Гранд-адмирал. Том восьмой (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 172

Оправдываю ли я себя?

Отнюдь. Я сделал то, что сделал ради выживания своих людей. Сделал бы ли я тоже самое в отношении населенной планеты, если б мне не оставили шанса?

Не готов ответить честно в данный момент даже самому себе. И, надеюсь, мне никогда не придется проверять свою гуманность на прочность в таком ключе.

— Адмирал, — капитан Тшель получил обновление информации от связиста и подошел к моему креслу. — Пилоты докладывают, что уцелевшие истребители и другие МЛА противника обнаружены и уничтожены. Задача выполнена.

— Благодарю, капитан.

— Разрешите вопрос, сэр?

— Разрешаю. Если вы не против, то я сразу дам на него ответ, — взглянув на Тшеля увидел как его мимика буквально застыла каменным изваянием. Как будто он не понимал, что интересующие его сведения так легко воспринимаются?

— Конечно, адмирал.

— Сохранение жизни пилотам и членам экипажей кораблей противника служит лишь двум целям, капитан, — пояснил я. — Первая — это получение актуальной разведывательной информации. Вторая — пополнение обменного фонда. Кронала не интересует судьба наемников и тех, кто сейчас противостоит нам. Корпорации находятся под его контролем и на данный момент у них в запасе большое количество военнослужащих и наемников, потери для них не существенны. Так что вторая цель невыполнима. Первая же бессмысленна по своей природе, поскольку мы владеем полнотой информации о происходящем в Корпоративном Секторе. Пленники нам не нужны.

— Но, сэр, разве подобное отношение к противнику не заставит их сражаться до конца? Раз мы все равно пленных не берем.

— До конца сражаются лишь идеологически подкованные и, в редких случаях, предельно зависимые от материальной составляющей своей службы. Идеологическая верность — это не то, что скрепляет фундамент Корпоративного Сектора. Материальные блага — да. Но ни один не-идейный наемник не будет стоять до последнего. Все, что нам нужно — дать понять военнослужащим и наемникам Корпоративного Сектора, что любой, кто вышел против нас — падет. Единственный их шанс выжить — сдаться до того, как сражение начнется.

— Но таких случаев еще не было, сэр.

— Разумеется, — согласился я. — Поэтому, нам необходимо создать прецедент, капитан. Чем, собственно, мы и займемся в ближайшее время. Готовьтесь к гиперпрыжку, капитан. В системе Нинн мы закончили.

«Справедливость» покинул гиперпространственный тоннель ровно в обозначенное время и обозначенных координатах.

Звездный разрушитель оказался на дистанции открытия огня из турболазеров прямой наводкой рядом с комической станцией, служащей временным убежищем для вражеских сил.

Орбитальная платформа XQ второй модели, ничто, в сравнении со звездным разрушителем и четырьмя тяжелыми крейсерами поддержки. А вот десяток корпоративных крейсеров и фрегатов, побитых жизнью и встречей с флотом контр-адмирала Мора — да. Это некоторая проблема.

— Капитан Верджиллио, — клон, выполняющий обязанности старшего помощника, связался с командиром звездного разрушителя с помощью комлинка. — Все системы в полной боевой готовности. Цели распределены и взяты на прицел. Передаю командование вахтенному начальнику.

— Принято, старпом, — отозвался командир звездного разрушителя.

Как и положено Уставом, старший помощник находился вместе с резервной вахтой мостика в помещении бронекапсулы запасного мостика, скрытого под толщей брони разрушителя. Выживаемость командной цепочки в сражении — одна из прерогатив, не позволяющих экипажу и сражению скатиться в хаос.

— Истребители прикрытия вылетели, ударные канонерки и бомбардировщики на следуют за ними, — сообщил вахтенный начальник.

— Пусть переходят к развертыванию и наступлению, — по дефлекторам «Справедливости» растеклись первые алые потоки энергии. Противник обнаружил прибытие звездолетов Доминиона и поспешил воспользоваться возможностью нанести удар, пока на корабле нет ни щитов, ни правильно функционирующей электроники.

Как же они ошиблись.

— Генераторы SEAL работают штатно? — спросил Верджиллио.

— Так точно, сэр, — уточнив у нужного вахтенного, начальник вахты передал информацию командиру. — Как вы и приказывали, мы запустили их заблаговременно, до выхода из гиперпространства.

— После сражения мне нужно, чтобы техники сняли показания со всех цепей и агрегатов защитных систем, — приказал Верджиллио. — Я хочу знать о возможных последствиях.

— Принято, сэр. Запись технических логов ведется с момента запуска генераторов SEAL.

Преодолевая скорость света, звездолет слеп и беззащитен, возвращаясь в реальное пространство. Его электронные датчики и проекторы подвержены кошмарной радиации, собранной в гиперпространстве, из-за чего едва ли могут функционировать.

Пока проекторы дефлекторного щита не избавятся от радиации, все мыслимые имперские инструкции по технике безопасности категорически запрещали напитывать их энергией. Потому как это приводило если не ко взрыву, то уж уничтожению внутреннего оборудования из-за скачков нагрузок. Не говоря уже о том, что корабль не может мгновенно восстановить свою мощность в реакторе солнечной ионизации после прыжка — всегда есть колебания выхода энергии. И они коррелируются по временной продолжительности с рассеиванием гиперпространственной радиации вокруг корабля. Буквально — считанные секунды времени. Но в то же время немало имперских и повстанческих кораблей были пойманы и уничтожены именно таким способом.

Идея капитана Верджиллио заключалась в том, чтобы напитать дефлекторы энергией от генераторов SEAL до выхода из гиперпространства. С имперскими проекторами это явно бы не сработало. Но «Справедливость» — один из тех кораблей, который получил фо-ф’еанское оборудование. По заявленным характеристикам, испытанным после дока, оборудование более защищенное и способно выдерживать значительные нагрузки и колебания энергии.

Следовательно, можно запитать дефлекторы и активировать защиту сразу после возвращения в реальное пространство. Вся проблема в том, чтобы оборудование пережило такой запуск. Тот факт, что дефлекторы не схлопнулись сейчас же, обнадеживает, конечно же. Но это еще ничего не говорит о внутренних структурных разрушениях самой системы.

— Вот и хорошо. Передайте бомбардировщикам, чтобы переходили к атаке целей. Ни один корабль не должен покинуть это пространство.

— Так точно, сэр.

Капитан Верджиллио остался в одиночестве. Расставив ноги на ширину плеч и заложив руки за спину, он наблюдал за тем, как стремительные «Скимитары» крохотными огоньками устремились к своим целям.

Звездолеты противника, отстыковывающиеся от станции неприятеля, сейчас оказались объяты огненным штормом. Пожирающий наиболее важные для побега агрегаты и узлы, барадиевые взрыв на каждом из вражеских кораблей уменьшал шансы противника покинуть эту безопасную гавань.

Капитан Верджиллио находил ироничным тот факт, что станция «Понтит» уже третий раз за период своей активной деятельности подвергается атакам со стороны различных сил.

Станция принадлежала ранее и в данный момент тоже корпорации «Галактическая электроника». Последние работали на территории Корпоративного Сектора. Благодаря тому, что «корпораты» фактически не зависели от Империи и не подчинялись ее правительству, то многие ограничения на них не действовали. Как, например, запрет на производство передового вооружения без уведомления, надзора и контроля со стороны Галактической Империи.

«Галактическая электроника» создала магнитную импульсную боеголовку. Или магнитно-импульсную торпеду, как ее назвали.

Возможности этого вооружения основывались на высококонцентрированном магнитном ядре. При столкновении с вражеским кораблём электромагнитный импульс выводил из строя большую часть его оружейных подсистем, оставляя его работать с эффективностью всего четверти от максимальных в течение длительного периода времени. В этом отношении боеприпас был похож на ионную пушку, но преимущество боеголовки с магнитным импульсом заключалось в том, что она могла обходить мощные щиты и выводить из строя цели. Однако, в отличие от ионного оружия, боеголовка с магнитным импульсом не повреждала двигатели корабля. Следовательно, применив это оружие, можно было лишить неприятеля возможности атаковать, защищаться, наблюдать за окружающим пространство. Но это никак не мешало ему маневрировать, уклоняться или сбежать с поля боя.