"Фантастика 2025-194". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Королева Анастасия Юрьевна - Страница 991

— Здравствуйте, Киррлис, — он переложил трость в левую руку и протянул мне правую. — Анатолий Бенедиктович Рохлин, дивизионный комиссар четыреста второй стрелковой дивизии. Её три полка и танковая бригада будут участвовать в десанте на Витебск.

Я пожал ему ладонь.

— Правда, честно признаюсь, что не представляю, как можно из наших губерний одним махом перенестись в восточную Белоруссию, хотя и наслышан о тех вещах, на которые способны только вы, — продолжил он свою речь после рукопожатия.

— Будет проще показать, чем рассказать. Или пояснить уже после увиденного, — вздохнул я, уже готовясь к нудному рассказу о работе порталов. К счастью, командиры решили сразу перейти к делу, а не вникать в лекции о том, с чем впервые в жизни столкнулись, да и вообще услышали. От них я узнал, что в бой будут брошены свыше двух тысяч бойцов. Среди них расчёты пятнадцати орудий, где шесть — это «полковушки» (так их обозвал Спицын), а девять являлись лёгкими противотанковыми орудиями калибра сорок пять миллиметров. Так же в эти тысячи входили экипажи восьми Т-26, стольких же Т-34 и двух Т-28, плюс ещё двенадцать грузовиков с прицепами, что везли боеприпасы. В последних особенно сильно станут нуждаться миномётчики, коих в десанте набралось целых двадцать пять расчётов. Спицын пояснил, что в условиях будущего городского боя миномётчики окажутся самыми эффективными в плане артиллерийских ударов по скоплению врагов. Были ещё крупнокалиберные и станковые пулемёты, противотанковые ружья, опытные снайперы и взвод огнемётчиков. Все солдаты принимали участие в сражении под Москвой, когда гитлеровцев погнали прочь от столицы СССР.

— Концлагерь находится здесь, — я разложил на столе свою карту, на которой имелись все нужные пометки и с самым подходящим масштабом. — Десант выйдет в этом районе. Также здесь же уже действуют мои люди, — я обвёл карандашом квадрат с куском города между реками Западная Двина и Витьба. — Здесь, здесь и здесь уже стоит защитный барьер, который не даст гитлеровцам свободы в выборе атаки. Наступать они смогут, где угодно, но только не в этих точках. Правда, им не помешает вести артобстрел через барьер из другой части города, — я вновь указал на полосы на карте, сделанные коричневым карандашом, где сегодня мною были расставлены рунные камни. — Этот барьер и для ваших бойцов будет непреодолим, учитывайте это. Он вызывает небольшую дезориентацию и может превратить солдат в лёгкую мишень для противника. Но точно также превратятся в хорошие цели и немцы, когда решат пройти через него.

— А как-то можно для наших убрать этот эффект или уменьшить его? — поинтересовался у меня комиссар.

— Нет, — я отрицательно мотнул головой. — Впрочем, рядом с вашими отрядами будут находиться мои люди, которые проигнорируют барьер и помогут в случае чего.

— Здесь есть немецкие подразделения? — следующий вопрос задал мне полковник, указывая на отмеченную мной область на карте.

— Да, но часть их уже уничтожена или вот-вот будет уничтожена. С прочими разберётесь вы, их там сотня с небольшим останется.

— Что с охраной лагеря для военнопленных и можно ли рассчитывать на помощь пленных? — третий вопрос задал уже майор. — Было бы ещё неплохо донести до их сведения, что этим поступком они смоют позор плена.

— Вот и доведёте, когда там окажетесь, — неужели он подумал, что я займусь этим или я неправильно понял его фразу? — Что же до охраны, то сейчас её, — я посмотрел на наручные часы, — да, сейчас её уже уничтожили и ключевые точки занимают мои люди и часть военнопленных, у кого ещё остались силы. Так-то, я бы не советовал сильно рассчитывать на пополнение из шталага. Люди там истощены как физически, так и морально. Да, сражаться пожелают многие, но весь вопрос, насколько хорошо это у них получится? На мой взгляд, они только потратят патроны зря.

— Командование сказало, что удерживать плацдарм в Витебске нам придётся до момента, когда войска прорвут фронт и дойдут до города и рассчитывать на ещё одну мгновенную переброску нельзя. Это так? — комиссар пытливо посмотрел мне в глаза. — Или…

— Никаких или. То устройство, с помощью которого я проведу ваших солдат, у меня одно. Следующее я получу не скоро. К этому моменту вы или соединитесь с основной армией, или вас уничтожат.

— М-дя, — крякнул майор, — не самая приятная перспективка.

— Я буду помогать всеми доступными мне силами. Самое главное — перекрою железную дорогу. По ней точно не пройдёт ни один эшелон со стороны Полоцка. И с авиацией помогу, в смысле, с немецкой, чтобы она не бомбила.

— Это доброе дело, — оживился полковник. — С воздуха мы наиболее уязвимы.

— Ещё попробую оказывать медицинскую помощь. Но лишь самым тяжёлым раненым и без точной гарантии, так как немцы меня самого обложили в лесу, и создают вокруг меня укреплённую многокилометровую полосу, как на передовой.

В целом, совещание и обсуждение планов не затянулось надолго. Где-то час прошёл с момента появления Рохлина, когда были решены все вопросы и пришла пора перейти от слов к делу.

— Здесь открою переход. На той стороне окраина, пустырь или небольшое поле. С двух сторон невысокие бугры, рядом дорога и развалины домов, которые в прошлом году сгорели во время сражений за Витебск. Концлагерь будет левее в полукилометре, где-то так, — сказал я, остановившись на дороге рядом с рощей. — Времени у вас будет около часа. Но лучше рассчитывайте на меньший срок, примерно на треть, а то и половину.

— Тридцать-сорок минут? — уточнил Спицын.

— Угу, — подтвердил я.

— Понятно. Вы тогда, товарищ Киррлис, ждите, пока бойцы не построятся, и не выйдет техника. Это займёт полчаса или меньше.

— Жду, что мне ещё остаётся, — пожал я плечами.

В полчаса красноармейцы не уложились, слишком уж много их было, а танкам требовалось времени больше всего, чтобы начать движение. Несмотря на увеличившийся срок ожидания, раздражения я не испытывал. Так, небольшой мандраж и всё. Порадовали слаженные действия союзников. Не было лишней суеты, толкотни и беспорядка. Каждый боец знал своё место и действия.

Когда комиссар сообщил, что уже пора, я активировал вторую часть портального амулета. В воздухе образовалось кольцо трёхметрового диаметра. Его ободок сиял ярким бело-голубым светом, который заставлял слегка щуриться.

— На той стороне свечение такое же? — тихо спросил меня Спицын.

— Скорее всего, — ответил я и пояснил, поймав удивлённо-озадаченный взгляд собеседника. — Я сам впервые применил это устройство, до этого сталкивался с другими, похожими, но другими.

— Ясно. Тогда сначала вперёд пойдут разведчики, осмотрятся и вернутся с результатами. Просто не хочется попасть в засаду, если вот это, — он махнул рукой в воздухе, нарисовав круг, — увидят немцы и решат заглянуть на огонёк.

— Только быстро. Времени у нас мало.

— Разумеется.

По его отмашке несколько человек в белых маскхалатах с автоматами и самозарядными винтовками бегом сорвались с места и скрылись в портале. Спустя пять минут один из них вернулся, и подал сигнал: направил автомат прикладом вверх и трижды поднял-опустил его. После этого вновь исчез в портальном кольце.

— Всё чисто, можно идти, — перевёл мне сигнал Спицын и вновь махнул рукой. По его жесту стронулась с места колонна красноармейцев. Первые бойцы слегка замешкались перед порталом и шагнули внутрь лишь после грозных окриков командиров. Зато следующие за ними взводы и роты проходили уже без остановок. Вскоре пришла очередь техники. Понадобилось почти сорок минут на то, чтобы крупная группа солдат и техники полностью оказалась на той стороне. Последними в портал вошёл я с оборотнями, а уже за нами Спицын и Рохлин.

Глава 15

Когда я оказался в Витебске, то здесь уже звучали выстрелы и взрывы гранат. Почти вся пехота уже воевала где-то на городских улицах, и только танки оставались на пустыре, да половина артиллерии с миномётчиками копошилась, не то обустраивая позиции, не то вытягивая своё оружие из грязи, в которую превратился пустырь.