Пособие обольщения от умной дуры (СИ) - Кор Галина - Страница 35

-Кость… - тяну его имя, стараясь призвать к разуму, а ещё свести ноги. Но где там. Его руки уже под полами халата, жадно шарят, исследуя мое тело.

Вот как мужик должен понять, что я не очень-то и хочу секса, если на мне даже трусов нет? Хотя… его бы они вряд ли остановили.

Костя целует жадно, страстно, с надрывом, будто мы давно не виделись, провели несколько лет в разлуке и вот сейчас долгожданная встреча. От него пахнет спиртным и это меня отрезвляет.

-Ты пьян, - начинаю крутить головой, стараясь не допустить близости, вырваться из его объятий…

Хватает меня за затылок, фиксируя голову.

-Я выпил буквально пятьдесят грамм, - смотрим глаза в глаза, - и то, что я тебе сейчас скажу, не пьяный треп в попытке распластать тебя на столе. Говорю один раз… и, если хоть единожды ты поймаешь меня на лжи, отпущу на все четыре стороны и больше никогда ты меня не увидишь. Запомни, я никогда не подниму на тебя руку, какую бы ты ересь не несла, как бы меня не бесила, и сколько бы тарелок не разбила. Поняла? – во мне столько сомнений, что я не решаюсь сразу же и безоговорочно ему поверить. Мужчины коварны не меньше женщин… когда им надо, они могут пообещать все, что угодно. А утром поставить перед фактом: «Мужик слово дал, мужик слово забрал». Хозяин жизни, хозяин своих слов.

-Кость, главное – это поступок. Если мне ничего не будет угрожать, то я и не вспомню, о чем мы говорили, понимаешь? А постоянно вертеть в голове мысль, что ты же мне обещал… а потом всё-таки сделал…

-Машка, - впивается снова в мои губы, - я себе руку отрублю, если хоть пальцем тебя трону. Никогда, слышишь… никогда.

Что я могу сказать? Я ещё та тряпка половая…

Пока он нашептывает мне свои странные откровения, я таю. Верю-не-верю сказанному, а тело диктует свои правила.

Одна Костина рука так и удерживает меня за голову, а вторая резко придвигает к краю стола и… он входит в меня. Ахаю от остроты ощущений. Упираемся лбами и просто тупо трахаемся, как кролики по весне.

Костя что-то шепчет, клятвенно обещая и заверяя. Слышу обрывки… что он не считает меня куклой, что по жизни долбоящер, не умеющий разговаривать с женским полом… и всё в таком духе.

Кончает с рыком, глубоко и резко входя в меня. Падаю на стол обессиленная, тяжело дыша. Вот это забег… Так и сердце может остановиться.

Меня, как маленького ребёнка берут на ручки, и несут в спальню. Кладут под бочок, укрываю одеяльцем, целуют в лобик и всё… сплю.

Глава 31

Константин

Вокруг происходит нездоровая возня. И вроде бы это никаким боком меня не затрагивает, но ветер перемен дует уже не лёгким бризом, а со скоростью штормового.

Что дал мне разговор с одним очень влиятельным, вертким и хитрожопы типом? Грядут перемены. Скоро наш упорядоченный и такой уютным мир криминала будет трясти, как при десятибалльном землетрясении, возможно даже цунами, в следствии которого часть людей потеряется из виду. Он сказал, что я вовремя переметнулся на «белую» сторону. Только дарит ли она иммунитет? Или зацепит, по старой памяти?

Не раннее утро воскресенья начинается с плохих новостей. Во-первых, их приносит Альбина, которую я рад видеть только в гробу, а во-вторых, человека, которого поставили на мое место, сегодня ночью пристрелили в клубе «Туз». В этом клубе проводят переговоры, решают проблемы, подписывают перемирия и находят новых компаньонов, но… никого не убивают. Это «золотое правило» знает каждый, кто хоть каким-то боком относит себя к криминалу.

Не рано ли затрясло? Я ещё не успел отойти от перелета, а о том, что не выспался, вообще молчу. Только вчера меня проинформировали о грядущих переменах, шепнув на ухо даже не факт, а сплетню, и сегодня к завтраку я уже имею такие горячие новости. Не слишком ли быстро работает почта «Херовых новостей»?

И вот я вместо того, чтобы тискать сонную Машку за сочную ляжку, смотрю, как Альбина кривит наштукатуренное ебало, понимая, что вытащила меня не из спортзала или кабинета, а из кровати.

-Все трахаешь малолеток? Не нагулялся ещё? – пропускаю мимо ушей ее вопросы. Альбина последний человек в этой вселенной, с кем я буду обсуждать свою жизнь. – Может повторим одну из наших сессий?

-Обязательно, - но тут же добавляю, - в следующей жизни. Жди здесь, сейчас оденусь и выйду. – Стараюсь не цепляться за мелочи, которые улавливаю в ее интонациях. Она безусловно грезит о нашем воссоединении, но… мне было это интересно до смерти ее папаши, сейчас пошел другой замес. Чтобы попасть во власть, у меня должна быть идеальная, кристально чистая репутация, как после Доместоса… И в данной ситуации дочь, хоть и умершего, но все же криминального авторитета, не лучшая партия.

Оставляю Альбину мечтать у порога о моем крепком члене, сам же возвращаюсь в спальню. Спит, «Красотка», твою мать, надо же было вспомнить такое! Волосы разметались по спине, я заметил, что она любит спать на животе, ещё и ногу подгибает… Рассматриваю её. Нахмурилась. Что же тебе сниться, Маша? Надеюсь, что я, иначе… и во сне заебу.

Захожу в гардеробную, тихо одеваюсь и ухожу. Пусть спит, потом отправлю Женю, чтобы отвез ее в общагу.

Спускаюсь… а Альбины и след простыл. Слышу разговор на кухне.

-И много он баб водит? – по-хозяйски интересуется Альбина у кухарки.

-Простите, но я за ним не слежу, - съезжает с темы моя работница.

-Что тебя ещё интересует, Альбина? И где я сказал меня ждать? – даю понять, что в моем доме ей нет места.

-Да ладно тебе… Я просто зашла выпить кофе, - чуть качнув чашкой с недопитым кофе, предъявляет мне его, как аргумент.

-Это тебе что, кофейня? Сказал ждать у порога, значит ждешь, - рыкнув на ее, хватаю за руку и тяну, пытаясь поднять со стула.

Поднимается с грацией кошки, выпячивая все, что можно выпятить. И встал же у меня на нее когда-то член? Может она меня чем-то опаивала? Сейчас реагирую на нее остро, с особым желанием… выпихать из дома и закрыть дверь. Но не могу. Надо узнать, что происходит в городе, и как это аукнется лично для меня и моей теперешней крыши.

-Поехали, Альбина, некогда заниматься херней! – зло бросаю ей, разворачиваюсь и иду на выход.

-А я бы не против… У меня как раз в машине завалялось пару секс-игрушек. Помнишь, как мы их использовали? – почему сейчас мне кажется, что, навязываясь, она опускается до уровня уличной проститутки? Давно ли я стал поборником морали? Раньше мне нравилось, когда она была разной… особенно в тех сессиях, которые она упоминала. И именно с использованием всякого разного… из секс-индустрии. Заводила новизна, острота, боль на грани… Резко поворачиваюсь в её сторону. Смотрю критически. Сейчас присутствует лишь равнодушие и легкая брезгливость. Нет, она не изменилась кардинально внешне, все такая же ухоженная и ебательная во все дыры блядь, но… меня это не трогает.

-А орального фиксатора нет? – она открывает рот, чтобы ответить, но я не даю, опережаю. – Чтобы тебе рот закрыть и не слышать ту хрень, что ты несешь. Альбина, запомни, мой член ты увидишь только в своих влажных снах. - Выходим на улицу. - Я смотрю, ты на машине? Отлично. Тогда езжай домой, а я разузнаю, что да как.

-Я с тобой, - хватает меня за руку.

-Я сказал, домой, - выдергиваю руку из её захвата. – Что непонятного?

И что мне удалось узнать? А ровным счетом ничего. Рабочая неделя пролетела со свистом, из хороших новостей… только стабильный курс валют на межбанковской бирже, в остальном – всё плохо. Понятное дело, что на поиски убийцы очень «важного» человека в определённой сфере жизни конкретного сегмента населения города, полиция выделила своих самых лучший сотрудников… На каждом уровне рапортую о колоссально проделанной работе, отчитываясь вышестоящему руководству, вплоть до генералов разных ведомств, но толку-то ноль… Убийца не найден, испарился…

Как? Как в помещении, где на каждом углу камеры, охрана, бля… даже посетители и те закоренелые преступники, которые чувствуют опасность за версту, кто-то смог убыть человека, оставшись незамеченным. Кто стрелял, откуда, как пронес оружие? Что не вопрос, то тайна… Управляющая клубом не вылезает с допросов. Уж Лиля точно не убивала… У нее алиби, как и у всех посетителей клуба. Прямо круговая порука! А труп образовался сам по себе, пришел уже с дыркой в башке и помер в отведенное время.