Современный зарубежный детектив-10. Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Герритсен Тесс - Страница 448

– Скажи правду, Мария.

– Это и есть правда.

– Скажи правду, или… – Кроу осекся, когда Мур тронул его за плечо.

Двое мужчин не обменялись ни словом, однако Джейн видела, как они взглянули друг на друга. Видела, что Мур неодобрительно покачал головой, а Кроу ответил на это свирепым взглядом.

Внезапно Кроу выпрямился.

– Подумай хорошенько, Мария, – заключил он и вышел из комнаты.

– Черт! – пробормотал Фрост, стоявший за спиной у Джейн. – Вот уж точно говнюк на стероидах.

Сквозь зеркальное стекло Джейн наблюдала за сидевшими в другой комнате Марией и Муром. Он не утешал ее ни жестом, ни словом, а она продолжала рыдать, обхватив себя руками, словно пытаясь сдержать вздрагивания собственного тела.

– Здесь недостаточно доказательств, – сказала Джейн.

– А как же пальчики на кухонной двери? – отозвался Фрост. – И то, что он бегал от нас?

– Уймись. Ты говоришь, как Кроу.

– И еще серьги. Кто станет дарить домработнице такую дорогую вещь?

– Может быть, это правда. Возможно, госпожа Акерман была щедрой женщиной. Мы не сможем доказать обратное. И потом, вспомни их дом, вспомни все те вещи, которые мог бы украсть Сапата, будь это настоящее ограбление. Даже шкатулку с драгоценностями никто не тронул.

– Его спугнули. И он сбежал, так и не успев ничего прихватить.

– Разве это звучит правдоподобно? Такое должно тебя настораживать. Уж меня-то это точно настораживает.

В соседней комнате Мария медленно поднялась на ноги, опираясь на руку Мура.

– Мура это тоже настораживает, – заметила Джейн, наблюдая, как детектив провожает женщину к двери.

– Проблема в том, что тебе больше не от чего оттолкнуться. Только нехорошие ощущения.

Ощущений, конечно, было недостаточно, но Джейн не могла игнорировать их. Они – привет от подсознания, как бы говорящего тебе: что-то упущено, некая важная подробность, способная изменить ход расследования.

Способная изменить чью-то жизнь.

У Джейн зазвонил телефон. Когда она увидела на дисплее имя абонента, у нее снова возникло недоброе чувство.

– Фрэнки, – вздохнув, ответила она в трубку.

– Я дважды звонил тебе, но ты не отозвалась.

– Я была занята.

«Преследовала подозреваемого. Видела, как погиб человек», – мысленно прибавила Риццоли.

– Ага, ну да, только теперь уже поздно. Тут такое!

– Что происходит?

– Мы у мамы, и только что приехал Корсак.

– «Мы»? Ты хочешь сказать, что и папа там?

– Да. И все орут друг на друга.

– Боже мой, Фрэнки. Ты должен разнять папу и Корсака. И вытащить кого-нибудь из них на улицу.

– Джейн, клянусь, они убьют друг друга.

– Хорошо, хорошо, я сейчас приеду. – Риццоли повесила трубку.

– Не забывай. Нет ничего опаснее, чем семейный конфликт, – напомнил Фрост, который, кажется, даже и не собирался предлагать помощь.

– Остается только надеяться, что мне не придется вызывать адвоката.

– Для папы?

– Для себя. После того, как я убью его.

20

Выходя из машины, Джейн уже слышала крики. Она промчалась мимо трех хорошо знакомых ей машин, которые были припаркованы под очень странными углами возле дома ее мамы, и заколотила во входную дверь. Потом постучала еще раз, потому что никто не ответил; видимо, они оглохли от собственного шума.

– Ну наконец-то прибыла полиция, – сказал дребезжащий голос у нее за спиной.

Обернувшись, Джейн увидела соседку Анжелы, госпожу Камински, которая стояла на тротуаре возле дома. Эта женщина выглядела древней старухой уже двадцать лет назад, и два десятилетия ничего не изменили: казалось, она так и застыла навеки со своей хмурой физиономией.

– Соседи совсем от рук отбились, – сообщила госпожа Камински. – Сплошное распутство с какими-то чужими мужиками.

– Прошу прощения? – возмутилась Джейн.

– Твоя мать раньше была приличной. Добропорядочной замужней женщиной.

– Папа ушел от нее.

– И что, из-за этого можно сорваться с цепи?

– Это кто сорвался с цепи? Моя мама?

Входная дверь отворилась.

– Слава богу, ты приехала! – воскликнул Корсак. – Двое на одного! – Он схватил Джейн за руку. – Скорее, помоги мне!

– Видишь? – проговорила госпожа Камински, указывая на Корсака. – Это о нем я тебе толкую.

Вслед за Корсаком Джейн вошла в дом, с радостью закрыв дверь, чтобы не чувствовать осуждающего взгляда соседки.

– Что ты имеешь в виду – двое на одного?

– Я тут в гордом одиночестве. Твой папа и Фрэнки изо всех сил пытаются уговорить твою маму бросить меня.

– И что она говорит?

– Кто же знает, как она поступит? Такое ощущение, что она в любой момент может сломаться.

Для начала самое лучшее – выставить всех этих парней из дома, решила Джейн, направляясь в сторону кухни, откуда доносились голоса. Разумеется, эта битва не могла происходить ни в каком другом месте – только на кухне, где острые ножи всегда под рукой.

– Ты как будто побывала у инопланетян и теперь не можешь мыслить самостоятельно, – сказал отец Джейн.

– Мам, мы тебя не узнаем, – вторил Фрэнки.

– Я просто хочу снова получить свою Анжелу. Чтобы все было по-прежнему: я и моя жена.

Сидевшая у стола Анжела схватилась за голову так, будто стремилась отгородиться от атаковавших ее голосов.

– Папа, Фрэнки, – попросила Джейн. – Оставьте ее в покое.

Анжела в отчаянии воззрилась на дочь:

– Что мне делать, Джени? Они совершенно сбивают меня с толку.

– Нечего сбиваться с толку, – снова завелся Фрэнк. – Мы женаты, и дело с концом.

– На прошлой неделе вы еще разводились, – напомнил Корсак.

– Это было недоразумение.

– И звали это недоразумение Сэнди, – пробормотала Анжела.

– Она для меня ничего не значит!

– А я вот слышал совершенно другое, – возразил Корсак.

– К тебе это не имеет никакого отношения, – заметил брат Джейн. – Почему ты до сих пор здесь, засранец?

– Потому что я люблю эту женщину, ясно? После того как твой папаша ушел от нее, рядом был именно я. Именно благодаря мне она снова стала смеяться. – Корсак собственническим жестом положил руку на плечо Анжелы. – Твоему папаше нужно двигать отсюда.

– Не трожь мою жену! – Ударив Корсака по руке, Фрэнк сбросил ее с плеча Анжелы.

– Ты что, ударил меня? – рассвирепел Корсак.

– Ты имел в виду тот легкий шлепок? – Фрэнк изо всей силы ударил Корсака по руке. – Или вот это?

– Папа, перестань, – попросила Джейн.

Лицо Корсака приобрело опасный красный оттенок. Обеими руками он толкнул Фрэнка Риццоли на рабочий кухонный столик.

– А это уже нападение на полицейского.

Брат Джейн встал между двумя старшими мужчинами.

– Эй. Эй!

– Ты уже не полицейский! – заорал Фрэнк-старший. – И ничего удивительного: толстая жопа и сердечко пошаливает.

– Папа! – взмолилась Джейн, убирая подальше от отца деревянную подставку с кухонными ножами. – Прекрати. Прекратите оба!

Корсак поправил воротник своей рубашки.

– Ради Анжелы я готов не обращать внимания на все то, что сейчас произошло. Только не надо думать, что я когда-нибудь это забуду.

– Проваливай из моего дома, говнюк! – заявил Фрэнк-старший.

– Из твоего дома? Ты ушел от нее, – заметил Корсак. – Поэтому теперь это дом Анжелы.

– Последние двадцать лет я выплачиваю за него кредит. И что, ты до сих пор считаешь, что можешь покушаться на мою собственность?

– Собственность? – Анжела внезапно выпрямилась, словно кто-то вонзил копье ей в спину. – Собственность? Вот что я для тебя, Фрэнк?

– Мам, – возразил Фрэнки, – папа не это имел в виду.

– Именно это он и имел в виду.

– Нет, не это, – ответил Фрэнк. – Я просто хотел сказать…

Анжела смерила его тысячевольтным взглядом.

– Я не собственность. Я сама по себе.

– Скажи ему, малышка, – подбодрил Анжелу Корсак.

– А ты заткнись! – в один голос рявкнули Фрэнк и Фрэнки.