Зодчий. Книга IV (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 12

Я молчал. Черномор, висящий рядом со мною, поменял цвет на болотный, потом на оранжевый:

— Я слишком в себя поверил, да? — осторожно добавил он. — Вечно со мной так. Простите, Хозяин. Я опять показал своё несовершенство. Но что с меня взять?

Таунхаус я покинул только когда из «Логова Друга» пришёл один из охранников Паулины и, раскланиваясь, принёс заказ. Панова с трудом усадила за стол Люция, одев его в белоснежный халат, сильно короткий для мужчины. Длинные худые ноги пленника едва вмещались под столом, а ещё Люций норовил нервно притоптывать одной из них, и радостно смеялся, когда столешница подпрыгивала.

На жаркое и морс «нечеловек» внимания не обратил, пока не появилась брюква. Увидев корнеплод, Люций всхлипнул, схватил его руками и впился в грязный овощ, как голодная собака в кость.

— Люций! Давай я хоть помою! — Александра попыталась отобрать «лакомство», и тут Люций заплакал, рванулся назад, запутался в скатерти.

Всё угощение полетело на пол, а сам безумец приложился затылком о косяк и грохнулся на пол, но брюкву не выпустил. Испуганно глядя на ошеломлённую Панову, он жадно запихивал в свой рот добычу.

— Всё хорошо. Всё хорошо, Люций. Хочешь так — ради бога, — подняла руки девушка, отступив.

Мужчина доел, отполз, оставляя за собой кровавый след.

— Ты поранился⁈ — ахнула Панова.

Люций встал на ноги, жалобно сморщился, посмотрев на бардак.

— Простите…

— Дай посмотрю, — приблизилась к нему Александра. — Повернись.

Он подчинился. Панова осторожно отёрла кровь с затылка упавшего. Никаких ран. Лишь розовая полоска кожи, на предполагаемом месте, которым он ударился о косяк. И то она исчезла на наших глазах.

— Всё хорошо, — улыбнулся нам Люций. — Всё не болит.

Его глаза изумлённо расширились:

— Кроватка!

Он зашагал в соседнюю комнату и плюхнулся на неё. Со счастливым видом раскинул руки и закрыл глаза. Через секунду раздался храп. Мы снова переглянулись.

— Вы это видели? — шепнула Александра. — Регенерация такой скорости…

Я кивнул. Это многое объясняет. И почему он был скован, и почему не умер. Необычная аномалия. На моём веку подобное не встречалось. Интересно, откуда вообще такой персонаж взялся.

— Двадцать пять лет во тьме, после страшных пыток, — сокрушённо промолвила Панова. — Неудивительно, что он сошёл с ума. Как вы думаете, что Аль Абаса от него хотели?

— То, что захотели бы другие, сударыня, узнай они о таком таланте.

— Да, я тоже об этом подумала. Но почему тогда они его там бросили?

Я не ответил. Ответ был очевиден.

— Приглядывайте за ним, хорошо?

Первым делом я вернулся в Конструкт и запустил строительство ангара с шурфом, неподалёку от квартала с таунхаусами. Оттуда проложил коммуникации до тоннелей культа, почти полчаса возился с силовыми линиями, переиначивая их под свой замысел, но, в конце концов, добился своего, и в подземельях под Томашовкой появился свет.

После чего проследил тоннели до Влодавы и обнаружил, что ход заканчивался прямо в Колодце, отбитым у Скверны. Под полем с ангарами. Других выходов там не было, то есть культ проделал путь к Колодцу под землёй и использовал осквернённую энергию в своих целях. Здесь вообще всё было в плесени.

Когда умер Бессмертный Страж, и я очистил источник — система, выстроенная Тёмным Зодчим, потеряла питание, и сдерживающие Люция путы пали. Для чего вообще нужно было городить такие сооружения, и дополнять их зачарованными на Скверну оковами? Если у вечно регенерирующего бедняги нет особых сил, и перед его пленителями стоит цель просто избавиться от тела — достаточно просто привязать камень к ногам жертвы и бросить в какое-нибудь болото. Просто, со вкусом, и надёжно. Никто никогда не нашёл бы его в этих топях. Незачем городить такие подземные хоромы, зачаровывать цепи и питать всё от Осквернённого Колодца, чтобы просто спрятать существо с подобным даром. Не вяжется.

Может, Тёмный Зодчий не закончил с Люцием до своего внезапного исчезновения?

М-да. Мне потребуется время, чтобы всё изучить… Тоннели под Томашовкой уходили на север, в земли Володина, и терялись где-то там, под холмами. Туда мой Конструкт пока не дотягивался, а значит, возможности анализа сильно ограничены. Перекрыв неизвестный ход тяжеленой шлюзовой дверью, я вышел на свежий воздух и направился в резиденцию Тринадцатого Отдела.

В моём кармане слегка побрякивали украшения из порченого золота. Большую часть я раздам самым ценным моим людям. Один отдам Орлову, и очень рассчитываю, что граф поделится со мной своими знаниями.

А ещё я остановил производство новых укреплений вокруг форта. Подумал минуту, и перемешал существующие, выставив их в других местах. Чеснокова, конечно, жаль. Но пусть ещё немного поработает. Заслужил!

Чиновник уехал в столицу через два дня, но за это время он один раз попытался сбежать на такси, сломавшемся сразу, как только Чесноков в него сел. Бюрократ даже не вышел из автомобиля, когда водитель сказал о проблеме. Он просто заплакал, и это окончательно растопило моё сердце. Так что я его отпустил и когда Чесноков с исписанной пачкой бумаг отправился пешком в Малориту — то не стал чинить препятствия.

За это время в лагере Тринадцатого Отдела специалисты Орлова устроили небольшую тюрьму для тварей Изнанки. Олег Кадывкин и его силовики отловили несколько перворанговых и второранговых порождений Скверны. Клетки, в которых они содержались, меня заинтересовали отдельно. Во-первых, материал любопытный, неожиданный сплав. Учёные Тринадцатого Отдела сумели создать экранирующую зону посредством комбинаций металлов. Во-вторых, они умудрились подключить клетки к мобильным энергетическим установкам, и полученным излучением полностью нивелировали любые таланты низкоуровневых монстров. Всё чистая физика, никакой магии.

Очень многообещающее направление для исследований. Не зря у них такой бюджет и такие возможности.

По заказу Тринадцатого Отдела я построил им лабораторию из схемы, предоставленной мне под расписку о нераспространении. Я подписал шесть различных бумаг на этот счёт, и нарушение контракта по любой из них грозило обвинением в «государственной измене».

Сама схема особого интереса не вызывала. Даже оборудование в нём в моём мире показалось бы детским игровым набором. Но здесь оно охранялось очень серьёзно и являлось настоящим достоянием государства. Большая часть силовиков Кадывкина была переброшена на охрану, и к выросшему посреди леса высокому зданию теперь не подпускали вообще никого, что вызывало недовольство местных грибников. Единственным любопытным моментом в схеме Тринадцатого Отдела был потрясающий эффект, обнаружившийся после возведения. Учёные, работающие на столь могущественную организацию, сумели экранировать от Конструкта всё происходящее за стенами лаборатории. Будто бы вырезали здание из картинки. А сама схема материала была закрыта для чтения. Защиту Отдела я, конечно, мог бы и взломать, но это сразу бы вскрылось при ревизии специалистом поддержки.

Так что пока я внутрь не лез. Тем более, что нечто похожее уже видел… Вот только ничего о такой технологии толком не знал, и это было вызовом моему таланту.

Шатры на границе почти опустели, основное оборудование из них тоже перенесли в новые помещения. Туда же, в конце концов, переехали и испытуемые экземпляры, на которых Липка и Вознесенский тестировали переданный им амулет. Результат мне был интересен, но пока в итоги исследований меня не посвящали. Хотя Орлова клятвенно заверял, что про меня не забудут.

Впрочем, и без возни Тринадцатого Отдела у меня забот хватало. Я навестил грустного Глебова, наконец-то пришедшего в себя после сражения с Шепчущим Колдуном, и предложил ему работу. Сталкер, понимающий, что их привычный способ заработка более им недоступен, предложение выслушал с интересом, а затем пообещал, что отберёт самых опытных сталкеров в деревне, и старательно поклялся, что детей среди них не будет. Также, благодаря щедрым дотациям со стороны Тринадцатого Отдела, я начал возведение многоэтажного квартала на очищенной людьми Гудкова земле. Весьма типовая схема с уютными одно-двух-трёхкомнатными квартирами, подземные парковки, зелёные сады и с детскими площадками. Первые этажи зарезервированы под коммерческие объекты. Везде идеальная звукоизоляция, вокруг красивый сквер с мощёными дорожками. Тренажёрный уголок, несколько беседок и специальное место для выгула собак, с приёмником отходов, соединённым с общей канализацией. На этом ресурсы закончились, однако я уже приметил место для школы и садика, а также где будет находиться автобусная остановка. Ведь людям нужен транспорт, а детям окрестных деревень необходимо добираться до места обучения.