Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Герритсен Тесс - Страница 1092

– Не знаю, – прошептала Хэл.

И опять она с острой болью в душе почувствовала себя предательницей из-за всей той лжи, что продолжает тут городить. Садясь на поезд, она не понимала, во что ввязывается. Врать про себя, про свою жизнь, кошки-мышки с Тресвиком – все это скорее похоже на забаву. Но играть с прошлыми трагедиями людей – на такое она не подписывалась.

Как это – потерять своего близнеца, свою вторую половину?

– Простите. – Голос Хэл охрип от усилий удержать слезы. – Мне не нужно было заговаривать о ней, я не хотела…

Она осеклась, и Эзра покачал головой, однако в жесте не было упрека. Он словно выражал то, о чем ни один из них не решался сказать.

– А что ваш отец? – спросил наконец Эзра, прочистив горло.

Они въехали с низкой трассы на горную дорогу, которая вилась до самого Трепассена. Хэл неотрывно смотрела в окно на громаду моря – темную, странного цвета кремния, совсем другую, чем молочно-меловые воды у Брайтона.

– Я его не знала. – Голос у нее стал тверже. Тема по крайней мере не причиняла боли. Рассказав эту историю, она никого не предавала. К тому же на подобные вопросы она отвечала множество раз. – Он был, что называется, на одну ночь. Мама даже не знала, как его зовут.

– Значит, он где-то существует? – спросил Эзра.

Хэл пожала плечами:

– Наверно. Но я не вижу ни единого шанса его разыскать, даже если бы и хотела.

– Так вы не хотите?

– Да, в общем, нет. Нельзя тосковать по тому, чего у вас никогда не было.

В каком-то смысле так оно и было. Но произнеся эти слова, Хэл вспомнила, как Хардинг за обедом приобнял Китти, укрыв ее от сквозняка, и поняла, что правды тут не больше половины.

8 декабря 1994 года

Глава 23

Вылезать из машины Эзры было неудобно. Хэл споткнулась, жестяная коробочка выскользнула из кармана и, со стуком ударившись о гравий, раскрылась.

– Черт!

Хэл нагнулась, чтобы собрать рассыпавшиеся веером карты, прежде чем их подхватит и унесет ветер. Эзра хлопнул своей дверью и обошел машину, чтобы ей помочь.

– Что-то уронили? – спросил он и, наклонившись, поднял одну карту, с любопытством посмотрев на нее. Тут лицо у него изменилось, словно он увидел привидение, но затем взял себя в руки и рассмеялся. – Таро!

– Именно этим я и занимаюсь, – коротко сказала Хэл. Одна карта попала под колесо машины, и она постаралась выцарапать ее оттуда, не повредив краешек о камень. – Я гадаю на картах таро на пирсе в Брайтоне.

– Не может быть! – Теперь Эзра по-настоящему рассмеялся. – Правда? А вы скрывали.

– Да нет. – Хэл просунула руку под машину, куда улетели еще две карты, достала одну, но не смогла дотянуться до второй. – Вы можете… Вы не могли бы достать вон ту карту с середины? Между колесами?

Эзра нагнулся, посмотрел, затем протянул руку и подхватил карту пальцами.

– Есть.

Но когда он встал, отряхиваясь, и посмотрел на то, что, собственно, достал, Хэл поняла, что это не карта, а фотография, которую дал ей Абель.

– Ого. – Он с минуту держал снимок в руках, стряхивая песчинки с потертых сгибов. – Откуда она у вас?

– Абель дал. – Хэл закусила губу. – Он… он решил, что мне она может пригодиться. Потому что у меня не так много маминых фотографий.

– Понятно. – И Эзра замолчал, не отрываясь глядя на фотографию. Хэл заметила, как он пальцем нежно погладил лицо сестры, которая сидела на снимке рядом с ним и улыбалась ему. – Вы… – Он с трудом сглотнул. – Вам, должно быть, очень ее не хватает.

– Да. Да, очень.

От того, насколько это была правда, у Хэл заболело горло. Говорят, время лечит, но это неправда или неполная правда. Первые рваные раны от потери затягиваются и рубцуются, но шрамы, которые они оставляют, не исчезнут никогда. Навсегда останутся чувствительными и болезненными.

Эзра еще раз смахнул со снимка воображаемые песчинки и потом, как показалось Хэл, почти неохотно отдал его с улыбкой, в которой было что-то от ее собственной оголенной боли.

– Мне тоже, – сказал он и, повернувшись, пошел к дому, как будто ему нечего больше было сказать.

Глава 24

– Итак, ввиду всех обстоятельств можно сделать вывод, что мы застряли тут до понедельника, – устало сказал Хардинг, плюхнувшись на диван в гостиной. Он взял с подноса чашку чая, который поставила перед ним Митци, и сделал глоток.

– Ты смеешься надо мной. – Абель закрыл лицо руками. – Я не могу остаться. У меня назначена встреча с клиентами на понедельник после обеда.

– Что ж, полагаю, тебе придется ее перенести, – разозлился Хардинг. Он разгладил рубашку, которая разошлась на животе, обнажив мягкую белую кожу, похожую на сырое тесто. – Могу также добавить, что отчасти это и твоя вина тоже. Оказалось, что нам всем надо было быть там как штык. Вот смотрю я на вас с Эзрой, и у меня создается впечатление, что я единственный, кто пытается распутать весь этот клубок.

– Да я представления не имел, что мать сделала меня этим чертовым душеприказчиком! – воскликнул Абель. – Какая вожжа ей под хвост попала?