Курс по соблазнению. Секс против дружбы (СИ) - Крымова Юлия - Страница 20

Руки прокладывают собственные маршруты, беззастенчиво трогая всё, что встречается им на пути. Губы скользят по коже, впитывая новый вкус.

Эти ласки похожи на домашнюю густую карамель. С умопомрачительным запахом. Тягучую и обалденно сладкую.

Сложно сказать, когда мы наконец-то засыпаем. Знаю только, что Луна всё ещё подглядывает в окно. Наблюдает как мы, полностью обессиленные и обнажённые, переплетаемся между собой руками и ногами. Как сиамские близнецы, которых не разделят ни в одной самой продвинутой клинике мира.

Да, медицина бессильна. А дикая жажда - нет.

Именно она отрывает меня от мирно спящего Аверина и окунает в реальность.

Эта ночь была лучшей в моей жизни. И как бы мне не хотелось узнать, каким могло стать утро, надо возвращаться в номер, пока Никита ещё спит.

Полюбовавшись напоследок смуглой широкой спиной, натягиваю влажный купальник и крадусь на выход.

Но едва я успеваю прикрывать за собой дверь, как подскакиваю на месте.

– Ты? – визжит Белецкая, абсолютно не переживая, что может разбудить гостей.

Она сидит в коридоре на небольшом диванчике прямо напротив Костиной комнаты и прожигает меня злостным взглядом. Он пробирает прямо до костей ледяной ненавистью.

– Овечку из себя строила, а сама за моей спиной в кровать к Аверину полезла? – шипит, подскакивая на ноги. – Ну ты и с..ка… Я-то думала, это Анфиска рискнула пойти против меня. Видела, как она на него слюни пускала. А это, оказывается, скромница Ксюша под ним стонала.

Кто-то внутри ехидно подсказывает, что не только под ним, но и на нём. Но решаю не усугублять ситуацию.

– Собирай манатки и проваливай. Чтобы до завтрака тебя тут не было.

– Кира, я …

Хочется сказать: понимаю, как это выглядит… Но…

– Мне не интересно, – Белецкая грубо выставляет перед моим лицом ладонь, требуя помолчать. – Если увижу тебя с Авериным, превращу твою жизнь в ад. Опозорю на всю Москву. Сыну твоему вряд ли понравится слышать от всех, что его мать - шлюха… В слезах вернёшься обратно в свой Мухосранск. Так что держись от него подальше. Мой тебе дружеский совет.

Глава 21.

– Ксюх, ты чего молчишь? – Скорикова щелкает перед моим носом двумя пальцами, требуя вернуться на Землю. – Третий раз спрашиваю, как мне в этом платье? Не полнит? Кажется, на животе как-то странно собирается? Будто третьего жду.

– Ужасное платье! – вместо меня отвечает Олька, выглядывая из примерочной. – Наша тактичная Ксю просто не знает, как сказать, что расцветка тебя старит. А фасон и правда добавляет лишних килограммов.

Бездумно смотрю как Нинка дефилирует по магазину в своеобразном наряде, но никак не комментирую. И вовсе не потому, что боюсь её обидеть. Нет… Просто я присутствую тут лишь номинально. Все мои мысли раз за разом возвращаются к вчерашнему разговору с Костей.

Конечно, после столкновения с Белецкой я разбудила Никиту ни свет ни заря, и мы уехали. Для него, как и для Нинки, я отравилась закусками.

Аверин же сначала всё утро обрывал мой телефон, а в обед явился сам. Пришлось выйти в подъезд и устроить соседке небольшое шоу. Ничего сверхъестественного и суперинтригующего. Но от двери она не отлипала на протяжении всего нашего разговора.

– Всё было настолько плохо? – допытывался друг, не сводя с меня серьёзного взгляда. – Если что, я постараюсь лучше, только скажи.

Он вроде бы шутил и как мог, пытался разрядить обстановку. Однако ни ему, ни мне смешно не было.

– Кот, ты сам знаешь, что было куда лучше, чем хорошо, – ответила, пряча глаза куда-то за соседскую дверь. – Просто давай оставим всё как есть.

– А как есть?

Элементарный вопрос. И вроде бы такой же ответ. Но произносить слова почему-то сложно.

– Мы друзья, Кость. У меня бунтующий подросток, с которым сейчас крайне тяжело находить общий язык. Он бесится на твой счёт. И я не хочу окончательно портить наши с ним отношения.

Да, я действительно озвучиваю ту причину, которая для меня наиболее веская.

Запугивания Белецкой тут ни при чём. Хотя я помню, как она гнобила одноклассницу, которая знала физику лучше Киры. Бедняга в итоге не выдержала и перевелась в другую школу.

– Ему не обязательно знать, с кем ты проводишь время, – убедительно произносит Аверин. – И тем более как.

Вспоминая то самое "как", я краснею от макушки до пят. И, когда Костя легонько тянет меня к себе, на мгновение сдаюсь. Прижимаюсь щекой к мужской груди. Прикрываю глаза. Слышу, как где-то под футболкой гулко стучит его сердце. Так ритмично и быстро, что хочется посоветовать ему сделать кардиограмму.

– Кот, ты близкий мне человек. Мой лучший друг. Я хочу, чтоб так было всегда. Чтобы в старости мы хвастались друг другу, у кого из нас больше пенсия или вместе ругались на цены в магазинах.

Слова должны были прозвучать легко. С ноткой юмора. А выходит совсем иначе.

– Прости. Давай сделаем вид, что вчерашней ночи не было.

В моём голосе тонна решимости, но сама я почему-то замираю в ожидании ответа. Кусаю губы и по замедляющимся ударам Костиного сердца пытаюсь предугадать, что он скажет.

– Я понял, Ксень. Хорошо, – в конце концов сдаётся Аверин.

Наверное, можно выдохнуть с облегчением. Мы всё прояснили. Мы друзья. Всё осталось прежним. Совместно проведённая ночь ничего не испортила.

Стоит радоваться.

Но не получается.

Как и не с первого раза получилось отлипнуть от крепкой груди.

– Этот наряд не лучше, – врывается в воспоминания насмешливый голос Ерохиной. – Примерь тот кремовый сарафан. Он не будет так сильно облегать фигуру и скроет всё лишнее.

– Что-то не припомню, чтобы ты вела «Модный приговор», – возмущается Нинка. Но совета всё-таки прислушивается. Покупает и сарафан, и плетёную сумочку, которую ей подбирает Оля.

Даже несмотря на словесные перепалки подруг и полное отсутствие настроения у меня, шопинг получается удачным. Магазин мы покидаем с чувством выполненного долга, полностью увешанные пакетами.

– Когда уже до мужиков дойдёт, что не стоит покупать такие тачки? Все давно поняли, что чем больше машина, тем меньше член, – смеётся Олька, пытаясь протиснуться в свой Мини Купер.

Её авто буквально зажали с обеих сторон два чёрных Лексуса. Поэтому к возмущениям подруги подключается и Скорикова. Кажется, в этот момент всем представителям мужского пола дружно икается. Ведь Нинка не выбирает выражений. Настаивает, что все беды на Земле именно из-за мужиков, чем вызывает бурный смех Ерохиной.

– Странно слышать такие заявление от матери двоих сыновей, – озвучивает мои мысли Олька.

Скорикова что-то бубнит с заднего сидения, но я не вслушиваюсь.

Замечаю в соседнем ряду знакомый чёрный БМВ и всё моё внимание улетучивается к нему.

А точнее, к паре, что стоит напротив. К лучшему другу и невысокой стройной блондинке.

Глава 22.

– Ксю, а ты купила тот шикарный красный комплект? – спрашивает Олька, параллельно клацая что-то на приборной панели.

– Угу, – согласно киваю, когда по салону разносится заводная музыка.

Кажется, сейчас что не спроси, мой ответ будет одинаковым.

Благо Ерохина больше не задаёт вопросов. Она начинает увлечённо рассказывать про значение цветов. Про то, что не спроста красный считается цветом страсти и желания. Что у некоторых животных в брачный период краснеют определённые части тела.

Поэтому каждая уважающая себя девушка должна иметь не только маленькое чёрное платье, но и красненькие стринги.

– Не стоит недооценивать значение женского белья, – вещает Оля. – Это ведь как блестящая упаковка или атласный бант на подарочной коробке. Запускает воображение. Мужчина смотрит на твою грудь в красивом бюстгальтере и трясётся от нетерпения поскорее добраться до желанного подарка. Развернуть. Поиграть. Получить максимум удовольствия.