Уроки вежливости для косолапых (СИ) - Победа Виктория - Страница 33

Вздыхаю и практически заставляю себя отстраниться. Буров, к счастью, не мешает, ослабляет хватку.

— Все не так страшно, правда? — усмехается, глядя мне в глаза.

Облизываю пересохшие губы.

Воспользовавшись моментом, сползаю с его колен, он позволяет, не держит больше.

Отворачиваюсь и отхожу к окну, скрещиваю руки на груди, смотрю вперед и ничего не вижу. Глаза будто пелена застилает.

Слышу за спиной жалостливый скрип своего дивана, следом раздаются тихие шаги, оборачиваюсь резко и едва не впечатываюсь в широкую мужскую грудь носом.

Взглядом скольжу по оголенному торсу, как ни стараюсь, не могу не смотреть. Останавливаюсь на животе, осматриваю тянущиеся вниз косые мышцы.

Вспоминаю, как еще студенткой обсуждала с девчонками фигуры наших ребят. Хихикали по-доброму, украдкой косясь на парней.

С тех пор, кажется, целая жизнь прошла.

— Ты не стесняйся, рассматривай, — шутливый голос рядом с ухом заставляет меня оторваться от созерцания мужского торса.

Вспыхиваю моментально и невольно улыбаюсь, чем, конечно, снова веселю этого медведя нахального.

— Ты просто невыносим.

— Но я же тебе нравлюсь?

Молчу, только губы размыкаю, чтобы возразить. Вроде бы.

— Ладно, чем займемся?

— У меня вообще-то полно домашних дел, — вздыхаю.

— Предлагаешь мне помыть пол?

— Ничего такого я тебе не предлагала!

— Тебе, правда, сейчас хочется заниматься домашними делами?

— Не хочется, — признаюсь честно.

— Тогда предлагаю забить и расслабиться, — притягивает меня к себе, — я, кстати, помимо завтрака всякой вредной ерунды заказал.

— Ты серьезно не собирался никуда уходить, да?

— Конечно, нет, ты же меня сама позвала.

— Тебе говорили, что ты до ужаса наглый?

— Да, — как ни в чем не бывало, — но в бизнесе без этого никак. И потом, не будь я таким наглым, у нас бы с тобой ничего не было.

— У нас ничего и нет, — протестую, но уже не так уверено.

— Ну я бы поспорил, я вообще-то твоей маменьке жениться на тебе обещал, а я свое слово держу.

— Ты себя слышишь вообще?

— Вполне, — лыбится довольно, — но это мы чуть позже обсудим, ты пока не готова.

— Я не готова? — почему-то эта фраза меня задевает. — То есть ты прямо сейчас готов?

— Хочешь проверить? — с вызовом.

— Каким образом?

— Очень простым, в ЗАГС пойдем.

— Смешно, сегодня суббота, заявления не принимают, — я зачем-то поддерживаю этот бессмысленный разговор.

— У меня примут, — говорит безапелляционно и я ему, почему-то, верю, — не бери меня на слабо, Мариш, никогда, — произносит уже мягче.

Кусаю губу, жалея о своих необдуманных словах. И зачем я только начала эту перепалку?

Он же намеренно меня провоцирует, а я ведусь, получается, как девчонка несмышленая.

— У тебя же ноутбук есть? — спрашивает неожиданно.

— Д… да.

— А где он?

— В спальне, — отвечаю и только потом задумываюсь.

— Ну и отлично, — кивает и резко подхватывает меня под бедра, вынуждая тем самым обхватить его ногами и руками.

— Что ты делаешь?

— Несу тебя в спальню, будем валяться и смотреть телек, привыкай, Мариш.

И он в самом деле несет меня в спальню, а я позволяю, потому что сил сопротивляться и противиться нет. Да и не хочется, вопреки логике и здравому смыслу не хочется его прогонять.

Может не такая уж это все и плохая идея, по крайней мере сегодня. Он вносит меня в спальню, бережно опускает на кровать и выпрямляется.

— Доставай ноут, я за вкусняшками.

— Ты предлагаешь есть прямо в постели?

Он на мгновение впадает в ступор, хмурится.

— Ты против?

Я в ответ отрицательно качаю головой, вспоминая не к месту супружескую жизнь. Еще в самом начале наших отношений Вадим категорически запрещал мне даже мысль о том, чтобы тащить еду из кухни.

Уже тогда мне стоило задуматься над его поведением, но влюбленность туманила разум. Его запреты я оправдывала аккуратностью и заботой.

И зачем я только о нем вспомнила?

Тряхнув головой, отбрасываю подальше мысли о бывшем муже и тянусь к тумбе, на которой покоится мой старенький ноут.

— Ну что? — Буров возвращается как раз к тому моменту, когда я включаю ноут.

Ставит на кровать большую чашку с чипсами, крекерами и, кажется, сухариками, рядом кладет бутылку с лимонадом.

— Вкусная штука, кстати, — кивает на бутылку, а потом берется за пряжку своего ремня и начинает его расстегивать.

— Ты что делаешь?

— Как что? Штаны снимаю.

— Зачем?

— А ты предпочитаешь, чтобы я в них завалился на кровать?

— Я…

— Пижамы у меня нет, в следующий раз захвачу.

Он не шутит, снимает с себя джинсы и бросает их на кресло у стены. Я, не зная, как на все это реагировать, наблюдаю за ним с открытым ртом.

Как я вообще оказалась в этой ситуации?

Честное слово, больше никогда не буду пить.

Пока я мысленно обрекаю на себя все кары небесные, Буров ложится на кровать, забирает у меня ноутбук, вручает мне чашку с едой, рядом кладет бутылку и принимается что-то искать.

— Что смотреть будем?

— Я просто поверить не могу.

— Это фильм такой?

— Нет, это реальность.

— Ладно, я сам выберу, ты же не против?

— Мне уже все равно, — беру подушку и накрываю ею лицо.

Это сюр какой-то.

Впрочем, дальше все складывается не так плохо. Буров, вопреки моим ожиданиям, находит какую-то комедию и я довольно быстро втягиваюсь.

Даже не замечаю, в какой момент кладу голову ему на плечо, позволив себя обнять.

Меня накрывает чувством безопасности, и я наверняка обо всем этом пожалею. Веки тяжелеют и под хруст рядом с ухом я медленно засыпаю.

— Марин, — кто-то трясет меня за плечо.

— А? Что? — резко открываю глаза.

Напротив сидит Буров. Осматриваюсь, чашки нет, бутылки тоже. Ноутбук покоится на тумбе.

— Я уснула?

— Уснула, — кивает.

— Долго я спала?

Не сразу обращаю внимание на то, что он одет. Полностью.

— Больше двух часов, — улыбается, касается пальцами моего лица, — не хотел будить, но мне надо уехать, срочно.

— Что-то с Сашей? — спохватившись, приподнимаюсь резко и сажусь на кровати.

— Нет, с ним все хорошо, это по работе.

— Ясно, — поджимаю губы.

Мне вдруг становится необъяснимо грустно, какая-то тоска накатывает и внутри так пусто становится.

— Все нормально? — заглядывает мне в глаза.

— Да, конечно, — киваю, встаю с кровати.

Он обнимает меня, целует едва касаясь губ.

— Я позвоню, хорошо?

— Да, — снова киваю болванчиком, — я провожу.

Он уходит, а я запираю дверь и наваливаюсь на нее спиной.

Что я вообще делаю?

Глава 33. Кухонная психология

— Подожди, мне надо переварить полученную информацию, — демонстративно массируя виски, заключает Тонька после моего короткого рассказа, — и все же, надо выпить, — резюмирует и встает со стула.

Я вздыхаю, наблюдая за тем, как подруга открывает второй ящик сверху и достает из него штопор.

— Я не буду, — повторяю свое предупреждение.

Пить я отказалась сразу, как только вошла на Тонькину кухню и заметила на столе новую бутылку вина.

— Ну уж нет, по бокальчику мы с тобой бахнем.

— Я не буду, и вообще, завтра на работу, — продолжаю стоять на своем.

Впрочем, Тоньке, похоже мои доводы неинтересны, не слушая, она достает из шкафчика два бокала под вино, один ставит рядом со мной.

— Перестань, — отмахивается подруга, — ничего не случится.

— Угу, ты и в прошлый раз то же самое говорила, и Костик примерно так же говорил, — вздыхаю и утыкаюсь лицом в ладони, — а на утро я уже дважды проснулась в компании Бурова.

— Обещаю, завтра ты проснешься в моей компании, — торжественно заявляет Тонька, откупоривая бутылку, — я прослежу, — подмигивает и разливает вино по бокалам.

Я с огромной долей скептицизма перевожу взгляд с подруги на бокал красного полусладкого.