Уроки вежливости для косолапых (СИ) - Победа Виктория - Страница 50

Первый. Второй. Третий…

Не двигаясь и даже не дыша, я наблюдаю, как зверь опускает на землю передние лапы и заваливается на бок.

— Марина, Саня! — кажется, у меня слуховые галлюцинации на фоне пережитого стресса, но я точно слышу голос Миши.

— Дядь Миш, — за спиной звенит голос Сашки.

Мне требуется несколько мгновений, чтобы осознать происходящее. Откуда ни возьмись появляются четверо мужчин, один из них Буров. Сашка тотчас же срывается к дядьке и влетает в его объятия.

А я стою на том же месте, не в состоянии заставить себя двигаться. Только взгляд перевожу с лежащих на земле медведей на мужиков. Двое держат в руке предметы, подозрительно напоминающие оружие.

— Марин, — Миша передает Сашку в руки третьего, безоружного мужчины, и в несколько больших шагов преодолевает разделяющее нас с ним расстояние, — Мариш, посмотри на меня.

Я дышу прерывисто, тело уже нещадно колотит дрожь.

— Мариш.

Миша хватает меня за плечи, резко притягивает к себе.

— Все, Мариш, все позади.

Потяжелевшими, будто налившимися свинцом руками, обнимаю его в ответ, утыкаюсь лицом в его грудь, вдыхаю аромат и наконец окончательно понимаю, что все по-настоящему. Он, правда, здесь. И мы с Сашкой в безопасности.

— Я думал поседею, нахрен, — шепчет, зарывшись носом мне в макушку.

— А вы их что, убили, да? — тишину нарушает голос Сашки.

Я выкручиваюсь из объятий, смотрю на грустно рассматривающего медведей мальчика.

— Это транквилизатор, проспятся, и все будет с ними нормально, — подбадривает его один из мужчин с ружьями.

Лицо Сашки тут же преображается.

Все-таки дети есть дети.

— Лучше бы вы за ними следили повнимательнее, — недовольно басит Миша.

Мужики виновато пожимают плечами.

— Мих, ну ты сам понимаешь, что невозможно за всеми уследить, людей в заповеднике не хватает, а эти, — кивает на животных, — по идее дрыхнуть должны, да и не уходят они на такое расстояние от заповедника, людей опасаются, черт его знает, как они вообще сюда забрели.

Следующие пару секунд я слушаю весьма витиеватую брань Бурова, однако надо признать, без единого матерного слова обходится. Санька все же рядом. Не при детях же выражаться.

Хотя, признаться, я и сама не против.

— Глеб, Марину с Саней проводи до базы, я догоню.

Я невольно перевожу взгляд на того самого Глеба. Высокий, примерно одного роста с Мишей, волосы темные, глаза светлые, выразительные очень.

Глеб…

До меня вдруг доходит, что передо мной друг Бурова, о котором совсем недавно говорил Саша.

Мужчина кивает, улыбается мне, вызывав у меня тем самым ответную улыбку.

— Я Глеб, — представляется, протягивая мне руку.

— Марина, — произношу тихо, все еще переживая последствия недавнего шока.

— Пойдемте? — уточняет осторожно, видимо, хорошо считывая мое состояние.

Впрочем, у меня, наверное, все на лице написано. Не надо тут быть гениальным психологом.

Я киваю, бросаю взгляд на Мишу.

— Идите, я догоню.

Делаю, как он говорит, не имея ни малейшего желания спорить. Сашка, уже успев прийти в свое нормальное состояние, что-то эмоционально рассказывает Глебу, размахивая руками и периодически меняя интонацию.

— Марина Евгеньевна, вы как? — уже у входа в здание комплекса ко мне обращается Саня.

Ощущение, что из меня всю жизненную энергию выкачали, сил не хватает даже на то, чтобы осмотреться вокруг.

— Нормально, Саш, — выдавливаю из себя улыбку.

А ведь из нас двоих — взрослая я.

В холле, я даже не успеваю сориентироваться и оценить обстановку, как на нас налетает незнакомая девушка.

— Глеб! — с хорошо различимым облегчением в голосе, восклицает девушка, практически влетев в объятия мужчины.

— Аль, ты чего здесь делаешь?

— Я так переживала, что места себе не находила, а тут люди вокруг, как-то проще ждать, чем в номере.

Все то время, пока она говорит, я неотрывно смотрю на миниатюрную блондиночку.

— Это Аля, моя жена, а это Марина, девушка Миши, — представляет нас друг другу Глеб.

Я почти сразу вспыхиваю. Девушка Миши…

— Очень приятно, — радостно произносит Аля.

— И мне, — киваю, улыбаясь.

— А что с медведями в итоге, не нашлись? — она переводит взгляд на мужа.

— Увы, нашлись, Сашка с Мариной их все-таки встретили по пути.

— Какой кошмар, — пискнув, Аля машинально прикрывает рот руками.

— Да все хорошо, обошлось, — подает голос Саня.

В отличие от меня он выглядит абсолютно нормально, будто и не было ничего.

Вероятно, эта ситуация даже приводит его в восторг.

Я не успеваю ничего ответить, чья-то рука ложится на мою поясницу. Мне требуется меньше секунды, чтобы понять, кто именно стоит у меня за спиной.

— Быстро, — хмыкает Глеб.

— Я там уже не нужен.

Я не оборачиваюсь, просто подаюсь немного назад, точно зная, что Буров ни при каких обстоятельствах не позволит мне упасть, и мгновенно оказываюсь в его объятиях.

— А знаете что, — снова слово берет Аля, — давайте, может, закажем ужин к нам в номер? Посидим у нас, в тишине? Ну его этот ресторан, после пережитого, — она кивает на меня, а я благодарно улыбаюсь.

— Так, Сань, пойдем-ка с нами в номер, а вы подтягивайтесь, — едва уловимо указав на меня взглядом, Глеб кладет руку на плечо Саши и кивает Мише.

В этот момент я испытываю огромную благодарность к этой супружеской паре, потому что мне действительно требуется немного времени.

— Идем, — командует Буров, взяв меня за руку, когда троица удаляется к лифу.

Я молча перебираю ногами до самого номера, в который он меня заводит.

— Это мой личный номер, — поясняет в ответ на мой невысказанный вопрос и закрывает дверь.

Он и шагу сделать не успевает, как, поддавшись порыву, я подаюсь вперед и прижимаюсь к нему.

— Все уже хорошо, так сильно испугалась?

Он обхватывает мое лицо, заглядывает в глаза.

Я молчу, кусаю нервно губы и молчу.

Испугалась. Правда, теперь, находясь в безопасности, я даже не в состоянии точно сказать, чего испугалась сильнее. Самой перспективы быть разорванной медведицей или того, что после ничего не будет. Не будет Миши с Санькой, не будет жизни, о которой пока еще страшно даже мечтать, не будет возможности сказать, насколько он мне нужен, как сильно я в нем нуждаюсь, как сильно…

Не выдерживаю, встаю на носочки, обхватываю руками его шею и сама прижимаюсь к его губам. Чувствую, как по щекам скатываются слезы.

Я ведь могла больше его не увидеть и только это сейчас имеет значение.

Надо было встретиться лицом к лицу с медведицей, чтобы окончательно понять и принять очевидное.

Он мне нужен. Необходим. И я не хочу больше терять столь драгоценное время на бессмысленные попытки избежать ошибок прошлого.

— Ну все-все, Мариш, уже все закончилось, не надо плакать.

— Я согласна.

— На что? — он непонимающе хмурится.

— Я согласна на переезд к те… к вам, если предложение еще в силе.

Глава 47.1 Успокаивающие процедуры..

— Что? — его слишком серьезный взгляд меня несколько отрезвляет.

Миша молчит, смотрит на меня неотрывно, еще немного — и прожжет дыру у меня на лице.

— В силе же? — уточняю осторожно.

А в следующее мгновение меня сметает безудержный вихрь, за долю секунды я оказываюсь намертво прижатой к стене.

Его губы жадно накрывают мои, жесткий, даже болезненный поцелуй выбивает воздух из легких.

Своим заявлением я, очевидно, выдернула чеку — и вот-вот грянет взрыв. Мощный, всепоглощающий, разрушительный взрыв.

Буров целует меня грубо, несдержанно, как никогда раньше. Держит, фиксирует на месте, не оставляя шанса вырваться.

А я и не хочу. Не хочу вырваться, не хочу его останавливать. Просто знаю, что несмотря на легкую грубость, на этот животный порыв, он не причинит мне боли. Не причинит вреда.

И в эту секунду, в это безумное мгновение, я чувствую себя в абсолютной безопасности. Впервые за долгое время я точно знаю, что меня защитят, что с ним мне ничего не грозит.