Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Герритсен Тесс - Страница 269

Причин для волнения не было. Хорошая видимость. Ветер южный, со скоростью всего от пяти до шести узлов. Харлоу без труда могла проложить путь на запад, мимо залива Алум в сторону Нидлс.

Последний раз ее видели в 17:Томас Дэйвисон на борту яхты среднего размера «Эджиан» держал путь в залив Алум, где собирался пришвартоваться на ночь, и видел Харлоу у штурвала парусника «Морская пена». Они помахали друг другу. Дэйвисон шел в тридцати ярдах от нее – достаточно близко, чтобы заметить несколько подробностей.

Первое – отсутствие на Харлоу спасательного жилета; она тогда надела черную бейсболку и красную жилетку для яхтинга. Жилетка была ее любимой, бренда Musto.

Второе – Харлоу не была пристегнута к релингу. Когда она повернулась в сторону Дэйвисона, чтобы махнуть ему рукой, он точно видел, что страховочного линя не было.

Согласно расчетам, с учетом метеоусловий и уровня воды, «Морская пена» могла бы поравняться с Нидлс примерно в 17:При спокойном море у службы береговой охраны нет причин наблюдать за каждым проходящим судном.

В следующие несколько дней газетчики хватались за любую подробность. Журналисты опросили десятки друзей семьи Уэйдов. Все отзывались о Харлоу как о девушке, которая любила парусный спорт. Любила жизнь и надеялась завоевать первенство в своем классе в регате, которая начиналась в Каусе на следующий день после ее исчезновения.

А сорок восемь часов спустя была найдена ее черная бейсболка.

Некий мужчина, зарабатывающий выгулом собак, рано утром, примерно в 07:00, шел с псом по галечному пляжу вдоль замка Херст по другую сторону пролива, на острове Великобритания. На его глазах бейсболку прибило к берегу. Он подобрал ее и решил оставить себе. Однако заметил на бирке с размером подписанное ручкой имя – «Харлоу Уэйд».

К тому времени новость уже разнеслась по округе, и мужчина узнал имя. Он оставил кепку там, где нашел, и вызвал полицию, которая прибыла на место немедленно. Это единственный найденный предмет с судна «Морская пена». Кепка. Лежащая на мокрой серой гальке.

Астрид оторвалась от папки. Кофе стоял почти нетронутый и уже остыл. Она заказала еще одну чашку, размяла руками затекшую шею и вернулась к вырезкам.

В следующем репортаже приводилось несколько комментариев Патрика. Тот рассказал журналисту то же самое, что поведал Астрид на наблюдательной башне, за исключением версии про контейнеры для перевозок. По его словам, случай получался загадочный. Харлоу была выдающейся яхтсменкой. Не имелось никаких оснований предполагать, что она могла бы не вернуться на берег. И хотя журналист упорно добивался от Патрика большего, тот стоял на своем. Строить догадки бессмысленно. Однако журналистов это не могло остановить.

Спустя семьдесят два часа после того, как отец Харлоу сообщил о ее пропаже, служба береговой охраны прекратила поиски. В тот момент и начали зарождаться разнообразные теории. Одна из них стала особенно популярной. Астрид видела, что газетчики склоняли читателей к наиболее привлекательной, по их мнению, версии: Харлоу, возможно, свела счеты с жизнью.

Многие репортеры встречались с Дэйвисоном и спрашивали, мог ли он судить о настроении девушки по тому краткому мгновению, когда он видел Харлоу за штурвалом. Он не мог. Они «вежливо махнули» друг другу. Она улыбнулась, и он снова повернулся к штурвалу. Это все, что он мог сказать. Он не заметил ничего необычного в тот момент и не поменял своего мнения.

В следующее воскресенье вышло несколько длинных статей о Харлоу в центральных газетах. Астрид силилась вспомнить – возможно, она читала об этой истории, но не запомнила, потому что та была связана с парусным спортом. Воскресные издания создали Харлоу безупречный образ. «Яхтенный гений». «Примерная ученица» с высочайшими оценками. Любимица других учеников и учителей в частной школе на острове. «Идеальная сестра». К статьям прилагались фотографии маленьких Харлоу и Селесты в лодке. В том числе снимок, скорее всего, послуживший вдохновением для морского портрета девочек, обнаруженного Астрид в поместье Нидлс-Ай.

Печатали и совместные семейные фотографии Уэйдов – Харлоу и Селесты с отцом на яхтах всех мастей. Несколько кадров с торжественных церемоний, на которых Харлоу, совсем еще подросток, получала награды. Ей прочили первенство в регате – отец бы ей гордился. Зачем совершать самоубийство? Это казалось невозможным. В любом случае произошла настоящая трагедия. Бедная девочка, думала Астрид. Такая потеря.

Допив кофе, она пошла вверх по дорожке, зажав папку подмышкой. В бумагах не было ничего, что помогло бы приблизиться к разгадке. Никому бы не помогло. Тысячи людей читали те же самые материалы – других не было – и не нашли ответа. Произошел несчастный случай в море, возможно, по вине контейнера-убийцы. Никто не знал. Три года, четыре тысячи приливов и отливов спустя… Правда канула в море.

Астрид выбросила материалы в мусорный бак рядом с забором из рабицы. Папка не тяжелее пары глянцевых журналов. Но, оставляя ее тут, девушка чувствовала, что ей стало легче. Затем она отстегнула велосипед и поехала вниз по дороге к поместью Эбботсфорд.

Глава 19

Прежде чем отправиться в импровизированную студию, Астрид решила пройтись по саду. Посмотреть, как он пережил шторм. Она зря волновалась. Цветочные клумбы выглядели еще прекраснее. На зелень травы то тут, то там накатывали волны всех цветов радуги – голубые, желтые, красные. Изгородь после живительного дождя радовала глаз сочностью изумруда. Рядом с грядками, где росли травы, девушку окутал аромат шалфея, розмарина и тимьяна.

Единственное, чего ей не хватало сейчас на лодке, – горшочков с зеленью. Их пришлось оставить на причале в Хэнбери. Кобб обещал поливать их, так что с ними все будет хорошо. Кобб – впервые за несколько дней она вспомнила о нем. Да и то только из-за заботы о растениях. Возможно, пришло время признать – это был всего лишь летний роман.

Впереди на тропинке она увидела высокого, плотно сложенного мужчину в длинном вощеном плаще – в просвет между полами плаща и ботинками виднелись лишь несколько дюймов бордовых вельветовых брюк. Он был примерно шести футов ростом; лицо покрывала седая щетина, гармонировавшая с его коротко стриженными волосами. Стоя у клумбы, он срезал засохшие цветки георгинов и бросал их в зеленую пластмассовую тачку рядом с собой.

Он на минуту остановил на ней свой изучающий взгляд. Когда клумба осталась далеко позади, мужчина с тачкой догнал Астрид и окликнул:

– Эй, здрасьте.

Она остановилась и обернулась.

– Вы… м-м… – Он щелкнул пальцами, силясь вспомнить имя. – Это же о вас только и говорят ребята из Клуба любителей искусства?

– Астрид Свифт.

– Точно! – Он указал на ее волосы. – Косички. Я обещал ребятам поздороваться с вами, если мы встретимся.

– А, точно. Все время забываю про них. – Она запустила пальцы в волосы. Косички у Кэт получились что надо. Продержались все лето и даже не растрепались. – А вы, наверное, мистер Ригби?

– Он самый. Хьюго Ригби – управляющий поместьем.

– Приятно познакомиться.

Он бросил секатор в тачку.

– Обычно я сам садом не занимаюсь, но сейчас у нас нехватка рабочих рук. Вообще-то я нигде не могу найти Сайласа, нашего нового садовника. Вы случайно не видели его? Худой, светлые волосы.

– К сожалению, нет.

– Ну, ничего страшного. – Хьюго вытер руки о плащ. – Вы направляетесь в сторону вестибюля?

– Да, а затем в дворницкую.

– Как удачно, – сказал он. – Я вас провожу.

Их путь лежал через арку, оплетенную вьющейся розой с желтыми цветками. Астрид остановилась и понюхала один из них. Она почувствовала аромат фиалок и лимона. Он был настолько чудесный, что она невольно закрыла глаза. Затем повернулась к Хьюго:

– Сад выглядит изумительно. Это так здорово.

– Спасибо. – Он приосанился. – Мне повезло здесь работать.

– Клубу любителей искусства тоже повезло, что им разрешили заниматься здесь живописью.