"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 903

—  И в чём проблема?

—  Как же…, —  девушка теряется, но быстро берёт себя в руки. — Синьорина, многослойная структура “запоминает” первое приготовленное зелье, впитывает остатки магии, и очистить котёл становится невозможно. Многослойную структуру высоко оценили целители. Ещё лет десять назад целители сертифицировали каждое зелье, но сейчас, если использован многослойный котёл, выдаётся годовой сертификат.

Про важность очищения котла от магии в “Имени ведьмы” упоминалось. Чистка —  ещё одна статья расхода.

—  Идеальное повторение? —  уточняю я.

—  Да, но выбрав многослойный котёл, вы станете ведьмой одного зелья, синьорниа.

—  Сколько стоит?

—  Синьорина…, —  наверное, она решила, что я тоже запишу “одноразовые” котлы в мусор, —  Сейчас эти котлы ждут списания.

У меня сто восемьдесят галиот с мелочью.

—  Весь брак, —  их там больше десяти, —  заберу за сотню. Больше не дам, но ещё двадцать я готова потратить на стик.

—  За сто?! —  от возмущения она повышает голос. Я ожидала от неё большей сдержанности, и от того мне кажется, что она визжит.

—  Но вы сами упомянули списание, —  хмыкаю я. —  На помойке не платят.

—  Ожидайте, синьорина. Я должна посоветоваться.

—  Разумеется.

Я провожу пальцем по своим котлам. В том, что они мои, я не сомневаюсь. Я понимаю, что хочу забрать их неприлично дёшево. Я бы предложила больше, но сегодня мои возможности ограничены. Я барабаню ногтями по горлышку верхнего котелка, прислушиваюсь к мелодичному отзвуку.

Девушка возвращается минут через пятнадцать:

—  Синьорина, сто двадцать за котлы и стик слишком мало. Владелец салона готов пойти вам навстречу. Сто пятьдесят.

И у меня останется тридцать с хвостиком. Какой кошмар…

—  Согласна. Однако доставку салон возьмёт на себя, —  иначе придётся пешим челноком заделаться и на своих двоих метаться от салона до флигеля, перетаскивая по два-три котелка. Я уже оценила, какие они тяжёлые. И расстояние представляю. Учитывая, как стремительно опустошается кошелёк, про извозчиков лучше не думать. Так что, если есть шанс, пусть привезут.

—  Синьорина, доставка входит в стоимость.

Девушка достаёт с нижней полки серое покрывало, накидывает на мои котелки и стряхивает с рукава пару прилипших ворсинок. Можно расслабиться —  покупка спрятана от взглядов конкурентов, не убежит у меня из-под носа. Но чем раньше котелки будут у меня, тем лучше.

Мы договариваемся на завтрашнее утро и возвращаемся в главный зал.

Девушка приглашает меня к стойке, и ещё пять минут уходит на оформление бумаг. Наконец я расплачиваюсь, забираю квитанцию и покидаю салон. На улице заметно похолодало, ветер сгоняет на запад тучи, и солнце давно скрылось за сплошной пеленой. Ночью снова прольётся дождь.

Я оглядываюсь в поисках свободной коляски —  пешком до Круга я доберусь затемно, что никуда не годится —  и одновременно вглядываюсь в лица, подспудно ожидая, что меня караулит Ларс.

Ощущение чужого взгляда в затылок треплет нервы. Я оборачиваюсь и с минуту всматриваюсь в зашторенные синими портьерами окна салона, но никого не замечаю, да и чужой взгляд хотя и упирается в спину, идёт откуда-то со стороны, а не от здания. Не похоже, что меня сверлит владелец салона или продавщица.

Кому я могла понадобиться? Я поворачиваю наугад и иду вдоль вереницы магазинчиков, цветастые вывески остаются в памяти яркими пятнами, едва ли я вспомню, чем тут торгуют. Разве что бабушку в нарядном чепце, у которой я приобретаю кулёк жареных кешью.

Я отдаляюсь от салона, чужое внимание ослабевает, пока полностью не пропадает. Я останавливаюсь перед лавочкой парфюмерии, привезённой с востока. Хотя какая лавочка? Больше похоже на королевскую сокровищницу.

Поколебавшись, я вхожу.

—  Синьорина, дверью ошиблись? —  фыркает белобрысый парнишка с толстыми как у бульдога щеками.

С-сервис…

Белобрысик верно определил, что я не его клиентка, меня одежда выдаёёт с потрохами. Но зачем изображать голубя и гадить свысока?

—  Я искала приличный магазин духов, а наткнулась грубияна. Я действительно ошиблась, —  вопреки своим словам  я иду вперёд, к позолоченному застеклённому шкафчику.

—  Ха! Синьорина, боюсь, вы не можете себе позволить…

Вообще-то, если пойти на принцип, то пару на пару капель духов мне хватит. Правда, потом мне придётся подумать о карьере попрошайки. Или, раз у меня будут восточные духи, торговать правом меня понюхать. Какая чушь…

—  Сегодня не могу. Но что будет завтра?

Вычурные флакончики на полках инкрустированы драгоценными камнями. Каждая скляночка сама по себе произведение искусства.

Ни ценников, ни подписей. Я опознаю духи, пудру и крем.

—  Синьорина! Возвращайтесь завтра, а сегодня нас может посетить дочка градоправителя.

—  Ваше самомнение, сеньор, скоро в магази не поместится.

Я разворачиваюсь и ухожу —  я убедилась, что косметика в этом мире исключительная роскошь.

На улице я снова чувствую взгляд.

Меня преследуют? Ничего не понимаю… В мэрии Ларс повёл себя необычно, но в романе подглядываниями он не занимался. Может, меня увидел кто-то, знающий Лейсан? Кто-то из общины?

Кем бы невидимка ни был, планы прежние. Я нанимаю раздолбанную коляску, местный вариант тарифа “супер-эконом” и прошу отвезти меня к Горбатому мосту. Извозчик, бородатый дедок в цветастом пальто, охотно соглашается и просит садиться осторожнее —  из сиденья в любой момент может выскочить пружина.

До Круга я добираюсь в сгущающихся сумерках. Усталая, голодная. Перекусить бы и рухнуть в постель, но вместо постели матрас на полу в общем зале. Впрочем, на матрасе я буду спать так же сладко, как на родном диване, дайте только ноги вытянуть. Я прохожу в уборную, мою руки, умываюсь и ползу в столовую на ужин. Сегодня меня накормят, а дальше… К гадалке не ходи, пошлют в трактир, потому что у ведьм строго —  кто не работает, тот не ест. Я ушла в свободное плаванье, а значит, должна либо вернуться под крылышко Айсан и тогда уплетать завтраки, обеды, ужины за обе щёки, либо кормить себя сама.

—  Ужасно выглядишь, Иветта, —  ко мне подсаживается Линда.

—  Ага…

Я уныло размазываю кашу по тарелке, вылавливаю из гречи кусочки курицы. Глаза слипаются.

Наверное, организм не привык к нагрузкам…

—  Девочки вечером будут призывать высших духов. Присоединишься? Будет весело.

—  С радостью, но в другой раз. Линда, я никакая.

—  Что-то случилось?

—  Много дел, а завтра ещё больше.

—  Удачи, —  Линда уходит, и я ловлю себя на том, что невидящим взглядом таращусь в тарелку.

Я доедаю, отношу грязную посуду.

И почему-то именно у чана с водой меня догоняет очевидная мысль:

—  Чё-ё-ёрт!

—  Разве есть сестра Чёрт?

Тьфу!

Я поспешно поясняю:

—  Извините, я о личном. Я не должна была вслух.

В салоне я договорилась, что котлы доставят утром. Конечно, можно переночевать в Круге. Но что будет, если я банально просплю и опоздаю? Такого допускать ни в коем случае нельзя, поэтому я расстаюсь с ещё одним галиотом, мысленно обещаю себе, что с завтрашнего дня я вхожу в режим жёсткой экономии и добираюсь до флигеля на экипаже.

Когда я выхожу на мостовую, вокруг темным темно. Казалось бы, улица богачей, здесь живут люди, которые могут позволить себе дом с приусадебным участком, но тратиться на фонари они не считают нужным.

У хозяйки горит окно, но жёлтый квадрат на фоне чёрной стены не даёт света. Я кое-как добираюсь до крыльца, перешагиваю подгнившую ступень. Между лопатками начинает чесаться —  опять взгляд. В такой темноте? Наверное, мерещится. Я поднимаюсь на второй этаж прямиком в спальню. Сил на уборку нет, в ушах звенит.

Как я ложилась, я не помню. Посреди ночи меня будит настойчивый стук в оконную раму. Спросонья я думаю, что стучит ветка дерева или дождь, но стук ритмичный, повторяется через паузу. Так стучать может только разумный.