Возлюбленная для чемпиона (СИ) - Кужель Маша - Страница 48

Я: Увидимся сегодня на борьбе?

Аня: Нет, Снеж сама повезет Платона.

Я: Ты избегаешь меня.

Аня: Да. Отчасти. Дай мне собраться с мыслями, Илья. Мы поговорим, но сейчас мне нужно кое с чем разобраться.

— Как тебе оно? — спрашивает меня Кирилл, крутя между двумя пальцами кольцо с одиноким бриллиантом. — Не слишком оно простое?

Я засовываю телефон в задний карман и шумно сглатываю. Потому что, когда лучший друг детства просит тебя поехать с ним, чтобы выбрать обручальное кольцо для любви всей его жизни, — ты это делаешь.

— Простое — не значит плохое, — я изучаю бриллиант. — А это кольцо мне совсем не кажется простым. Оно просто... солидное. Как вы двое.

Он усмехается.

— Я тоже так думаю, — он бросает взгляд на карман, куда я только что убрал телефон. — Это была моя сестра?

— Да.

— Она все еще избегает тебя?

Я провожу рукой по волосам.

— Да.

— Ты собираешься что-то с этим делать?

Я что, похож на идиота?

— Ей нужно немного собраться с мыслями, видите ли.

Он хмурится.

— Что ты опять натворил?

Я качаю головой. Кирилл не знает о нашей истории. Я никогда не рассказывал ему о Париже и о том, что она пришла ко мне, когда узнала, что их отцу совсем плохо. Может быть, настало время признаться во всем этом?

— На этот раз я ничего не натворил, — осторожно говорю я. — Но у нее есть все основания быть осторожной.

— В смысле?

— Послушай, я бы хотел рассказать тебе все, но ты должен поклясться, что не будешь размахивать своими кулачищами и не оставишь моего сына сиротой.

Его глаза округляются.

— Ох, блин. Нам наверно лучше что-нибудь выпить?

Я киваю.

— Наверное, так будет лучше всего.

Глава 74

Аня

Я старательно избегаю своей квартиры. Вчера я начала собирать вещи в эмоциональном порыве. Даже если бы я планировала остаться в городе — а я не планировала, — мне пришлось бы куда-нибудь переехать. Для ребенка здесь слишком мало места.

Я опять еду к Кристине и улыбаюсь, когда она открывает дверь.

— Можно мне у вас потусить?

— Конечно.

— Можешь меня покормить? Кажется, я перешла от токсикоза к неутолимой тяге к еде.

— Я… — она переводит взгляд на гостиную.

И в этот момент я понимаю, что Кристина дома не одна. В гостиной стоит Кирилл с пивом в руках. А на полпути между мной и диваном застыл Илья, который смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

— Илья здесь, — тихо говорит Кристина.

Черт. Я еще не готова к этому. И, возможно, никогда не буду.

Я поворачиваюсь, открываю дверь, которую Кристина только что закрыла, и выбегаю из квартиры на лестничную клетку в подъезд.

— Ах ты, сукин сын! — слышу я позади себя слова Кирилла. — Я выслушал всю твою чертову душещипательную историю, а теперь от тебя забеременела моя сестра?

Я закрываю дверь, прежде чем успеваю услышать ответ Ильи.

Качели во дворе раскачивают меня взад-вперед.

Когда дверь снова открывается, я поднимаю голову, ожидая увидеть Кристину, но это Илья.

Илья, который не захочет снова растить чужого ребенка. Илья, который просто хочет жить нормальной жизнью, где он может сосредоточиться на своем сыне и избежать всех этих драм.

Он, видимо, хочет сесть рядом со мной, чтобы поговорить; но, опасаясь моего настроения, похоже, решает, что лучше сесть на лавочку рядом. Его подбородок дрожит, когда он поднимает взгляд на меня.

— Ты беременна.

Я отрывисто киваю.

— И это не...

Я качаю головой. Я бы хотела, чтобы это был Илья. Но, конечно, это было не так. Илья всегда был слишком осторожен для этого.

Он поворачивается лицом к улице. Хорошо. Может быть, будет легче, если я не буду видеть его лица.

— Я не знала об этом до этой недели, — говорю я. Мне была невыносима мысль о том, что он хоть на минуту подумал, что я похожа на его бывшую жену, что я могла бы обмануть его так же, как это сделала она.

— Так вот почему ты спросила, — шепчет он. — В понедельник... Когда ты спросила, сделал бы я такой же выбор или нет.

Я сглатываю.

— Я догадываюсь, что ты, наверное, не хочешь сейчас со мной разговаривать, и я тебя не виню. Утром я улетаю.

Он снова поворачивается ко мне лицом.

— Что?

— На собеседование в Москву.

— Твой брат женится в субботу.

Так вот о чем он беспокоится? Что я пропущу свадьбу?

— Я буду дома в пятницу вечером, не беспокойся.

— Я имею в виду... Ты поставила семью на первое место. Ты решила остаться, а теперь собираешься сбежать и бросить их всех?

Я не хочу говорить о переезде. Я просто... не могу. Я бессильно пожимаю плечами.

— А он знает?

— Он знает.

— И он поедет с тобой в Москву?

— Нет.

Неужели он думает, что, если я не могу получить его, я возьму Гену, несмотря на ложь? Несмотря на то, что мое сердце принадлежит Илье? Мои мысли путаются и расплываются, а мир вокруг кажется туманным.

— Я знаю только одно: у меня должен быть способ позаботиться об этом ребенке.

Он закрывает глаза.

— И единственный выход, по твоему мнению, переехать в Москву?

— Я пока вообще ничего не знаю, кроме одного — я хочу быть мамой. Этот ребенок неожиданный и незапланированный, но отнюдь не нежеланный.

Я отталкиваюсь от качелей. Не надо было приходить сюда. Но одно было ясно: я должна переехать. Потому что я не думаю, что смогу выжить, постоянно видя Илью и зная, что он никогда не будет моим.

— Ты собиралась мне сказать?

— Я должна была сказать тебе сразу, как только мы увиделись. Я знаю это. Я просто...

Какое у меня оправдание?

Я хотела еще раз побыть с тобой? Я думала, что мое сердце не выдержит, если я потеряю тебя в третий раз?

В его глазах стоят слезы, и он поднимает лицо к небу.

— Пытаться растить ребенка в одиночку в Москве — большая ошибка.

— Мне не нужно твое одобрение.

Я иду к своей машине, и оглядываюсь только тогда, когда открываю дверцу. Он не бежит за мной. Он просто стоит там, уставившись в землю. Я понимаю, что часть меня надеется, что, когда обстоятельства в третий раз обернутся против нас, он все равно выберет меня. И, глядя на то, как он стоит на месте, как он отпускает меня, я чувствую, как мое сердце снова разбивается.

Глава 75

Илья

Аня ушла, а я чувствую себя так, как будто меня переехал поезд.

Прошел уже час с тех пор, как она уехала и оставила меня справляться с моим шоком и растерянностью самостоятельно.

У нее будет его ребенок.

Какая-то часть меня ждет, что она вернется и скажет, что все это было плохой шуткой. Ошибкой. Чем угодно.

У нас все не слава Богу. До того, как я уехал в Москву, она была слишком молода. Потом Роза забеременела, потом Тема заболел. А теперь...

Она ждет его ребенка.

— Ты выглядишь херово, — говорит Кирилл, садясь напротив меня.

Аня ушла, а я пришел в бильярдную. Я предупредил няню, что вернусь домой поздно, и намеревался нажраться до потери пульса. Но пока что я выпил не больше пары глотков пива, а заказанный мной двойной виски стоял передо мной нетронутым.

— Ты как, брат? — спрашивает он.

— Она ждет от него ребенка.

Кирилл берет мой виски и делает большой глоток, слегка морщась, когда ставит его на место.

— Ситуация просто ужасная. Я не могу понять, как Аня вообще связалась с этим мудаком, но по словам Кристины, у Ани с ним состоялась беседа, и они договорились, что он не будет участвовать в жизни ребенка. Кто так поступает?

Я поднимаю голову.

— Она так сказала?

— Да. Аня сказала, что не хочет, чтобы Гена участвовал в их жизни, а ему это вообще было неинтересно, — он качает головой.

— Серьезно? Он просто сделал ребенка и все?

— Ну, да. Полагаю, ты что-то знаешь об этом, учитывая историю с твоим собственным отцом.