Локки 11. Потомок бога (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 27

Мой же намётанный взгляд сразу понял, что сила в нём таится нешуточная. И дело тут вовсе не в амулетах или магии, ведь противники тщательно проверяли его перед каждой схваткой. Гном сам по себе был физически одарён.

— А вы, господин, не желаете попробовать свои силы⁈ — задорно окликнула меня женщина. — Вы вон какой статный и мускулистый! Вы точно поборете этого гномика. Он уже держится из последних сил! Гляньте, гляньте, сейчас с ящика сверзится.

— А кто ковал этот клинок? — спросил я, глянув на меч с несколькими камнями-артефактами. Он являлся главным призом в затеянной женщиной и гномом игре.

— Коротышка и ковал, — кивнула смертная на гнома.

— Правда? — посмотрел я на него.

— Истинно так, — степенно ответил тот и зашёлся в громком кашле.

Ну и актёр! На Оскар, конечно, не тянет, но браво крикнуть хочется. Да и ещё кое-чего хочется. Появилась у меня одна интересная мысль…

Глава 14

Я посмотрел на гнома, потом на раскрасневшуюся женщину, а затем снова на коротышку, скрытого ворохом шкур.

— А не боишься, что против тебя будет бороться какой-нибудь бог? — спросил я у него.

Гном скептически хмыкнул. А женщина немедленно прострекотала:

— Да зачем богу этот клинок? У богов таких клинков — хоть одним местом ешь. Да и условия схватки такие: без магии, без артефактов, только физическая сила.

— Ага. То есть ты намекаешь, что этот коротышка и бога завалит, если тот будет без магии и артефактов, да? — сощурился я.

Женщина нервно сглотнула и пробежала взглядом по лицам нескольких смертных, слушавших нашу беседу. Видимо, она поняла, что сболтнула лишнего.

— Нет-нет-нет! Что вы! Какой бог? — затараторила она и презрительно плюнула в сторону гнома. — Да его даже деревенский кузнец соплёй перешибёт! Бог-то его вообще в бараний рог скрутит!

— Баба врёт, — уверенно прогудел тролль, потирая пальцы. — Этот сморчок пару часов назад даже меня одолел. А я у себя в племени считался самым сильным.

В его маленьких глазах, где ум почти не светился, вспыхнула детская обида.

— О как! Аж тролля одолел? И за победу над таким героем дают лишь клинок с несколькими артефактами? Непорядок, — проворчал я, глядя на гнома. — Может, увеличим ставки?

— Что вы хотите поставить? — опасливо спросила женщина, выпустив изо рта белёсое облачко.

— Ну, например, пять лет службы. Если я проиграю — буду служить этому гному. Если он — будет служить мне, — объявил я.

Вокруг раздались изумлённые вздохи зевак.

— Нет, так не пойдёт, — прохрипел гном.

— Струсил⁈ — тут же послышались презрительные крики смертных.

Зрители уже предвкушали эпохальную схватку, а гном собирался отказаться.

— Ничего я не струсил, — отрезал коротышка. — Зачем мне такой слуга? Его же хрен прокормишь.

— Да, ем я много, и всё самое отборное, — усмехнулся я. — Ладно, давай так. Если я тебя одолею — пять лет службы. А если проиграю — дам тебе двести золотых.

— Двести золотых⁈ — ахнули вокруг. — Это же целое состояние!

Женщина прикусила губу, а глаза её загорелись. Она уже прикидывала, на что потратить такую сумму. Гном же хмурился, пристально глядя на меня.

— Пытаешься понять, бог ли я? Но похож ли я на бога?

— Не похож, — покачал он головой, а затем решительно проворчал: — Ладно. Только условие: без магии и артефактов. Лишь голая физическая сила.

— Договорились, — сказал я, сбросил шубу и уселся напротив него на ящик, согнув правую руку в локте и поставив его на стол.

Лицо гнома оказалось совсем рядом с моим, позволив мне рассмотреть его как следует. Я сразу понял, что передо мной не просто гном, а каменный гном. Просто его лицо загримировали, скрывая твёрдую как гранит серую кожу с характерными рубцами. Но грубые, будто высеченные топором, черты и маленькие стального цвета глаза всё равно выдавали его.

— А ты, смотрю, полон сюрпризов, — хмыкнул я, внутренне напрягшись.

Каменные гномы — это вам не хухры-мухры. У них даже мышцы как из скалы высечены, да и кости очень крепкие. Простому смертному с таким персонажем лучше не сходиться, уж очень мало шансов выиграть. Гном наверняка мог бы не просто победить тролля, а оторвать ему руку.

— Да и ты, похоже, не так прост, как выглядишь, — прогрохотал коротышка, сверля меня цепким взглядом.

— А я, признаться, думал, что выгляжу чертовски сложно, как пример из высшей математики, где букв больше, чем цифр. Даже обидно от твоих слов, — картинно-возмущенно выдал я и следом расплылся в широкой усмешке. — Один раунд?

— Один раунд.

— По моему сигналу! — вскинула руку женщина.

За её спиной уже собралась целая орава зрителей. Народ азартно галдел, делал ставки, передавал монеты и спорил, кто же победит.

Морозная ночь перестала быть холодной. Все разогрелись в ожидании схватки.

— Ставлю на гнома, — пропищал вёрткий чертёнок, подпрыгивая от возбуждения.

— Решил из солидарности поддержать такого же недомерка, как и ты? — громыхнул орк с кожей цвета болотной тины и ухмыльнулся, демонстрируя клыки. — Принимаю твою ставку. Остроухий здоровяк уделает твоего гнома.

— Вот уж вряд ли! — фыркнула краснокожая девица с длинным гладким хвостом, выглядывающим из её меховых штанин. — Этот гном уже не одного такого «здоровяка» размазал. Ставлю на гнома.

Она решительно тряхнула гривой чёрных волос, из которых выглядывали изящные рожки.

Ого, кажется, я что-то в жизни делаю не так, если даже дьяволица ставит против меня. Эдак недалеко и до того, что ангелы начнут петь мне хвалебные оды.

И будто в подтверждение моих мыслей на краснокожую презрительно взглянула светлокожая блондинка, похожая на Снежную королеву, только с крыльями. Причём, к счастью, не птичьими, а кожистыми, чуть трепещущими от азарта.

— Принимаю твою ставку, — холодно произнесла блондинка, скользнув взглядом по краснокожей.

— Ну и дура! — хищно улыбнулась дьяволица. — Это будут самые лёгкие деньги, которые я заработала.

— Самые лёгкие деньги ты заработала в борделе, раздвигая ноги, — отрезала та, позволив себе ядовитую усмешку.

— Я тебе сейчас крылья вырву! — прошипела демоница и зло хлестнула хвостом по воздуху.

— Дамы, — вмешался я, — ваша схватка будет следующей.

Толпа разразилась громким смехом и одобрительным гулом. Зрителям явно хотелось увидеть, как эти красавицы сцепятся, но те синхронно фыркнули и вздёрнули подбородки, всем своим видом показывая, что опускаться до драки ради публики не собираются.

— На счёт три! — выкрикнула женщина в кожаных доспехах, глядя на наши с гномом сцепленные руки. — Раз… два… три!

— Вали его! — тоненько завизжал чертёнок и от возбуждения аж подпрыгнул, глядя на гнома.

А тот, зараза такая, будто проникся словами родича Инварра. Он без раскачки рванул мою руку на себя, желая ошеломить напором и одолеть за один миг.

Но я чего-то подобного и ожидал, потому сумел сдержать натиск. Хотя, признаться, удивился, ведь коротышка давил так, словно напротив меня сидел сам Гефест, привыкший гнуть металл пальцами.

Я чуть не заскрежетал зубами от натуги, но как-то сумел сохранить на лице скучающее выражение.

Гном же принялся давить ещё сильнее, хотя казалось, сильнее уже некуда.

Моя рука начала понемногу заваливаться, вызвав крики среди зрителей. Они зашумели и затопали ногами, выдыхая белёсые облачка.

— Я же говорила, говорила! — ликующе воскликнула дьяволица и показала крылатой блондинке неприличный жест.

Та фыркнула и крикнула мне:

— Давай, остроухий, не сдавайся! Борись за всё добро, что есть в этом мире!

— Не самые мотивирующие слова, — хрипло пробормотал я и глянул на лицо гнома.

Его морщины стали резче, крылья носа раздувались, а челюсти сжались так, что вздулись желваки.

Притворяется? Нет, вряд ли. Ему действительно тяжело. Но пока его напор давал свои плоды — моя рука медленно клонилась к столу.

— Остроухий спёкся! — закричал бородатый человек, тыча в мою сторону надкушенной баранкой.