Три желания (СИ) - Придакова Ольга - Страница 83

— Что случилось? — Сания первая бросилась наперерез кобылки, пытаясь её остановить. Всё же опыт общения с этими зверями у неё был огромный и будучи уверенной, что ей удастся усмирить и подчинить животное, она бесстрашно встала у той на пути.

Найти не понравилась преграда и она поднялась на дыбы, забив в воздухе передними копытами и тряся головой. Всем видом показывая, что ей сейчас не до сантиментов.

— Пропусти её! Не видишь, что–то случилось! — Мгновенно переместившись к амистру, Рафаэлл потянул женщину за край одежды.

— Больно много ты понимаешь в амистрах, мальчишка! — презрительно бросила Сания, пытаясь ухватить кобылу за гриву и не попасть под копыта.

— Не смей оскорблять моего сына! — не сдержалась леди Палана, гневно сверкнув глазами в сторону противника. — Можешь так разговаривать у себя в горах, где таким грубиянкам и место!

— А по чьей милости моя дочь оказалась в этих самых горах? — Вступила в перепалку старая демонесса, .

И опять два рода встали друг против друга, ощетинившись магией, что заискрила у них на пальцах, готовая сорваться.

— А ну, тихо! — Прогремел раскатом грома мощный голос невидимого свидетеля этой перепалки. И, действительно, стало так тихо, будто на берегу разом выключили звук. Остался только рокот моря и шум ветра. Да топот копыт, что заглушал влажный песок, когда Найти, воспользовавшись заминкой, вновь ринулась к воде. Остановилась она только тогда, когда почти по брюхо зашла в море. И встала, замерев.

— Началось! — Прошептал Рафаэлл, подошедшему к нему ректору.

— Что началось?

— Освобождение. Она связана с человечкой чем–то вроде долга. У Дарины есть волосок от гривы амистра, который сейчас ищет путь к своей хозяйке, к ней. — Указал он глазами на кобылу. — И это значит, что Дарина сейчас где-то очень близко по ту сторону! Нужно ждать. От нас сейчас ничего не зависит.

— Хорошо. Но чтобы исключить любые неожиданности, посторонних нужно отсюда убрать! — Ректор мотнул головой в сторону дома, где прятались люди, наблюдавшие за сценой, что разыгрывалась на берегу моря среди Светлоликих.

— Они не уйдут. Ламберты. Их позвала амистр. А вот что здесь делают эти двое, я не знаю! — Пожал плечами Рафаэлл, намекая на графа и его человека — Он мне не нравится, мутный тип и намерения у него нехорошие.

— Так подчисти его память и отправь восвояси! Считай, что это зачёт, студент Анжи! — пожал плечами Урих, отходя к Сералу и о чём-то с ним переговариваясь вполголоса.

— Господин ректор, а можно вопрос? — бросил ему вдогонку Рафаэлл.

— Ну, попробуй!

— Мы ведь здесь не одни, да? Всегда есть запасной вариант, да?

— Какой догадливый! Займитесь заданием, студент!

Но ангел вновь ничего не успел сделать, потому что в небе ярко полыхнуло и к кобыле полетела огненная стрела.

***

Граф Ла'Вирт испытывал противоречивые чувства, наблюдая из окна своей комнаты за нечеловеческими страстями, что кипели в нескольких сотнях метров от его укрытия.

Если учесть, что сами по себе Светлоликие, да ещё в таком количестве, вызывали у него священный ужас вперемешку с восторгом, то, наблюдая за тем, как они, совсем как смертные, не могли сдержать эмоций и чуть ли не на кулаках, выясняли отношения друг с другом, приводило Пульетта, практически, в экстаз!:

"Такие же! Они такие же, как мы! Только более могущественные, имеющие две ипостаси, но похожие, как старшие братья!"

У Пульетта зачесались ладошки от возможных перспектив, если удастся сохранить дружбу вон с той, рогатенькой красавицей, что так воинственно сверкает глазами в сторону златокрылого!

— Нужно подобраться поближе — решил граф, — и подслушать, о чём идёт такой жаркий спор между крылатыми и рогатыми. — как окрестил он их мысленно.

Но самому лишний раз рисковать не хотелось, поэтому он приказал рабу тихонько подобраться к двум старикам, что отошли от основной группы и вели разговор, явно не предназначавшийся для основной массы.

Тому деваться некуда, хоть и трясся от страха, перечить своему хозяину не решился.

А Пульетт, тем временем, достал драгоценный фиал с заговоренной слезой универсала и ещё раз мысленно повторил формулу подчинения.

АБ АРГХ ЛАБ ПАГПАСАКОП!

Теперь бы не упустить появления девчонки!

Почему–то граф и мысли не допускал, что ему может сильно не поздоровиться, если на глазах такого количества сверхсуществ он проведёт ритуал подчинения.

Глаза и разум застилала пелена близкой, долгожданной победы и большой награды. Светлоликая наградит, он не сомневался! А до остальных ему дела нет. Она приказала, вот пусть и разбирается с сородичами, а он маленький, слабый человечек. Где ж ему тягаться с божеством!

Пока Пульетт оправдывал свое преступление в собственных глазах, его рабу удалось подкрасться к снежнокрылым ангелам.

Только вот Ла'Вирт не успел и глазом моргнуть, как один противный старикашка, развернулся лицом к мужику, сверкнул алмазным взглядом и ткнул раба в лоб пальцем, что–то произнеся на своём тарабарском языке. Его невольник на миг замер, потом потряс головой, словно сбрасывая с себя оцепенение и растянул рот в улыбке, показывая все свои тридцать два зуба.

А старик погрозил, не успевшему спрятаться за портьерой Пульетту, пальцем и щелчком в лоб отправил ЕГО РАБА в открывшееся окно портала! Щелчком! В портал!

У графа по спине пробежал холодок. А защитит ли его Светлоликая? Может пора отказаться от мечты? Свои бы ноги унести?

И пока Пульетт пребывал в раздумьях, на берегу события стали происходить быстрее, чем мысль оформлялась в голове у бедного графа.

Неожиданно с места сорвалась волшебная, огнегривая тварь. Ей наперерез выскочила красивая брюнетка, стоявшая рядом с его демонессой. Около неё материализовался (и откуда взялся там?) златокрылый. Следом подошла блондинистая крылатка и опять все встали друг против друга, сверкая магией.

От мощи силы, что волнами расходилась от Светлоликих, у графа вновь стали самопроизвольно подгибаться колени и, чтобы не упасть, он схватился за штору. Но драки между ангелами и демонами не случилось, потому что в небе полыхнуло, а через какое-то время пространство разорвалось и на той стороне все увидели ту, из–за которой тут все и собрались.

Универсал полыхала живым факелом, сидя на точно такой же огнегривой твари, что стояла сейчас рядом с мужчиной ангелом и изо всех сил старалась сдержать бушующие позади неё стихии. И было там, внутри окна, ещё что-то непонятное, клубящееся, постоянно меняющее форму.

Приглядевшись, у графа на голове зашевелились волосы, потому что он увидел души умерших! Нет, Пульетт не боялся неупокоенных душ... Когда их всего ничего, одна, две, несколько... Но то, что сейчас напирало с той стороны, вселяло ужас. Тьма. Сонм. Миллионы душ, которые сдерживал прозрачный щит универсала и еще одной женщины, стоявшей рядом с девушкой.

Но вот девчонка направила своего коня в окно портала. И как только пол крупа амистра оказалось по эту сторону, закрыла глаза, снимая с руки кольцо.

Кольцо! Граф чуть не подпрыгнул от радости — оно! Именно за этим артефактом он и гонялся, искал его, колесил по королевствам и лишал себя многих удобств! Все сомнения тут же испарились из головы Пульетта.

Воспользовавшись общей суматохой и тем, что всё внимание было обращено на универсала, граф выскользнул из дома и бросился бежать к берегу. Скорее! Подхватить! Не дать потеряться или быть затоптанным!

Он даже не сразу понял, что девушка вдруг свалилась с крупа животного и осталась лежать бездыханной на мокром песке. Что около неё упал на колени златокрылый, обхватив за плечи и прижав белокурую голову девчонки к своей груди. Граф не слышал, как воздух раскололся от жуткого крика: "Не отдам!" и ещё более жуткого хохота его Светлоликой демонессы.

Всё вокруг для графа словно погрузилось в жидкий янтарь, тягучий и безмолвный. Всё, кроме вожделенного перстня, что откатившись к кромке воды, лежал на мокром песке. Пульетт боялся, что накатившая волна смоет его в море и бежал изо всех сил. Добежал. Упал на колени, подхватил, сжал в кулаке: "Моя прелесть!"