Сваха (СИ) - Ленина Егорина - Страница 41

Особые приметы будущей жертвы будущего жениха:

1. мужчина;

2. свободный;

3. не совсем старый, чтоб сила была (если вы понимаете о чем я).

— Какие-то заниженные требования у вас. — пробежалась я глазами по анкете.

— Ну дак и не девочка я уже, чтобы на цвет глаз да форму носа смотреть! — ответила Мартына. — Замужем была. Опытная.

— Опытная у нас Марианна. — не согласилась Веся. — Трижды вдова и скорое четвертое замужество. Мы все, по сравнению с ней, новички в этом деле.

— Я тоже новичок? — спросила Аглая.

— Если ваш Тихон первый и единственный, то да. — и повернулась ко мне — Ваш вердикт, коллега?

— Надо искать в городе! — сказала, как отрезала. — Здесь выбора нет, а там мы еще не добрались до отдела дознавателей. Сколько там свободных мужиков?

— Семеро. — подсчитала подруга. — Еще толпа стражников, но они слишком молоды. Или минимальный возраст непринципиален?

— Так еще и выбрать можно? — сделала стойку Мартына. — Тогда можно всех посмотреть?

Дождик закончился, солнышко стало опять припекать и желание погулять появилось. Вместе с Димулей и остальными нашими детьми мы с Веселеей вышли на охоту. Ведь следующий разговор должен состояться у меня с Виктором. Правда для этого пришлось его вылавливать по всему селу, но от Олены Владияровны еще никто не уходил!

Прыгая по лужам, мы добрались до центра. Староста сказал, что он только что выдал циркачей страже и Виктор ушел провожать их до таверны. Попрыгали дальше, срывая траву и запихивая ее под пояс, сооружая юбки папуасов. Варлам покосился на наши наряды и сразу сказал, что Вик проводил толпу до таверны, тут стражники затарились хлебом и овощами и успешно отчалили в сторону города.

В таверне мы задержались. Пить хотелось — просто ужас, а тут так прохладно и квасом пахнет. Пока сидели и пили, то трактирщик бегло пересказал новости об артистах. Если совсем коротко, то они воры, рецидивисты и гастролеры. Ездят по городам и весям и обчищают зрителей и приглянувшиеся дома. Пока Багро и старый клоун активничали на сцене, цыганочки трясли юбками в толпе, снимая кольца и браслеты с зевак, а Андей шарился по сейфам в домах богатеев. И только мы смогли их поймать!

— Стражник еще удивлялся — шепотом доложил нам Варлам — Что все наши арестанты в состоянии близком к раскаянию. Потом Виктор сказал, что он сюда с тобой, Олена, приехал и вопросы отпали. А присутствие у нас в селе госпожи Веселеи Львовны разрешило вопрос о побитости преступников.

Что-то я не поняла — нам радоваться или возмущаться? Как странно работает наша слава, однако! Где там блудного мужа носит?

Марианны в комнате не было и задерживаться больше мы не стали. Только попросили уголек из печки и навели боевой раскрас как у Рэмбо. На вопрос хозяина таверны — зачем это все, мы ответили — маскируемся под аборигенов. Дверь за нами закрыли на засов.

Ушли в сторону пилорамы. Мужики вовсю работают, опилки летят, железки стучат. Ровно до нашего появления. При виде нас работа встала, пока Григо не гаркнул нечто воодушевляющее. Потом он продолжил что-то мастерить с Артемием, пока наша вдовушка сидит в тенечке и попивает мятный чай. Я уточнила — не видали ли моего благоверного, но мне ответили — нет. И мы ушли, будто вовсе не знакомы. Только игра бровями с нашей стороны и мелкий кивок со стороны Марианны.

Забежали на мыловарню. Там Любомир намешивал бурду в котле и заваривал траву в посудинах. Глафира встретила веслом первую вошедшую Веселею. Потом увидела нас всех остальных и извинилась, но шишка на лбу подруги уже начала расти.

— Отбиваюсь от поклонниц. — виновато вжала в плечи голову чернявая. — А тут вы нарядные… Ну, думаю, угорели тут совсем. Черти пожаловали.

— Нет поклонниц у меня! — весело крикнул через плечо мой дядюшка. — А вот от тебя приходится отгонять всяких.

Оставили этих товарищей с поклонниками и чертями трудиться дальше и пошли в храм. Ну мало ли? Вдруг Вик там поклоны Единому отбивает за то, что ему жена чудесная досталась? Если он до сих пор этого не сделал, я подскажу, что было бы не плохо зайти и поблагодарить боженьку.

Бабуля-стражница храма попыталась нас не пустить. И ее можно было понять, но лавкой дверь подпирать не надо! Пожилая женщина ведь! Вдруг спину прихватит. Ясмина встретила детей с радостью, а в нашу сторону хмуро зыркнула. И что это было?

— Вы так или по делу? — уперла руки в боки батюшкина жена.

— Мы тебя обидели? — тихонько спросила я, делая шаг назад.

— Соревнования без меня провели, а теперь спрашивает! А сейчас еще и в разведку ходили, наверное. — вспыхнув, указала на наши наряды Ясмина, но быстро опомнилась, развернулась к иконостасу и перекрестилась поклонившись.

Я честно попыталась оправдаться, но мне не поверили. Даже Веся не поверила. Еще и шепнула, что я просто забыла про боевую девушку. Покаялась. Грехи мне не отпустили по причине отсутствия отца Митрия. Тот в розарий ушел с экскурсией для Софьи, которую сопровождали Тимур и баба Мия с Танией Власовной. Интересно, молодые оттуда уже женатыми выйдут или дадут им время на погулять? Я за второе!

Мужа не видел больше никто! Вот совсем! Мы уже и к деду Власу сходили, и на пастбище, и в кустах посмотрели и в лесок ближайший покричали… Из леса донесся в ответ треск. Я подумала, что тот медведь вернулся. За треском послышалась заковыристая ругань. Не медведь! Они у нас воспитанные и подобных выражений не употребляют. Заметила как жадно прислушиваются дети и бегом погнала всех домой. Весю тоже, а то она уже блокнотик свой открыла. Надо будет посмотреть что там она написала. Я последние два слова не расслышала…

Домой вошла первой и сразу же провалилась в подпол. С яркого солнышка вошла в темень и не увидела открытый люк. Приземлилась довольно мягко. Прощупала в свете керосинки чей-то знакомый зад. Виктор?

— Милуетесь? — заглянул сверху папа. — Ну, не буду мешать вам.

Послышались голоса и детей погнали вытряхивать траву и отмывать лица. Веселею зачислили в их ряды.

— Ты живой? — потыкала я пальцем в мужнино полупопие.

Подо мной его тело затряслось. Конвульсии! Что там в пособии по первой помощи значится? Вспомнилось только искусственное дыхание рот в рот и непрямой массаж сердца. Любимый, я тебя спасу!

Вскочила на колени, оседлав тело, и за плечо развернула смеющегося Вика. Опять?! Вот вообще доверять человеку нельзя! Не плачет, не помирает, а ржет! А я тут на подвиг пошла, между прочим! Не, я рада, что он жив и здоров, но душа теперь требует свернуть может и не гору, но холмик какой-никакой.

— Спасибо, родная. — растянулся он во весь рост на уложенных на голую землю досках вместо пола. — Я воткнуть колышек не мог, а ты придала мне сил. И ускорение.

— Какой еще колышек? — не поняла я.

Оказывается, папуля попросил Виктора помочь перебрать полки и ящики в подполе на предмет гнилых досок. Вот и перебирали они все утро, пока мы участвовали в поисковом мероприятии. Они обнаружили несколько деревяшек на замену, папуля принес новые, а Вику надо было воткнуть колышек, чтобы все стояло. Но воткнуть попытался не в то место, где он раньше стоял, а рядом. А тут и я прыгнула.

— А я искала тебя! Мартыну надо срочно брать с собой в город. На денек. Или два.

— Она знает об этом? — недоверчиво уточнил муж, стирая пальцем угольные полосы с моих щек. — Она не из тех, кто просто сорвется с места.

— За кого ты меня принимаешь? Разумеется! Разумеется я сейчас поднимусь и скажу ей об этом.

Остаток дня мы просто бездельничали со всеми родными, близкими, друзьями и соседями. Подлатали крышу у сарая, скосили траву во дворе, носили воду, топили баню, стирали, мыли, поливали, варили, штопали… Почти отпуск, что тут скажешь. Вечер встретили у мангала во дворе под вялое запевание "Ветер с моря дул". Тихон, обняв Аглаю, тихо пустил слезу. Ранимый муж у соседки.

Разошлись рано. Утром отправляемся домой в город. Я предупредила Мартыну или ей сюрприз будет? Завтра узнаем.