Говорящая с Пустотой (СИ) - Бутусова Лена - Страница 61

И в этот момент он уловил слабый мыслеобраз, промелькнувший между четырьмя Советниками. Все это время они чего-то ждали и вот, наконец, дождались.

С отчаянным ревом Мерриган кинулась на Алузара, вцепившись в него когтями. С другой стороны таким же неподъемным балластом в крыло короля впился Ловенгар. Он с хрустом сомкнул чудовищные челюсти на крыле, перемалывая кости. Карминовый дракон был гораздо тяжелее, и с перебитым крылом держать вес еще двух драконов было очень трудно. Алузар огрызался, поливая противником раскаленным добела пламенем, но все трое медленно опускались к земле.

Из-за вершины скалы показался, наконец, последний участник битвы. Зератан летел, тяжело махая небесно-голубыми крыльями. Он нес в лапах сеть, хищно блестевшую в лучах заходящего солнца. Зератан поднялся чуть выше сцепившейся троицы и с видимым облегчением опустил сеть им на головы. Словно по команде, Мерриган и Ловенгар бросились в стороны, и металлическая сеть тяжело легла на Алузара. Сеть была непомерно тяжела, она тянула его к земле. Судорожный взмах одним крылом, еще взмах, но сил больше не было, и Алузар камнем рухнул на скалы, придавленный тяжестью колдовского невода.

В тот же момент солнце провалилось за горизонт, и на землю опустилась тьма.

От удара о землю Алузар принял человеческий облик и теперь лежал на животе, распластавшись под ловчей сетью. Ее чудовищная тяжесть давила на него, не давая дышать полной грудью. В голове гудело, он никак не мог сфокусировать взгляд на собственных руках, чтобы сплести заклинание, но при этом вокруг него была странная гулкая тишина. Он не слышал Потока, как тогда, когда Ти по глупости и доверчивости надела на него Оковы. Откуда-то сверху послышался глубокий красивый голос Мерриган:

— Ты всегда был самонадеян, Лю. Твоя самоуверенность тебя погубила.

Алузар с трудом разлепил непослушные губы:

— Не смей меня так называть…

— Да, брось. Не все ли равно теперь? Ты ведь знаешь, из какого металла сделан мой невод?

Дракона с победным видом ходила вокруг поверженного короля. В руках ее было тонкое копье. Остальные старейшины стояли рядом, опустив головы в похоронном салюте. Алузар сжал зубы, поиграв желваками на скулах.

— Вижу, что знаешь. Он обладает удивительно высоким сопротивлением Потоку. Ты сейчас словно беспомощный детеныш. Полноценных Оков у меня, увы, нет, но вот цепочек предостаточно.

Алузар попытался шевелиться. Это было невероятно тяжело, словно вся тяжесть мира легла на его израненные плечи. Совсем как тогда, когда в недрах вулкана случился обвал, и их с Тианной засыпало. Но тогда Ти была рядом, и ее Поток струился сквозь него. Тогда он мог свернуть горы в прямом смысле, сейчас же чувствовал себя совершенно опустошенным. Тогда у него была причина, чтобы бороться, а сейчас? Нужен ли Тианне поверженный король?..

Мерриган, заметив его шевеление, поцокала языком и наступила на правую руку Алузара:

— Пытаешься колдовать? Не стоит, — она с силой вонзила копье в его левую ладонь, пригвоздив ее к земле. — В этой сетке достаточно орихалка [*], чтобы умерить твою прыть.

С этими словами она отломила наконечник копья, оставив его в руке Алузара, и, с силой замахнувшись, проткнула тупым обломком вторую его руку. Алузар лишь крепче сжал зубы, но не издал ни звука.

Чуть перехватив укоротившееся древко, Мерриган еще раз сломала его так, что обе руки Алузара оказались пришпиленными к земле.

— Но так мне будет спокойнее, — она широко улыбнулась.

— Мерриган, твои игры не достойны чести короля, — Кален, наконец, подал голос.

— Нет у него чести, — дракона огрызнулась.

Она наклонилась над Алузаром и принялась копаться в его одежде.

— Ты что-то потеряла, милая? — король пытался дерзить, но в его положении дерзость была обречена на провал.

Дракона сунула руку ему под живот, ехидно усмехнувшись:

— Уже нашла. Ты, как и прежде, в прекрасной форме, — Мерриган извлекла из складок одежды Алузара уголек Слезы.

— Давайте заканчивать это представление, я порядком устал, да и рука болит, — Орланг со злостью посмотрел на лежавшего под сетью Алузара, который даже в таком положении удостоился ласки прекрасной Мерриган. Не удержавшись, золотой дракон пнул бывшего короля в бок носком ботинка.

— Орланг, твое поведение также не достойно…

— Прекрати, Кален, — Мерриган одернула старейшего дракона. — Твои высокопарные устаревшие понятия о чести никого не интересуют. Меня интересует другое, что мы с ним собираемся делать?

— Как что? — Орланг искренне удивился. — Проигравший в поединке, согласно традиции, должен умереть. Если никто не хочет марать руки, я могу… — с этими словами золотоволосый дракон наполовину вытащил меч из ножен, но под пронзительным взглядом Ловенгара вернул его на место.

— Согласен с Орлангом, — Кален кивнул. — Таков закон. Кто за то, что Черный Огонь должен погаснуть? — Старейший дракон поднял кулак с большим пальцем, обращенным вниз, и его жест сразу повторил Орланг.

Однако остальные не торопились принимать решение. Повисла пауза.

— В чем дело? — Кален нахмурил кустистые брови.

— Я против, — Ловенгар поднял палец вверх. — Я всегда плачу свои долги.

— Ты уже расплатился, когда помог бежать лже-королеве и мальчишке-приемышу, — Орланг процедил сквозь зубы.

— Не будем сейчас об этом, — Кален движением руки остановил разгорающийся спор. — Пусть выскажутся остальные.

По лицу Мерриган нельзя было причесть ее эмоций. Потому ее слова прозвучали неожиданно:

— Я тоже против. Это глупо убивать его. Живой он принесет больше пользы. Он послужит хорошей приманкой и для своей королевы, и для выкормыша-наследника, которые, наверняка, явятся его выручать. А потом — решим три проблемы одним махом.

При этих словах Алузар глухо зарычал, попытавшись приподняться, чтобы видеть дракону. Сетка не позволила ему такой вольности.

— Двое на двое, — Кален констатировал факт. — Зератан, твое слово решающее.

Зератан не колебался с ответом. Он лишь бросил быстрый взгляд на Мерриган, едва заметно кивнув ей, и проговорил:

— И я против.

— Что? — Орланг явно был разочарован.

— Трое против двоих. Черный Огонь будет жить. Да, будет так! — Кален звонко хлопнул в ладоши.

Вслед за ним в ладоши хлопнула дракона, и рядом с местом боя прорвался портал, из которого посыпались стражники в парадных доспехах. Они окружили поверженного короля, ожидая приказаний.

Мерриган наклонила голову и улыбнулась уголками губ:

— В темницу его! Будет весело…

— Ти, успокойся, сосредоточься, — Антрас, как мог, подбадривал сестренку.

Тианна в который раз уже пробовала открывать портал, но все ее попытки терпели фиаско. Она нервничала, боялась за жизнь Алузара, испытывала страшное чувство вины перед ним, а для сложного магического действа нужно быть спокойным и сосредоточенным. Именно так, как говорит Антрас.

— Я справлюсь, — она упрямо поджала губы и закрыла глаза.

Вдох, выдох. Медленно и неглубоко. Еще раз вдох, успокоить сердцебиение.

— Может, это знак, что нам туда не надо, — неуместный комментарий Рика вывел ее из состояния концентрации.

Антрас с Лавром одновременно зашипели на него, и наемник сразу стушевался:

— Молчу, молчу.

Тианна снова вздохнула. Это уже слишком! За это время Алузар мог уже десять раз долететь да Драконьего Хребта, а она здесь топчется, не в силах открыть какой-то жалкий портал!

Ти злилась: на себя за неумение, на Рика за несвоевременные слова, на Лавра за то, что не мог нормально объяснить, что ей делать, на Антраса за то, что его магии было недостаточно, чтобы открывать порталы, на Лориэн за то, что переспала с Антрасом…

Тианна зарычала — точно так, как делали драконы в человеческом облике, когда злились. Не ясно было, как человеческое горло может производить подобные звуки.

И вот, движимые ее злостью, магические пласты реальности сдвинулись, воздух замутился, свившись в туманный, отливающий розовым, колобок.