"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 882

Не прекращая лечения, я сажусь на диван, но Гед так и не отпускает мои колени, подставляет затылок.

– Бера, теперь ты просто обязана стать моей королевой.

– Ха? С чего бы это?

– Меня одного артефакт теперь не признает. Я думал, что справлюсь, но не учёл, что корону нельзя использовать сразу, зато из пяти рубинов один занят королём, второй – моим названным братом.

– Артефакт тебя признает, ты уверен?

– Бера, твои сомнения ранят меня в самое сердце.

– Гед, я серьёзно. С чего ты решил, что их родовой артефакт признает тебя?

– Родовой? – Гед приподнимается. – Умеешь ты поставить в тупик. Бера, я ведь теперь буду гадать, как столь известный факт прошёл мимо тебя. Корона Флипии не является родовым артефактом. Строго говоря, её даже нельзя считать национальной реликвией. Легенда гласит, что корона была подарена богами барону, сумевшему захватить соседние территории и создать королевство Дженсию. Позднее Дженсия распалась, корона несколько раз переходила из рук в руки, пока её не присвоила Флиппийская династия.

– Тебе лучше?

Историю обруча я послушаю как-нибудь в другой раз, а сейчас не могу, потому что начинаю сомневаться в адекватности Гедана, корона едва на убила его, а он о ней рассказывает с фанатичным восторгом. Хорошо хоть она его интересует не как символ власти, а как уникальный артефакт.

Но всё же двое с проблемами восприятия реальности на пару – это явный перебор.

– Лучше, – откликается Гедан.

Я продолжаю лечение, а заодно принимаюсь осторожно массировать затылок. Гедан на самое обычное касание реагирует неожиданно остро, тянется за моей рукой, выдыхает. Начал бы мурчать – сходство с котом стало бы окончательным. Хмыкнув, продолжаю массировать.

Меня беспокоит, что постепенно сияние меркнет. Я вычёрпываю себя до дна. Продержаться удаётся ещё каких-то пару минут. Сияние гаснет.

– Гед?

Я чувству, как он напрягается, а корона начинает мелко вибрировать.

– Всё в порядке.

Псих.

– Давай снимем?

– Нельзя! Бера… Корону можно снять только после того, как она признает твою силу или смерть.

Кажется, испугалась я напрасно. Ободок больше не сжимается. Проходит ещё минут пять, и ободок перестаёт дрожать, сдаётся, но Гед не спешит встать, скрюченная поза его не смущает. Молчание неожиданно уютно, и я не знаю, сколько времени мы так сидим.

Дверь распахивается без стука.

Гед молниеносно выпрямляется.

На пороге незваный принц. Невежливо ворвавшись, он замирает, ошеломлённо смотрит на Гедана.

– Вы!

Гед поднимается с дивана:

– Как видите, ваше высочество, я жив, хотя, должен признать, ваш план был хорош.

Да уж… Если я правильно поняла, король и принц согласились не только передать Гедану корону, но и закабалить себя магическим подчинением, чтобы сохранить жизнь. Гед, естественно, поторопился накинуть бывшим властителям поводки, до того, как установилась полноценная связь с короной, и в результате корона взбунтовалась. Надо честно признать, если бы не я, принц нашёл бы в гостиной труп и вернул власть. И что-то мне подсказывает, не отцу бы корону понёс, а сам взошёл на трон.

И точно, за принцем на пороге появляется его величество лично, бросает взгляд на сына. Я не успеваю понять эмоции короля. Может, это всего лишь воображение, но кажется, что королю видеть здесь принца больно. Король переводит взгляд на Гедана:

– Выжил, значит, – протягивает он с нескрываемым сожалением.

– Жадность наказуема. Флиппия и Даларс могли бы сотрудничать, но вы решили, что хотите получить наше княжество целиком со всеми потрохами.

– Хах, жадность. Я ошибся в двух вещах. Недооценил вас, ваша светлость, и не довёл войну до победного конца.

Король разворачивается и выходит. Он держит спину идеально ровно, но прежде чем он скрывается за стеной, я успеваю заметить, как он опускает голову. Король признал поражение. Следом выходит принц.

Дверь остаётся распахнутой.

Уверена, Гед мог бы их вернуть и приказать захлопнуть за собой створку, но он этого не делает. Презрительно цыкнув, сам закрывает дверь, возвращается ко мне.

– Бера…

– М?

– Без тебя я бы…

– Не продолжай. Я люблю тебя.

– Люблю тебя, – Гед улыбается, а заем протягивает мне открытую ладонь.

Я не совсем понимаю смысл жеста. Гед щёлкает пальцами, и вместо привычной чёрной молнии проскакивают сразу две, вместе с чёрной появляется белая. Магия закручивается двуцветным вихрем.

– У тебя получилось!

Гед сжимает кулак, убирает магию.

– Нет, Бера, это у тебя получилось, – он наклоняется, целует мои пальцы. – Бера… Прости, что сейчас бросаю тебя, но мне надо идти. Надо присмотреть, чтобы его величество или его высочество какую-нибудь глупость не придумали, они, как видишь, думать тоже умеют. Завтра состоится суд над принцем, и король отречётся в мою пользу. Ты не простив, если мы совместим коронацию и свадьбу?

– Согласна, но при одном условии.

– Да?

– Перед уходом по делам ты должен мне поцелуй, Гед.

Эпилог

Балы, торжественные выезды, благотворительность? Ох, если бы. Я сижу разбираю отчёты.

Расследование появления зерна Изнанки заняло неожиданно много времени. Увлёкшись политическими интригами, Гирдав Седьмой проморгал противников Порядка, устроившихся под самым его носом. А те пытались пробить ткань мироздания, чтобы открыть на нашу сторону путь для низвергнутых богов Хаоса. Оказывается, нам грозила куда большая катастрофа, чем казалось в начале. К отчёту о расследовании приложен отчёт из дома терпимости. Лекари и целители уверены, что смогут частично восстановить брату повреждённый во время пребывания на Изнанке разум. Изначально я была против лечения. Возвращение разума означает суд и смертный приговор, милосерднее усыпить. Но Гедан убедил: «Пусть хоть какую-то пользу принесёт. Целители смогут опробовать новые методики лечения».

Ещё один отчёт – из княжества. Бывший принц, теперь он просто лорд, как и предложил Гед, женился на нетитулованной аристократке, перешёл в род жены и окончательно лишился прав на трон. Поселившись в загородном доме, Отгарг ведёт довольно замкнутый образ жизни, но в некоторых вещах он остался неисправим, ухлёстывает за горничными. К счастью, без насилия, но заслуги его в этом нет, «рубиновый» поводок надёжно держит.

Бывшая принцесса тоже в Даларсе, и тоже брак.

Бывший король в негласной ссылке, но ему повезло больше, в его распоряжении не дом, а целый дворец и армия слуг.

В ссылку Гед отправил и лорда Орхана Валстена, того самого шантажиста из-за которого оригинальная Бернара отказалась жить. Выяснилось, что дочь герцога далеко не единственная жертва ушлого ловеласа. На рудниках умение очаровывать прекрасный пол ему вряд ли поможет.

Я отодвигаю документы, массирую виски.

Сделать перерыв или уж одним махом закончить? Осталось просмотреть предложения церемониймейстера и утвердить программу бала в честь трёхлетия присоединения Даларского княжества к Флиппии.

– Устала? – раздаётся над ухом родной голос.

Гедан обнимает меня, целует в затылок:

– Бера, я тут подумал…

– М-м-м?

– Мне приятно, что ты готова разделить со мной тяжесть короны, вдвойне приятно, что мне не нужно беспокоиться о той части, которую ты взяла на себя, но всё же я предпочту видеть тебя счастливой и отдохнувшей, а не заморенной бумажной работой. Бера, ты ещё помнишь, что чтобы справиться с бумагами есть я?

– М-м-м…

– Понятно. Вот, держи.

– Что это?

Только что сказал, что не хочет, чтобы я увлекалась работой, и тут же кладёт передо мной документ. Я пробегаю текст глазами.

– Гедан!

– Я знал, что тебе понравится. Бера, по-моему, в награду я заслуживаю поцелуй. Четыре поцелуя, если быть точным.

Лежащий на столешнице документ – королевский приказ с подписью и печатью. Его величество Гедан Первый запрещает мне работать более четырёх часов в день.