"Фантастика 2025-194". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Королева Анастасия Юрьевна - Страница 1098

Только подумал перевести дух, часок отдохнуть перед возращением в Белоруссию, где на мою голову обязательно свалится ушат с важными проблемами, решить которые необходимо вот прям сию минуту, как в мой кабинет в лазарете, где я уединился, ввалился Кирилл Луцкий.

— Тебе-то что нужно? — простонал я, борясь с желанием приказом отправить инженера с шилом в одном месте, пока он ещё не успел открыть рот.

— Лорд, дело важное, есть новые проекты, которые могут оказать огромное влияние на войну, — быстро сказал он. И следом чуть ли не умоляюще попросил. — Взгляните, а? Это займёт пять минут.

«Если бы пять минут. Всегда одно и тоже говорит, а потом пару часов приходится торчать и слушать то, в чём даже половины не понимаю», — вздохнул я про себя. — Ладно, пошли. Но только пять минут.

— Конечно, конечно! — обрадовался мужчина. — Все только вас и ждут.

«Тьфу, ну точно на два часа застряну», — мысленно плюнул я, услышав его «все».

В знакомом помещении, заваленном бумагами и заставленным обычными учебными и чертёжными досками с гномолюдскими стеклянными экранами, на которых можно было не только чертить, но и проводить сложные расчёты, меня ждали семь инженеров. Они не работали в одном здании и отвечали за разные направления, но прошлое, причём схожее во многом, свело их вместе.

— Приветствуем, Лорд! — хором произнесли они.

— Здравствуйте, — кивнул я и немедленно поинтересовался. — Ну, что тут у вас? Показывайте скорее, а то время не ждёт.

— Вот, — один из инженеров поманил к себе и не дожидаясь, когда я подойду, ткнул деревянной указкой в верхний лист на чертёжной доске, возле которой стоял. — Проект тяжёлого танка с передним расположением двигателя, с девяностопятимилимметровым орудием и всего тремя членами экипажа.

— Танк ваш? — уточнил я, подразумевая гномолюдов.

— Нет, Лорд, советский. Я с Ильёй, — он кивнул на одного из инженеров, который в ответ поднял на секунду руку, — до войны трудился в харьковском кабэ и занимался проектами тяжёлых танков. С одним из них был очень плотно связан, проект назвали а-сорок-четыре и он вышел из задачи по модернизации тэ-тридцать-четыре…

— Ближе к теме, — перебил я его, видя, как главный вопрос плавно уходит в далёкую предысторию, абсолютно ненужную.

— Да, да, конечно, — спохватился мужчина. — Так вот, мы с Ильёй в свободное время восстановили часть советской документации, а потом доработали под текущие возможности и с новым взглядом. После перерождения память стала фотографическая, и всплыли старые знания по желанию, потому и восстановить чертежи вышло легче лёгкого, — похвалился он, и следом постучал указкой по бумаге. Там был изображён танк с длинноствольным орудием и формой крайне нетипичной ни для советской танковой школы, ни для немецкой. Башня была сильно смещена назад и выглядела, как если бы куриное яйцо разрезали вдоль и одну половинку поставили на бронекорпус. Всего было три чертежа: в разрезе, боковая и лобовая проекция с кучей цифр. Башня вышла крупная, а вот корпус очень низким.

— На гусеницах? — немного удивился я, когда увидел ходовую часть проектного танка.

— Да, на них. Но мы можем сменить на шагающее шасси, только выйдет сложнее и дороже. Даже средний шагающий танк стоит в два с половиной раза дороже, чем этот.

— А разве уже разработанные гномолюдские шагающие танки не лучше?

— Лучше, конечно! Но этот танк можно предложить Советскому Союзу.

— А строить нам?

— Да, нам, — подтвердил он. — Не сейчас, правда, позже, когда будут цеха с тяжёлым машиностроением и центр модульного и копировального штампа.

— Что за копировальный центр? — заинтересовался я.

— Там полностью воспроизводится какой-нибудь узел техники. После чего он собирается в комплекте с другими узлами. У нашей техники модульная система, так что, таким способом можно собирать несколько разных типов техники. Отдельный центр МКШ можно будет выделить для этих танков, — он вновь ткнул указкой в чертёж.

— Советскому Союзу от меня только амулеты нужны.

— Уверяю тебя, Лорд, стоит показать нашим бывшим соотечественникам вот эту машину и пообещать хотя бы полсотни таких в месяц, как они ухватятся за неё всеми руками и ногами. Один такой танк стоит пяти кавэ, — вместо своего товарища мне ответил Луцкий. — Его броня на данный момент не по зубам ни одной противотанковой пушке на дистанции свыше двухсот метров. А лобовую не пробить и с пятидесяти. Зато наша машина может бить любую немецкую бронетехнику с километра и дальше.

— Ясно, — вздохнул я, чувствуя подступающую головную боль от полученной технической информации. Кажется, скоро начну жалеть, что отказался от Очага снежных эльфов, — хорошо, я постараюсь в ближайшее время найти ресурсы для постройки одного танка. Потом проверим его в реальном бою и будем смотреть что по чём.

— А у нас ещё есть на его основе тяжело бронированный транспортёр для пехоты и самоходная артустановка, — подал голос инженер, автор советско-гномолюдского стального детища. — Вот, он метнулся к другой доске и застучал по ней указкой. — Башню убрали, установили неподвижную бронерубку…

— Всё, это потом как-нибудь. Сейчас времени нет, — перебил я его и ретировался прочь из этой обители увлекающихся гениев. И не осадить их, нельзя. Со всеми моими приказами и планами справляются, занимаясь личными хотелками в свободное время. Правда, тратят общие ресурсы, но пока их уходит немного, можно и закрывать глаза. Кстати, инженеры для повышения и продления работоспособности используют алхимию и амулеты из белорусского Очага. Подобный способ очень и очень положительно сказывается на их работе.

Перейдя через портал в Белоруссию, я зашёл к Ростовцевой и рассказал новости про Эверест. Мне часто помогают её советы в планировании горного Очага. Даже жаль, что нельзя поставить наместницу сразу на два объекта. Придётся ждать момента, когда тот Очаг разовьётся достаточно, чтобы возвести аналог Магистрата на Эвересте. Сообщил ей и по новые разработки гномолюдских инженеров. К удивлению, она не фыркнула и не отмахнулась от них. Наоборот, проявила живой интерес.

— С Москвой, конечно, может и не выйти ничего. Тут ты прав, им амулеты важнее, а танки они и сами наклепают. А вот нам такие машины могут пригодиться, — сказала она.

— Где? И не лучше сразу с шагающей техники начинать, чтобы не распыляться и не создавать головной боли кладовщикам, у которых будут танкисты требовать детали и боеприпасы для разных машин?

— Нам лучше, Киррлис, тут я полностью согласна с тобой. Но если придётся создавать армию союзников, которые будут полностью подконтрольны нам, то такие танки им будут в самую точку.

— Какую армию? — я непроизвольно повысил голос. — Меня СССР полностью устраивает. А у него свои танки есть, Клавдия Васильевна, сама же об этом минуту назад сказала.

— Ты с Тишиным разговаривал?

— С Алексеем? Нет ещё.

— А раньше он с тобой не вёл беседу на тему того, чтобы поставить под твои знамёна людей, не связанных ни с каким государством. Причём, поставить временно, не давая гражданство.

Её слова мне напомнили один разговор с главой моей разведки. Он тогда упоминал бывших, которым, по сути, для советских граждан сам же являлся. Только заступничество брата большевика спасло его от многих серьёзных неприятностей.

— Что-то было, — подтвердил я. — Только из головы это вылетело. Там же несерьёзно всё, идеи на дальнее будущее.

— А вот для Тишина всё серьёзно. Поговори с ним, думаю, он тебя удивит, — хитро подмигнула она мне.

Глава 4

К Тишину я пришёл сам, узнав через фей о его местонахождении. Нашёлся он у Ильича в трактире в отдельной комнатке, предназначенной для любителей тишины и уединения. Здесь могли разместиться с некоторым комфортом четыре-пять человек.

— Здравствуй, Киррлис, — первым приветствовал он меня.

— Добрый вечер, Алексей, — ответил я ему и сразу перешёл к цели прихода. — Ростовцева сказала, что у тебя какие-то планы по созданию армии из, — я на мгновение запнулся, вытаскивая из памяти нужное слово, — белоэмигрантов. Поделись, что придумал. А то в прошлый раз ты мимолётно упомянул их и идеи, где им найдётся место.