Мистер Ноябрь (ЛП) - Гудин Николь С. - Страница 17

Я отрываюсь, отчаянно нуждаясь в воздухе, но, получив его, понимаю, что это ничто по сравнению с отчаянной потребностью внутри снова почувствовать его губы.

Должно быть, он чувствует то же самое, потому что его губы снова захватывают мои, на этот раз нежно, его поцелуй мягкий и сладкий. На этот раз отстраняется он, и я не могу не улыбнуться вместе с ним, когда ухмылка трогает его губы.

— Я не знаю, откуда ты взялась, но я так рад, что ты здесь, — шепчет он, и впервые за долгое время я счастлива быть именно там, где нахожусь.

ГЛАВА 13

Ретт

— Ну и уютненько у вас здесь, — голос Кэла лопает пузырь, образовавшийся вокруг меня и Либби.

Последние две минуты — чистое блаженство. И, конечно, в самый неподходящий момент мой лучший друг ломает гармонию.

— А-а-а-а, я знала, вы — идеальная пара, — подхватывает Джинни, поднимаясь по песку вслед за ним.

Я их игнорирую; женщина у меня на коленях получает всё моё внимание столько, сколько захочет.

Либби закусывает нижнюю губу, щеки у неё розовеют — она понимает, что нас застукали. Но не спешит слезать с меня, как я ожидал.

Калум проворно издаёт мерзкий свист, и мне стоит огромных усилий не вскочить и не оторвать ему голову. Наконец, мне удаётся добиться с ней реального прогресса — она ослабляет свои барьеры, — а этот клоун будто специально старается заставить её снова их поднять.

— Их нет, Либ, — шепчу я.

— О, но они есть, — тихо смеётся она. Этот звук бьёт прямо в самое уязвимое место — мой член, который, к несчастью, всё ещё уютно устроился под её упругой попкой.

— Милый, можешь отдать мне худи? Я мёрзну, — просит Джинни Кэла.

Я вздыхаю. Не знаю, что толкнуло меня сделать групповое свидание. Надо было заранее понять: они просто убьют настроение.

Либби хихикает и поднимает ногу, чтобы слезть с моих колен, но я хватаю её за бёдра и мгновение держу.

Она ахает. Я боюсь, что перестарался и испугал её, но когда её золотистые глаза встречаются с моими, я вижу не страх, а желание — она обжигает меня взглядом.

Я снова целую ее в губы. Наплевать на друзей, на коллег, на всех — есть только она и этот миг, о котором я мечтал недели.

— Чувак, серьёзно, я рад за вас, но тут же дети, — говорит Кэл.

Либби отстраняется, грудь у неё тяжело вздымается.

Идеально. Она — идеальна.

Она соскальзывает с моих коленей, и на этот раз я даю ей уйти, но, чтобы не разрушить контакт, хватаю её руку и кладу на своё бедро, не желая терять прикосновения.

— Не мог ты, что ли, немного задержаться? — прошу я с упрёком.

— Извини, что моё присутствие портит тебе кайф, — фыркает Кэл, нисколько не смущаясь.

Подонок даже не выглядит виноватым, вытирая капли со лба. Джинни натягивает его худи, сияя от выполненной матчмейкерской миссии, а я слишком счастлив, чтобы возражать.

Пусть приписывают себе заслугу — мне всё равно, лишь бы я получил девушку.

— Ты полна сюрпризов, Либби-Лу, — продолжает Кэл, и Либби краснеет.

Я собираюсь велеть ему заткнуться, но его внимание переключается на Джинни: она наклоняется, чтобы поднять что-то, вывалившееся из кармана его худи, и он, бросившись, хватает маленькую коробочку, прежде чем она успевает.

— Что за чёрт? — восклицает она, чуть не падая. — Что с тобой не так? — раздражённо добавляет.

— Ничего, — бурчит он, пряча коробочку за спину и поворачиваясь к ней.

— О, Боже, — выдыхаю я, как только вижу, что у него в руках. — Ну вот… началось.

Я ясно понимаю, что в коробочке. Не понимаю только, зачем он притащил это на пляж сегодня. Парень, должно быть, настоящий придурок.

Либби подталкивает меня локтем, и я наклоняюсь, чтобы шепнуть ей на ухо:

— Это помолвочное кольцо.

Её рот невольно приоткрывается.

Наверное, не стоило раскрывать карты, но к чёрту — я знаю Джинни, и она не успокоится, пока не увидит, что в коробочке. Кот не останется в мешке надолго.

— Ты мне доверяешь? Пока стоишь и что-то прячешь? — возмущается Джинни.

— Я не от тебя что-то скрываю, — отвечает он. — Просто сейчас не время. Обещаю, покажу позже.

Джинни всё ещё сверлит его взглядом; у неё закипает кровь.

— Правда? Потому что мне определённо хочется увидеть.

Калум хмыкает, и у Джинни на лице такое выражение, что смеяться уже нельзя.

Я получаю от неё смертоносный взгляд и инстинктивно поднимаю руку в защитном жесте.

Не мой цирк, не мои обезьяны. Я не собираюсь запрещать Кэлу наживать себе проблемы.

— Перед всеми? — дразнит он.

Она сужает глаза.

— У тебя там что, секс-игрушка, что ли?

Либби подавляет смешок.

— Может и так, — бросает он.

— Хватит. Мне всё равно. Покажи уже, — требует она.

— Ну как скажешь, любимая. — Он швыряет коробочку ей, и в тот самый миг опускается на одно колено. Она ловит коробочку и одновременно поворачивает голову к нему.

— О, Боже, — выдыхает она, когда видит содержимое.

Её рука взлетает ко рту, глаза наполняются слезами.

Калум поднимает руки в жесте «я же говорил».

— Скажи что-нибудь, — шиплю я ему.

Он показывает мне средний палец, не переводя взгляд со своей женщины, и в истинно его стиле говорит просто:

— Это не то, как я себе это представлял, но я люблю тебя, Джинс. С того момента, как увидел, я влюбился в тебя по-настоящему. Ты — вся моя жизнь, и я не представляю её без тебя. Выходи за меня, детка?

Джинни кивает так быстро, что я вижу только смесь слёз и смеха.

— Да!

— Можно мне встать? Люди начинают пялиться, — усмехается он, поднимаясь и обнимая её.

Это должно ранить — видеть, как двое получают будущее, которое, казалось, вот-вот должно было принадлежать мне. Но это мои лучшие друзья, и я искренне счастлив за них.

Либби вздыхает рядом и кладёт голову мне на плечо. Мы сидим и наблюдаем, как меняются их жизни.

Я не могу не думать, что и моя жизнь тоже может перевернуться.

***

Ступни бьют по асфальту в такт музыке, гремящей в ушах.

Я ненавижу бегать, но это очищает голову и держит в форме, так что я продолжаю.

— Некоторые люди кайфуют от жжения в лёгких, — думаю я. — Но я — нет. Мне хочется обычных вещей, вроде Биг Мака.

Подхожу к дому Либби и замедляю шаг до прогулочного темпа. Последний месяц я пробегаю мимо каждый день в надежде застать её в саду или на крыльце, но удача ни разу не улыбнулась. Теперь прихожу сюда по инерции, всё ещё надеясь выжать у неё лишние пару минут внимания.

Похоже, и сегодня мне ничего не светит, но раз у меня теперь есть её номер, и вчера она меня поцеловала, можно сказать — я перестал рассчитывать на случайные стечения обстоятельств.

Улыбка не сходит с лица, когда я думаю о вчерашнем. Какой же это был день: первый поцелуй с Либби — и я держал её за руку целый день; помолвка Джинни и Кэла; я весь день парил в облаках. Либби, правда, не пошла со мной плавать, и, может быть, это справедливо. Однажды она доверится мне настолько, что снова выйдет в воду — я уж постараюсь.

Уже собираюсь ускориться, как взгляд цепляется за парня в машине. Он просто сидит, ничего откровенно подозрительного, но держит телефон, направленный в мою сторону — и это меня настораживает.

Я приближаюсь; он машет. Снимаю наушники и подхожу.

— Простите, не хочу мешать пробежке, но этот дом ещё сдаётся? — спрашивает он, кивая на дом Либби.

Оглядываюсь через плечо.

— Нет, чувак, кажется, его быстро забрали, — отвечаю я.

Он кивает и швыряет телефон на сиденье.

— Ну, ладно, я хотя бы попытался. Хороший район.

— Именно, — соглашаюсь я.

Он кивает и трогается, помахав мне на прощание.

Я качаю головой себе под нос на ходу. Надо перестать быть параноиком. Думаю, всё началось с того дня, когда Либби вошла в мою жизнь. Я до сих пор не понимаю, почему она так взвизгнула из-за съёмочной группы на пляже и зачем убежала с нашего свидания вслепую.