Девушка друга (СИ) - Инфинити Инна - Страница 49

У Насти горят глаза, и она чуть ли не захлёбывается словами, рассказывая о Владе. А я крепче хватаюсь за деревянную столешницу кухонного острова. Вот, значит, как. Влад уже вхож в ее семью.

— А как вы с Владом познакомились?

— Ой, совершенно случайно! — машет рукой. — Мы познакомились в Париже. Я поехала со своей бабушкой навестить двоюродную сестру. Она там живет и полтора месяца назад родила ребёнка. В день приезда я пошла одна гулять по городу, а бабушка осталась с сестрой помогать ей с ребенком. Так как я была в Париже первый раз, то заблудилась и сильно испугалась. Уже почти расплакалась, когда возле меня на тротуаре остановился парень и на русском языке предложил помощь. Так и познакомились.

— А что Влад делал в Париже?

— Приехал на несколько дней погулять по городу.

— Один? — удивляюсь.

— Да, один. Вот так мы познакомились. Он помог мне разобраться в карте города и проводил до дома моей двоюродной сестры. Пока шли, разговорились. Оказалось, что мы оба из Москвы. В общем, мы обменялись телефонами, в тот же вечер Влад мне написал и предложил погулять по вечернему Парижу. Короче, мы три дня гуляли с утра до вечера, разговаривали обо всем на свете. Сестра даже обижалась, что я совсем не провожу с ней время. Ну а вернувшись в Москву, мы с Владом начали встречаться. Вот так.

— Какая красивая история любви, — напряжённо выдавливаю из себя. — Будет, что рассказать внукам.

— Ой, скажешь тоже, — смущенно улыбается. — Посмотрим, как у нас сложится. Но... честно скажу: этот месяц с Владом, пожалуй, самый счастливый месяц в моей жизни.

У Насти на лбу написано: влюблена в Соболева до беспамятства. Интересно, как она отреагирует, если я сейчас скажу, что всего несколько месяцев назад Влад признавался мне в любви? И что мы до сих пор были бы вместе, если бы не беременность от Арса.

— А где твой муж? — спрашивает Барби.

Этот вопрос мне задают все и постоянно. Как будто мы живем в восемнадцатом веке и нельзя быть беременной без мужа.

— Не смог сегодня приехать, — вру. — Но он поздравил папу утром. Ты искала уборную? Она в конце коридора.

Одарив Настю прощальной улыбкой, выхожу из кухни. Мне срочно нужно на воздух, а то я задохнусь. Ревность долбит по вискам. У Влада с ней по-настоящему. Пусть они всего месяц вместе, это не важно. Я знаю Соболева лучше всех. Он не будет знакомиться с родителями девушки, если эта девушка ему только для секса. Раз Влад познакомился с семьей Насти и привёл ее знакомиться с моим папой, значит, он допускает с ней серьёзные продолжительные отношения. Вот так легко он забыл меня? Забыл все, что между нами было? Забыл все признания, которые говорил мне?

Засовываю ноги в угги, хватаю с крючка пуховик и стремительно шагаю к веранде в конце гостиной. Свет не горит, надеюсь, там никого нет. Но выйдя за дверь, застываю на одной точке. Тут Влад. Оперся локтями на деревянные перила и со скучающим видом смотрит в темноту.

— Ой! — восклицаю, когда он поворачивается на меня. — Не знала, что ты тут. Извини.

Хочу развернуться, но голос Влада останавливает меня:

— Ты не должна уходить только потому, что тут я.

— Я не из-за тебя. Просто... — запинаюсь, — ты тут чем-то занят, а я помешала.

— Я ничем не занят. Вышел подышать. В гостиной слишком душно.

Возникает секундная заминка. Я держусь за ручку двери и не знаю, что делать: уйти или остаться. Находиться наедине с Владом — смерти подобно. Но и трусливо сбегать не хочется. В конце концов, мы же взрослые люди. Закрываю плотно дверь и делаю несколько шагов к перилам. Останавливаюсь в метре от Влада и смотрю перед собой на падающие с неба снежинки. Уже декабрь, но я только в это мгновение осознаю, что наступила зима.

— Как твои дела, Вика?

Интонация, с которой Влад задал вопрос, пробирает до костей. Я съёживаюсь под пуховиком.

— Спасибо, Влад, все нормально. Правда нормально.

Заставляю себя посмотреть на него. Сердце больно сжимается. Снежинки падают на его чёрные волосы и тут же тают, образовывая мокрые капельки. Влад красивый. Какой же он красивый. А еще по-прежнему родной и любимый. Вот только еще никогда мы не были так далеки друг от друга, как сейчас, несмотря на то, что между нами всего один метр расстояния. Даже давно в детстве, когда я была для Влада пустым местом, мы были ближе.

— Ненавидишь меня?

Новый вопрос Соболева загоняет меня в тупик. Что он хочет? Поговорить по душам?

— Нет, не ненавижу, — честно отвечаю.

— А что тогда?

— Разочарована, — называю самое подходящее слово. — Знаешь, это как родители обещают свозить тебя в Диснейленд, а привозят в городской парк аттракционов с ржавыми скрипучими качелями. Так и ты. Обещал мне вечную любовь, а сам бросил при первых же трудностях.

Влад вздыхает и задумчиво смотрит перед собой в темноту. А я рада, что сказала ему это. Накидываю на голову капюшон от пуховика, надеваю на руки перчатки. Разговор будет долгим и тяжелым.

Глава 56. Лучше для ребенка

— Я бросил тебя не из-за того, что возникли трудности, — отвечает после паузы. — Ну, то есть, да, тогда я ушёл, потому что меня потрясла новость о твоей беременности от Арсения. Я не мог поверить, понять и принять это. Меня разрывало от мысли, что ты носишь его ребенка. Потому что я страшно ревновал тебя к Арсу. Потому что меня убивала мысль, что ты была с ним. Потому что я не мог делить тебя ни с кем, тем более с ним. Но так было только в первые несколько дней после сообщения о беременности. Потом злость и обида прошли.

Влад говорит медленно, подбирает подходящие слова. А меня молнией прошибло от его признаний. Колени слабые, я крепко держусь за перила.

— К чему вся эта лирика? — хмыкаю. — Почему просто не можешь честно признаться: ты не нужна мне с ребенком не от меня? В этом нет ничего предосудительного. Не все хотят воспитывать чужих детей, это нормально. Просто скажи правду, Влад. Хватит вешать мне лапшу про большую любовь. Ты не любил меня. Может, Настю эту, — киваю головой на дверь в гостиную, — любишь. Не знаю. Но меня ты точно не любил.

— Вика, все намного сложнее. Странно, что ты этого не понимаешь.

— Чего я не понимаю? — злюсь. — Просто скажи честно: тебе не нужен чужой ребёнок. Поэтому ты бросил меня.

— Хорошо, я скажу тебе честно. — Влад тоже завёлся. — Мне нужна ты и мне нужно все, что с тобой связано. Включая твоего ребёнка. — Я крепче хватаюсь за перила, не веря своим ушам. — Однако у ребенка должен быть один отец и настоящий, а не какой-то непонятный левый мужик, которого мама притащила в дом и просит называть папой. Если ты, Вика, хочешь вырастить нормального ребенка без психологических травм, то ты должна быть с Арсом, а ваш ребенок должен жить в семье со здоровой атмосферой. Странно, что об этом беспокоюсь я, а не ты.

Я зависаю на несколько мгновений. А Влад продолжает:

— Представь, мы бы были вместе. Даже поженились бы. Но отец у твоего ребёнка-то Арсений, а не я. Ребенок бы рос и не понимал, почему папа и мама не вместе. А еще бы думал, а почему у меня два папы? В школе у всех один, а у меня два.

— Откуда это все в твоей голове? — выпаливаю.

Боже, ну он и копнул. У меня даже мыслей таких не было.

— Потому что я через это прошел!

— Через что ты прошел?

Влад тихо смеется и качает головой.

— У тебя никогда не возникало вопросов, откуда я знаю твоего отца?

— Он тебя крестил.

— А как это произошло?

— Ну, наверно, твои родители попросили его об этом. А как еще это происходит? Родители просят каких-то близких друзей покрестить их ребенка.

— Да неужели? И в каком месте ты заметила очень близкую дружбу моих родителей с твоими?

Я осекаюсь. Задумываюсь. Хм, а ведь правда. Мои родители и родители Влада не общаются. Очень-очень редко папа мог позвонить тете Соне, но все звонки обычно касались Влада и его поездок к нам в Израиль. Единственный раз, когда папа звонил тете Соне не по делам Влада, это когда просил, чтобы я пожила у Соболевых на период моего поступления в вуз в Москве. Ну, типа, Влад же у нас жил много и регулярно ездил с нами на курорты, можно один раз и мне пожить у Соболевых. Но дружбы между нашими родителями действительно нет. А мой папа и папа Влада вовсе, мне кажется, ни разу даже словом не обмолвились друг с другом.