа, надёжно скрывающими от неё самые тёмные стороны жизни. О предательстве она читала, слышала, но сама не сталкивалась, так что не с её однобоким, куцым опытом жизни распознавать профессионального подлеца, вдумчиво и умело подобравшего отмычки к её сердцу. Да, ей не следовало лезть в кабинет герцога. Но много ли нужно девушке, росшей в атмосфере холода, не получившей родительской любви? Она потянулась лордом, как цветок за солнцем.

Уж если кого и называть дураком, то герцога, который не позаботился о дочери, однако он ведь пренебрегает Бернарой вполне осознанно, иначе бы прибил бы лорда Краба за один матримониальный намёк.

Я возвращаюсь за стол, сажусь:

– Лара, и как обстоят дела сейчас? Я должна что-то скопировать или просто жду новых указаний?

– Госпожа, вы уже сделали копии документов. Из-за поездки вы не смогли передать их вовремя.

– Какая прелесть…, – расплываюсь я в улыбке. – Лара, ты знаешь, где я прятала копии? И ещё. Лара, ты сможешь помочь мне составить полный перечень того, что у лорда на меня есть? Сколько любовных писем? Сколько платков с моими инициалами? Сколько настоящих документов. Сколько копий?

– Да, госпожа.

– Вдвойне прекрасно, – продолжаю я радоваться. – Лара, мне нужны последние копии, которые я не успела отдать и полный перечень.

По документам я хотя бы пойму направление интереса шантажиста – политика или экономика.

А вот что дальше? Первый ход очевиден – послать Розика в разведку, строго-настрого запретив уничтожать компрометирующие меня документы. Если лорд действует сам по себе, то компромат уничтожить можно, а если он не один? Что сделают заговорщики, узнав, что рыбка соскочила с крючка? Да меня убьют, чтобы не выдала их.

Попросить помощи у князя? Но Гедан уже назвал цену помощи – я должна стать его ручной герцогиней.

Нет уж, просить рано, разведка Розику по силам. Как удачно я выбрала помощника… Осталось дождаться, когда он вернётся.

Лара уверенно открывает один из ящиков стола, опускается перед ним на колени, протягивает руку, что-то делает, и в её ладонь падает не очень толстая пачка бумаг, которую она мне и протягивает. Я забираю бумаги и с любопытством свешиваюсь со стула, заглядываю под стол.

Ко дну ящика приклеен толстый конверт – устроен самодельный и весьма примитивный тайник. С одной стороны удобно, а с другой стороны, как мне кажется, дно ящиков при обыске проверяют в первую очередь. Я выпрямляюсь, Лара закрывает ящик и тоже поднимается. В углу кабинета притулился изящный секретер. Лара откидывает столешницу, кладёт перед собой белый лист, тянется за писчими принадлежностями.

В дверь раздаётся уверенный стук. К счастью, не в дверь кабинета, а в дверь, из гостиной в общий коридор. Некто, судя по тихим шагам, не дождавшись ответа, самовольно проходит в гостиную. Шаги приближаются.