Эффект фальшивой свадьбы (ЛП) - Соренсен Карла - Страница 34

— Изабель, — тут же предложила Клэр.

Я улыбнулась.

— Думала, кто-нибудь немного повыше ростом, с растительностью на лице.

Молли изумленно уставилась на меня.

— Ты серьезно позволишь им подшутить над Логаном?

Лия и Клэр изобразили одинаковые злобные улыбки, и я практически видела, как у них в головах крутятся шестеренки.

— Так даже лучше. Давайте устроим соревнование. Выигрывает тот, кто первым справится.

Я протянула Лии руку, потому что если кто-то и был зачинщиком, то она.

Девочки посмотрели друг на друга, затем Клэр кивнула своей близняшке. Лия вложила свою руку в мою.

— Ты заключила сделку.

ГЛАВА 16

Логан

В ту ночь, когда у Пейдж в душе был гость-рептилия, я вернулся в нашу спальню. Только... не в кровать. Пейдж недоверчиво посмотрела на меня, когда я присоединился к ней в комнате, приготовился ко сну, а затем резко выдвинул раскладной диван.

— Ты же не серьезно. — Она отложила книгу и смотрела, как я расправляю диван. — Ты едва поместишься на этой штуке.

Она не ошиблась. Я скептически посмотрел на это и постарался не думать о том, что меня ждет впереди. Но все равно это было бы лучше, чем забраться в постель рядом с Пейдж. Я подумал о том, как близок был к тому, чтобы сорваться раньше, как близок к тому, чтобы прижать ее к двери ванной, запустить руки ей в волосы, засунуть язык ей в рот, а руки — в трусики.

Если бы я был в пределах досягаемости от нее сегодня вечером, я бы уступил.

Отсюда и такое маленькое дерьмовое спальное место.

— Ты предлагаешь занять ее?

Она печально покачала головой.

— Я знаю, что, наверное, должна была бы, но, по-моему, моя способность принимать решения ослаблена, потому что я пытаюсь осознать тот факт, что напугала тебя и заставила лечь на диван.

Напугала. Да, точно. Это была Пейдж, размахивающая окровавленным пистолетом и ожидающая, когда акула рассечет гладкую поверхность воды.

Я улыбнулся.

— Да, ты меня напугала.

— Большинство мужчин не признались бы в этом. Посмотри, какой ты самоуверенный, Логан.

Я повернулся к ней спиной, не желая вступать в бой.

— Испугался, что твое подсознание застряло на кикбоксинге и я проснусь, когда ты будешь отрабатывать удар с разворота у меня на колене.

Она фыркнула.

— Если ты так говоришь.

Это не имело ничего общего со страхом, во всяком случае, я бы ей в этом не признался. По крайней мере, это был не тот страх, о котором она говорила.

Я не боялся того, что почувствую, если уступлю. Удовольствие, которое мы испытаем вместе, нисколько меня не пугало. Я потратил слишком много времени на размышления, каково это — быть хотя бы немного напуганным этим.

Я не боялся, что Пейдж, просто по своей натуре, подавит меня. Что я не смогу справиться с ней ни в постели, ни вне ее.

Пейдж не была чересчур сильной. В самый раз.

Ее характер – сильный, дерзкий и бесстрашный, – незаметно проник в нашу семью. В нем были трещины, которых я раньше не замечал. То, как она обращалась с близнецами. То, как Молли привязалась к ней. Даже в том, как Изабель упорно сопротивлялась Пейдж.

И все это потому, что она мне подходила.

Подходила мне.

Подходила девочкам.

Зная это или не желая это признать, я лежал на слишком маленькой кровати со скрипучей рамой и перекладиной, воткнутой в спину, и слушал звук ее глубокого ровного дыхания. Что заставило меня отправиться на тренировочную базу на следующее утро, до того как дома проснулся первый человек.

Когда я направлялся к тренировочной базе «Волков», на шоссе было довольно тихо, а на востоке ярко светило солнце. Мэгги ждала меня не раньше, чем через час, поэтому я не торопился и медленно прошел через парковку, держа костыли подмышками.

Новичок из нападения выходил из тренажерного зала и остановился поболтать со мной, пока я шел по коридорам в поисках Мэгги.

— Ты вернешься через сколько? Шесть недель? — он спросил.

Я кивнул.

— Это и есть наша цель. Максимум восемь.

Он хлопнул меня по плечу.

— Удачи, чувак. Нам будет тебя не хватать. — Он уже собрался уходить, но вдруг остановился и оглянулся на меня. — О, и, кстати, поздравляю.

Это заставило меня поднять голову, но он исчез прежде, чем я успел ответить. Прищурившись, я смотрел на его удаляющуюся спину, но тут он завернул за угол.

Когда я вошел в кабинет физиотерапии, моя гримаса заставила Мэгги рассмеяться.

— Это здорово, да?

— Чертовски больно, — признался я морщась, присаживаясь, на один из столов. — Я пытался не шевелиться, но... — Пожал плечами. — Не всегда все шло по плану.

Если бы захотел, я мог бы рассказать о змее, душе и моих сестрах. Но меня всегда беспокоила эта невидимая грань. Если я расскажу одному человеку, а она расскажет кому-то еще, кто в конечном итоге узнает о моей роли в жизни сестер?

— Так никогда не бывает, — пробормотала она, ощупывая мою коленную чашечку, пока я не выругался. — Прости.

Когда я откинулся на спинку стула, мы обсудили, как будет выглядеть следующая неделя, растяжки, которые я мог бы делать дома, то, что я мог бы делать на тренировке — потому что любая работа, которую она давала мне, чтобы я не оставался наедине с Пейдж в этом доме, была хорошей — и какой прогресс я достиг, чего следовало ожидать.

Несколько товарищей по команде то появлялись, то исчезали из зала, чтобы справиться с различными болевыми ощущениями, которые возникали во время регулярного чемпионата. К шестнадцатой неделе каждый из них был в той или иной степени избит, но это было частью работы. Вы обматывали себя пластырем, принимали ледяные ванны, прыгали в криокамеру и позволяли массажистке разминать каждую мышцу вашего тела, чтобы иметь возможность делать то, что необходимо на поле.

И если мне повезет, то через шесть-восемь недель я смогу повторить то же самое. В прошлом сезоне мы закончили сезон в одной игре от Суперкубка. Одна игра. И в этом году наш состав был более четким, быстрым, с хорошим балансом молодых талантов и опытных ветеранов.

— О, чувак, я забыл твой подарок дома, — сказал мне Робинсон, проходя мимо моего столика.

Я удивленно посмотрел на него.

— О чем ты говоришь?

Он просто ухмыльнулся и хлопнул меня по плечу.

— Ты ведь еще не был в раздевалке, не так ли?

— Нет. Что там?

Мэгги прочистила горло, и я бросил на нее подозрительный взгляд.

— Это была не я, — сказала она.

— Что была не ты? — Я начал вставать со стола, слегка поморщившись, когда моя нога коснулась пола, и я перенес слишком большой вес на колено.

Робинсон начал смеяться. — Подожди, подожди, дай мне сначала взять телефон.

Они последовали за мной, Робинсон снимал всю дорогу.

— Если это попадет в Твиттер, Фейсбук или еще куда-нибудь, я дам тебе по яйцам, Робинсон.

Он просто захихикал.

Что, черт возьми, происходит?

Мы прошли мимо двух игроков обороны, и они засвистели и захлопали, когда я направился в раздевалку.

— Подождите, подождите, подождите, — Робинсон бросился передо мной. — Мне нужно освещение получше для моего видео.

Я ущипнул себя за переносицу и попытался выровнять дыхание, прежде чем войти. Дверь распахнулась, и моя челюсть упала на пол.

Фотографии Пейдж. Везде.

Мой шкафчик был оклеен обоями с ее фотографиями из Спорт Иллюстрейтед. С потолка свисали плакаты, дополненные отфотошопленным снимком с какой-то дурацкой свадьбы. Мое хмурое лицо и ее поджатые губы в поцелуе.

Кто-то подбросил в воздух золотые блестки. К нарисованному логотипу был прикреплен баннер из золота и слоновой кости с надписью «Поздравляю».

Мои товарищи по команде засвистели и зааплодировали, некоторые подошли ко мне со свадебным плакатом и попросили автограф.

— А ты можешь подписать его ее фамилией? — просил Гомес. — Если бы я женился на ней, я бы сразу взял ее фамилию. Я бы согласился на все, о чем бы она меня ни попросила.