Эффект фальшивой свадьбы (ЛП) - Соренсен Карла - Страница 12

Моя попытка пошутить не удалась. Лучшая подруга осторожно присела на край кровати и одарила меня одним из своих «маминых взглядов», которые я ненавидела. Я даже не могла винить в этом ее будущую падчерицу в лице Фейт, потому что даже за те годы, когда мы жили в одной квартире в Милане, я получала немало подобных взглядов.

— Понимаю, что история с твоей тетей выбила тебя из колеи, но ты едва знаешь Логана.

Я перевернулась на бок и подложила подушку под голову, чтобы лучше ее видеть.

— Это идеальная ситуация, и ты это знаешь.

Она фыркнула.

— Я ничего такого не знаю. Это брак, Пейдж.

— Ну и что? Люди женятся по разным причинам. И разводятся по еще большему количеству причин. У меня есть три миллиона причин, чтобы, так сказать, прицепиться к Логану.

— А как же любовь? Что, если ты встретишь кого-нибудь на следующий день после того, как выйдешь замуж за Логана, и — бум! — ты уже жена и ничего не можешь с этим поделать? — Она легла рядом со мной, подложив подушку Люка под голову так, чтобы зеркально отразить мою позу. С зачесанными назад светлыми волосами, открывавшими ее лицо без макияжа, она выглядела точно так же, как тогда, когда я встретила ее первый раз. Наши колени соприкоснулись, и я слегка улыбнулась, вспомнив, как мы вот так разговаривали после того, как я заканчивала шоу или съемки. — Ты закрываешь дверь для возможности. Кто-то другой мог бы сделать тебя счастливой, и это заставляет меня печалиться за тебя.

— Я здесь уже больше года, верно? Ни один мужчина не заставлял меня смотреть дважды, кроме Логана.

— Да, потому что он игнорирует тебя. Он пробуждает в тебе инстинкт охотника, потому что не пускает слюни, не заискивает и не ведет себя как идиот.

— Вот именно, — с чувством сказала я. — Побыть замужем за привлекательным футболистом пару лет не составит труда. У меня будет хороший дом, в котором я буду жить, он будет уезжать на все время сезона, и я выберусь из-под твоей крыши, так что я больше не буду чувствовать себя нищей...

— Только это не очень хороший аргумент, потому что ты наследуешь три миллиона долларов, — перебила Элли. — Я уверена, что ты могла бы купить свой собственный дом.

— Элли, — заныла я. — Перестань перебивать мои обоснования логикой.

Она улыбнулась, но в ее глазах по-прежнему было то ужасное встревоженное выражение, от которого мне захотелось закрыть лицо руками, чтобы не видеть.

— Черт возьми, нет. И хочешь знать почему? Потому что именно так ты всегда и поступаешь. Ты принимаешь важные жизненные решения, не обдумывая их до конца. — Когда я все-таки закрыла лицо ладонями, чтобы не видеть ее, она протянула руку и отдернула их. — Ты тоже не можешь сказать, что я не права.

— Поверь мне, я все продумала. Даже его адвокат считает, что это гениально.

— Конечно, его адвокат считает, что это гениально. Это избавляет от необходимости обращаться в суд. — Элли вздохнула. — Пейдж, ты узнала о деньгах сегодня утром. Оговоренный тетей срок... неудачный, я согласна. Но в этом нет ничего невозможного.

— Это безумие, — вставила я. — Ты не можешь сказать, что это не безумие. Попытки найти кого-то, встречаться, влюбиться и жениться по старинке не осуществятся в следующем году. Я с трудом могу решить, какую еду заказать в ресторане, не говоря уже о том, чтобы остановиться на ком-то навсегда, понимаешь, о чем я говорю?

Она посмотрела на меня.

— Серьезно. Итак, я пользуюсь Tinder, или Bumble, или чем там еще есть, и у меня накопился запас ненужных вещей на полгода. Ты знаешь, что это делает с теми парнями, которые приходят ко мне дальше? Поговорим о давлении. Я бы не хотела подвергать себя такому испытанию, так что я определенно не могу просить их об этом. И я отказываюсь давать этой маленькой проныре Коллинз ни пенни из денег тети Эммы.

Элли перевернулась на спину и сложила руки на животе. То, как она смотрела в потолок, чуть не заставило меня сжать кулаки. Не то чтобы я нуждалась в ее благословении или что-то в этом роде, но было что-то, что нужно сказать, когда твой лучший друг смотрит тебе в глаза и говорит: я понимаю, почему ты это делаешь.

— Я просто… Я думаю, ты пожалеешь, что не подумала пару дней. — Она повернула голову и уставилась на меня. — В последнее время у тебя вошло в привычку прыгать, без оглядки. Ты ведь знаешь об этом?

Я поджала губы, но, конечно, она еще не закончила.

— Например, когда ты переехала в Нью-Йорк через неделю после того, как один специалист по поиску талантов сказал, что у тебя может быть модельное будущее.

Я указала на нее пальцем.

— Все получилось неплохо, тебе не кажется?

— Или когда ты переехала в Испанию, Амстердам и Париж, а затем вернулась в Испанию, а затем в Милан, потому что твой агент высказал мнение о том, каким модельерам нравится твой образ.

Я повелительно приподняла бровь.

— Ты жалуешься на квартиру, в которой жила со мной?

— Или когда ты бросила упомянутую работу модели без всякого запасного плана, без предупреждения, и села на самолет до Сиэтла, чтобы заплетать косички в доме Пирсонов. — Ее брови изобразили нечто особенное, возможно, более властное, чем мои собственные, потому что, черт возьми, она не ошиблась. Я просто... не понимала, зачем нужно разбирать все по пунктам.

Да, я переехала в Нью-Йорк по наитию, и моя семья считала меня сумасшедшей, но это дало мне фантастическую карьеру.

Да, я переехала в Париж, чтобы посмотреть, что из этого выйдет, потому что Нью-Йорк казался мне скучным, и это был потрясающий опыт.

Да, какое-то время я переезжала из страны в страну, потому что все казалось неправильным.

Что касается ухода, то в этом она тоже не ошиблась.

Черт возьми. Всякий раз, когда кто-то хотел усадить меня рядом и разобраться в чувствах, а также в том, почему и почему бы и нет, я сразу же начинала придумывать способы, которыми я могла бы физически искалечить себя, чтобы избежать этого.

Но это была Элли. Это была мой человек. Хотя при мысли об этом мне захотелось ткнуть себя карандашом в глаз, я глубоко вздохнула.

— С меня хватит, — сказала я ей. — Я устала от дерьмовых моментов и все меньше и меньше радовалась хорошим моментам. Устала от позирования и орущих на меня фотографов, устала от того, что ассистенты-придурки срывали с меня одежду. Устала от того, что не могу питаться одними макаронами, если мне так хочется. Или больше заниматься спортом, потому что «выгляжу слишком спортивно». Кроме того, в свои двадцать восемь и с некоторыми изменениями я, по сути, одной ногой на кладбище моделей. И мне может потребоваться не так уж много лет, чтобы люди стали советовать мне придерживаться сигаретно-кокаиновой диеты, прежде чем она начнет утомлять.

Она улыбнулась.

— Боже мой, помнишь ту девушку на показе Dior, года два назад?

У меня живот затрясся от смеха.

— Она чуть не прошлась по подиуму, а ноздри у нее были замазаны белой пудрой. Я думала, у Марии случится сердечный приступ. — Я вытерла слез. — Никогда не забуду, как новый креативный директор водил пальцем у той цыпочки под носом, пытаясь убрать с нее все это.

Элли вздохнула.

— Я понимаю, почему ты была готова к переменам.

— Но… — протянула я.

— Но я все равно не понимаю, почему ты так торопишься с мужем. Разве неделя на обдумывание повредит?

— Мне это не повредит, но чем скорее мы поженимся, тем скорее брат Логана отвяжется от него.

— Я не могу поверить, что никто из нас не знал о его сестрах. — Она покачала головой. — Имею в виду, я знала, что у него были сестры, как и Люк, но то, что он получил над ними опеку, — это совсем другое дело. Удивительно, что он так долго держал это в секрете.

— Знаю, — тихо сказала я. — Понятно, почему он такой придурок в общении с прессой. Чем больше ты говоришь, тем больше люди хотят услышать.

Мы оба хорошо усвоили этот урок. Элли знала больше, чем я.

— Четыре девочки, — задумчиво произнесла она. — Это… Я даже представить себе не могу.