Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Герритсен Тесс - Страница 418

Маура направилась к выходу из комнаты, тем самым показывая, что все важное здесь они уже увидели и теперь пора двигаться дальше. Джейн пошла вслед за ней к лестнице. Золотистый свет струился вниз сквозь застекленную крышу, и создавалось ощущение, будто они поднимаются по райским ступеням, однако этот путь вел совсем в другое место. Туда, куда Риццоли вовсе не хотелось попасть. Нехарактерная для Мауры летняя блузка казалась крайне неуместной – примерно как ярко-розовый наряд на похоронах. Пусть это была всего лишь незначительная деталь, однако она досаждала Джейн и даже раздражала ее: ну почему сегодня утром, в тот день, когда погибли трое детей, подруга выбрала именно этот жизнерадостный цвет?

Женщины достигли третьего этажа, и Маура грациозно отступила в сторону, приподняв обтянутую бахилой ступню над каким-то препятствием на лестничной клетке. Только когда Джейн добралась до последней ступени, она увидела маленькую – до слез – фигурку, накрытую пластиковым покрывалом. Опустившись на корточки, Маура приподняла кончик этого савана.

Девочка лежала на боку, свернувшись в позе эмбриона, так, словно пыталась укрыться в безопасной материнской утробе, о которой у нее остались смутные воспоминания. Кожа ребенка носила кофейный оттенок, а черные волосы были заплетены в мелкие косички, украшенные яркими бусинами. В отличие от убитых, оставшихся на нижних этажах, эта малышка была афроамериканкой.

– Убитая номер три – восьмилетняя Кимми Акерман, – объявила Маура бесстрастным и невыразительным голосом; от этого голоса Джейн, которая пристально глядела на мертвого ребенка, коробило все больше и больше.

Такая малышка! Девочка в розовой пижаме с крошечными танцующими пони. Возле трупа на полу остался отпечаток узкой обнаженной ступни. Слишком мала для мужской. «След Тедди», – поняла Джейн.

– Пуля пробила затылочную кость девочки, но наружу не вышла. Судя по углу, стрелявший был выше и целился со спины жертвы.

– Девочка не стояла на месте, – тихо произнесла Джейн. – Она пыталась убежать.

– Если судить по ее позе, в тот момент, когда в нее выстрелили, девочка, похоже, убегала в одну из комнат на третьем этаже.

– Выстрелили ей в затылок.

– Да.

– Кто, черт возьми, способен на такое? Убить ребенка!

Маура вернула на место покрывало и выпрямилась.

– Вероятно, она что-то видела внизу. Лицо убийцы. Возможно, это и послужило мотивом.

– Да прекрати ты свои логические размышления! Тот, кто это сделал, вошел в дом с готовностью убить ребенка. Стереть с лица земли целую семью!

– Я ничего не могу сказать о мотиве.

– Только о характере смерти.

– И это убийство.

– Ты так думаешь?

Маура нахмурилась:

– Почему ты злишься на меня?

– А почему все это тебя не трогает?

– Ты считаешь, это меня не трогает? Думаешь, я могу смотреть на этого ребенка и не чувствовать того, что чувствуешь ты?

Некоторое время женщины пристально глядели друг на друга, стоя по разные стороны от тела девочки. Это было еще одно напоминание о пропасти, которая пролегла между ними с тех недавних пор, когда Маура дала свидетельские показания против одного бостонского полицейского, показания, из-за которых он оказался в тюрьме. Предательство в среде правоохранителей быстро не забывают, однако Джейн всеми силами хотела заделать трещину, возникшую в их дружбе. Но просить прощения было сложно, да и времени прошло немало, и трещина укрепилась, словно прошла по бетону.

– Просто… – Джейн вздохнула. – Я терпеть не могу, когда такое случается с детьми. От этого мне хочется кого-нибудь задушить.

– Значит, нас двое.

Эти слова были произнесены тихо, но Джейн заметила, как в глазах Мауры мелькнул металлический проблеск. Да, ее подруга была в ярости, только она лучше маскировала свои эмоции и держала их под строгим контролем; точно так же Маура держала под контролем и все остальное в своей жизни.

– Риццоли! – окликнул коллегу детектив Томас Мур, стоявший в дверном проеме. Как и Фрост, он выглядел подавленно, словно этот день состарил его на десятилетие. – Ты уже говорила с мальчиком?

– Еще нет. Сначала я хотела посмотреть, с чем нам приходится иметь дело.

– Я пробыл с ним целый час. Он не произнес ни слова. Госпожа Лайман, хозяйка соседнего дома, сказала, что, когда мальчик только появился у нее на пороге в восемь утра, он был почти в кататоническом состоянии.

– Тогда ему, видимо, нужен психиатр.

– Мы вызвали доктора Цукера, и социальный работник уже едет сюда. Но я подумал, что Тедди, возможно, поговорит с тобой. Ты ведь сама мать.

– Что видел этот мальчик? Ты знаешь?

Мур покачал головой:

– Надеюсь только, что он не был в этой комнате.

Такого предупреждения было достаточно, чтобы пальцы Риццоли похолодели под латексными перчатками. Мур – высокий мужчина, и его фигура почти полностью закрывала дверной проем, словно он пытался уберечь коллегу от ожидавшего ее зрелища. Томас молча отступил в сторону.

В углу на корточках сидели две сотрудницы криминального отдела; когда Джейн вошла в комнату, они подняли головы. Обе были молоды, представительницы новой волны женщин-криминалистов, которые теперь доминировали в этой области. На вид ни та ни другая не могли еще иметь детей и знать, каково это, прижиматься к разгоряченной щеке больного ребенка или впадать в панику при виде открытого окна или пустой колыбели. Материнство несет с собой целую кучу страхов. В этой комнате один из таких ночных кошмаров стал реальностью.

– Мы считаем, что эти убитые – дочери Акерманов, десятилетняя Кассандра и девятилетняя Сара. Обе они приемные, – объяснила Маура. – Поскольку девочки встали с кроватей, их наверняка что-то разбудило.

– Выстрелы? – тихо спросила Джейн.

– О выстрелах в этом районе никто не сообщал, – возразил Мур. – Видимо, использовали глушитель.

– Но этих девочек что-то встревожило, – продолжала Маура. – Что-то заставило их выбраться из постелей.

Джейн не двинулась со своего места возле двери. Некоторое время все молчали, и она поняла, что коллеги ждут, когда она подойдет к телам, выполнит свою полицейскую обязанность. Но именно этого ей и не хотелось делать. Риццоли заставила себя приблизиться к съежившимся трупам и опуститься на корточки. «Они умерли, обнимая друг друга», – поняла Джейн.

– Если судить по их позам, – снова заговорила Маура, – похоже, что Кассандра пыталась закрыть собой младшую сестру. Две пули сначала прошли сквозь тело Кассандры, а потом пробили Сару. Затем в голову каждой девочки был сделан завершающий контрольный выстрел. Судя по виду, их одежду не трогали, так что я не наблюдаю явных признаков сексуального насилия, но это придется подтвердить на вскрытии. Оно начнется чуть позже, сегодня днем, если, конечно, ты хочешь присутствовать, Джейн.

– Нет. Я не хочу присутствовать. Я вообще сегодня не должна была работать.

Риццоли резко развернулась и пошла прочь из комнаты; ее бахилы шуршали по полу – Джейн торопилась покинуть место, где умерли две свернувшиеся клубочком девочки. Однако по пути к лестнице она снова увидела труп самого младшего ребенка. Восьмилетней Кимми. Куда ни глянь в этом доме, подумала Риццоли, от всего сжимается сердце.

– Джейн, ты как? – спросила Маура.

– Кроме того, что я мечтаю разорвать этого подонка на части?

– Я чувствую то же самое.

«Тогда тебе куда лучше удается скрывать это», – подумала Джейн. И взглянула вниз, на покрытое простыней тело.

– Я смотрю на этого ребенка, – тихо произнесла она, – и вижу свою дочку. Ничего не могу поделать.

– Ты же мать, это вполне естественно. Послушай, на вскрытие придут Мур и Кроу. Так что тебе не обязательно присутствовать. – Маура глянула на часы. – День будет длинным. А я еще не собрала вещи.

– Ты на этой неделе едешь в школу к Джулиану?

– Сегодня я во что бы это ни стало должна уехать в Мэн. Две недели с мальчиком-подростком и его собакой. Даже и не знаю, чего ждать.