Возлюбленная для чемпиона (СИ) - Кужель Маша - Страница 32

— Блондинка, которая открыла тебе дверь, — это Тома, наша няня, — произносит он, делая ударение на последнем слове. Он не просто имеет в виду, что она их няня, — он имеет в виду, что я сошла с ума, раз предполагала что-то другое. Я знала, что это правда, поэтому не собиралась спорить с ним.

— О. Значит, это няня.

— Да, Аня. Это няня, ее зовут Тома.

Чувство вины захлестнуло меня. Я бросаю печенье и встаю.

— Я все испортила. Я пришла извиниться.

— Правда? И за что же ты собиралась извиниться?

— За секс.

Я практически выдавливаю из себя это слово.

Его губы снова дергаются, а потом он перестает сопротивляться и улыбается во весь рот.

— Мне не нужны извинения за секс. Мне понравился секс, Ань. Ты права. Нам хорошо вместе. Я не против секса. Я против того, что ты убегаешь от разговоров.

— Вполне справедливо.

Он кивает в сторону квартиры.

— Хочешь зайти? Я могу сделать тебе кофе и... - он потер затылок, и это движение так мощно и красиво отозвалось на его грудных мышцах и бицепсах. Неужели он намеренно пытается использовать свое тело против меня? Но я тут же отметаю эту теорию. — Тема дома. Ты можешь познакомиться с ним. Если... если захочешь.

Он улыбается и берет тарелку с поломанным печеньем, после чего заходит внутрь. Я иду за ним, наполовину убежденная в том, что совершаю ужасную ошибку.

________

А вы бы заволновались из-за такой няни?)

Глава 50

Аня

Я была уже в нескольких шагах от двери, когда няня встретила меня во второй раз.

— Еще раз здравствуйте! — она переводит взгляд с меня на Илью и снова на меня. — Вы все-таки пришли по правильному адресу.

Я слышу тихое хихиканье Ильи.

— Она здесь в первый раз, — он берет у меня тарелку с несчастным печеньем и отдает ее Томе. — Том, пожалуйста, пропылесось крошки на лестничной клетке. А я пока покажу Ане квартиру и познакомлю ее с Темычем.

— Хорошо. Он уже позавтракал и опять запускает свой корабль в ванной.

Илья усмехнулся.

— Супер.

Он хватает меня за руку, и от этого прикосновения меня обдает таким жаром, что мне одновременно хочется выдернуть руку и прижаться к нему. Мое тело еще не понимает, что прошлая суббота была всего лишь вспышкой и мы с Ильей больше не будем встречаться.

Это так жутко — иметь такую сильную реакцию на него. Если бы меня спросили полгода назад, я бы ответила, что я с ним покончила. Но видимо я никогда не смогу забыть Илью. Может быть, я неспособна на это на клеточном уровне.

— Обещаю, что через минуту принесу тебе кофе, — сказал он, увлекая меня вглубь квартиры. — Сначала я хочу познакомить тебя с одним маленьким мужичком.

Гордость на его лице заставляет мои внутренности сжиматься, и в этот момент я понимаю, что все те горечь и обида, которые, как мне казалось, я испытывала по отношению к его жизни в Москве, не относятся к его сынишке. Я понимаю, что неважно, что Роза солгала. Неважно, что Тема не имеет ничего общего с его ДНК, потому что он — его. Во всех смыслах он его сын.

Илья трижды стучит в деревянную дверь, прежде чем открыть ее.

— Тём? Можно?

— Я в ванной, — отвечает он.

Илья жестом приглашает меня войти в комнату, и я захожу. Комната Темы была обставлена светлой мебелью. Кровать застелена покрывалом в виде динозаврика, и повсюду были раскиданы жуткие подушки в виде паучков и страшных глаз. У стены по-прежнему стоит куча коробок, а на полу в беспорядке лежит еще несколько открытых, но комната уже намекает на индивидуальность ее нового обитателя. Динозавры, всякие страшилки — все в светлых и бирюзовых тонах. Две высокие книжные полки пока совершенно пустые, но я улыбаюсь, глядя на них. Безусловно, они очень скоро заполнятся книгами.

Я иду за Ильей в ванную и замечаю маленького рыжеволосого мальчика. Он стоит перегнувшись через борт большой ванны и очевидно проводит какие-то военно-морские учения.

— Я тут проверяю, сколько солдатиков поместится на корабль, — поясняет он. — Кажется, трое утонули.

На лице Ильи появляется лучезарная улыбка, когда он наблюдает за сыном.

— Видимо придется нам с тобой прикупить корабль побольше, чтобы бедолаги не тонули?

— Конечно, — радостно отвечает малыш. — Я не виноват, что этот такой маленький.

Тема наконец-то поднимает голову, и его улыбка исчезает, когда он видит меня.

— Я хочу познакомить тебя с моей подругой Аней, — говорит Илья, направляя на меня ту же теплую улыбку, с которой он смотрел на сына.

— Привет, — говорю я.

— Я знаю тебя, — отвечает он.

А вот это неожиданно.

— Правда?

— Да. Ты папина подруга. Самая красивая, самая умная девушка, которая к тому же пишет книги.

У меня перехватывает дыхание, и я смотрю на Илью, который просто пожимает плечами и улыбается.

Тема печально вздыхает.

— Я тоже пытался написать одну книгу, когда мне было семь лет, но не закончил. Может быть, я допишу ее, когда мне будет десять.

— Ты уже сделал самое трудное — начал писать, — заверяю я его. Честно говоря, я чувствую себя немного лицемерно, когда раздаю советы на эту тему. Я умею только писать книги, а потом прятать их в стол. — Я уверена, что ты сможешь закончить, если решишь, что действительно хочешь этого. Нужно только постараться.

— Папа тоже так говорит. Но я не тороплюсь.

— А тебе и не надо. Ты можешь просто наслаждаться тем, что ты сейчас ребенок.

— Папа тоже так говорит.

Он встает, и я понимаю, какой он на самом деле кроха. Интересно, это все из-за его болезни? Меня пронзает боль в груди, когда я представляю, каково было Илье, когда Тема лежал в больнице.

Невзирая ни на что, я уже люблю этого мальчугана.

— Аня еще не видела нашу квартиру, — говорит Илья. — Я подумал, может быть, ты захочешь провести экскурсию?

— Ура! Обожаю экскурсии!!

Глава 51

Аня

После самой лучшей экскурсии, которую я только могла себе представить, Тема вернулся в свою комнату, чтобы закончить проводить свои испытания, а Илья провел меня обратно на кухню и налил мне чашечку обещанного кофе.

— Спасибо, — говорю я, когда он достает из холодильника коробку с пирожными. — Тема очень классный.

Его выражение лица смягчается.

— Он просто замечательный, и, учитывая все обстоятельства, я думаю, что он хорошо воспринял переезд. Мы оба были готовы к переменам.

— Я знаю, что вы все еще обустраиваетесь, но почему он сейчас не в школе?

— Когда в Интернете появились новости о его... биологическом отце... — Илья вздыхает, как будто эти слова причиняют ему боль. — Дети жестокие, они начали издеваться над ним, и в итоге мы забрали его и отдали на домашнее обучение. Он будет учиться на дому до конца этого учебного года, а я тем временем выберу для него лучшую школу. Я думаю, что домашнее обучение — это неплохой вариант, но все-таки не лучший для Темы. Ему необходимо учиться в школе с ребятами.

— Ты обязательно найдешь что-нибудь подходящее, — я поддерживаю его самой жизнерадостной улыбкой из возможных. — Кто знает? Может быть, ты отправишь его в нашу школу?

Он улыбается и смотрит в чашку со своим кофе.

— Я должен перед тобой извиниться, Ань, — произносит он, встречаясь с моими глазами.

Я опускаю чашку. Верно, я ведь тоже пришла именно за этим.

— Я не имел права вмешиваться в твои отношения с Геной. Я знаю, что это ничего не оправдывает, но я не мог смириться с мыслью, что ты будешь встречаться с кем-то, кто плохо к тебе относится. Если уж на то пошло, я считал, что поступаю правильно.

— Ты имел полное право беспокоиться.

— Я заслуживаю все, что ты мне сказала. Я никогда не хотел дать тебе почувствовать, что не считаю тебя способной принимать решения самостоятельно. Ты знаешь себя. Ты знаешь, что для тебя правильно.

Я не знаю, почему тогда сказала ему, что мы с Геной встречаемся с другими людьми. Я не хотела, чтобы он знал правду, но я могла бы просто сказать, что мы расстались. Я думала, что, по крайней мере частично, я пыталась сохранить дистанцию между нами, но я уверена, что корабль уплыл в тот момент, когда я расстегнула брюки Ильи в кабинете Жени.