"Фантастика 2025-190". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Потапов Артём - Страница 704

Зачем-то потрогал один из канделябров.

– У меня в лаборатории такой же камин. – поведал он, проводя рукой с нажимом по полке. Сначала сверху, потом снизу. Где-то в середине его рука наткнулась на выступающий камень, что-то щелкнуло, и камин с душераздирающим скрипом повернулся вокруг средней оси, открыв справа проход, вполне достаточный для взрослого мужчины.

– Хоть бы смазал петли, что ли. – с досадой заметила Фелисия, прислушиваясь, не идёт ли кто, привлечённый неурочным звуком. В коридоре было тихо.

Макс пошарил по стене в темноте потайного хода, нащупал рычажок, повернул. По сторонам коридора загорелись газовые лампы.

Тоннель уходил за угол, так что дальше пары метров каменной кладки видно не было. Фелисия неуверенно ступила в проход первой. Переносной лампы они не захватили, бал все-таки, светильники горели довольно тускло, так что шагать приходилось осторожно, чтобы не споткнуться на неровном полу. Камни были обработаны кое-как, хоть и плотно подогнаны между собой, и бальные туфли девушки все время норовили зацепиться каблуком и остаться в какой-нибудь расщелине.

Со зловещим скрипом камин за ними встал на место, не успели они пройти по коридору и нескольких шагов. Едва слышные из кабинета звуки музыки и голоса гостей, которые Фелисия раньше не замечала, будто отрезало, погрузив окружающее в неестественную тишину. И в этой тишине что-то скреблось.

– Ты, надеюсь, знаешь, как его открыть изнутри? – чуть дрожащим голосом поинтересовалась она, от испуга напрочь позабыв, что сама инженер. Макс легкомысленно пожал плечами.

– Давай сначала пойдём посмотрим, что там есть интересного. Если другую дверь не найдём, попытаемся открыть эту.

Спокойствия у неё не прибавилось, но хотя бы появился план.

За поворотом их ждала узкая спиральная лестница, круто уходящая вниз. Тоненькие ступени позволяли ставить ногу только боком, и Фелисия с благодарностью приняла помощь Макса, который спускался первым, придерживая ее за локоть. Она, в свою очередь, вцепилась в его парадный фрак, будто утопающий в спасательный круг.

Лестница длилась и длилась, и девушке начало казаться, что они спускаются прямо в преисподнюю. Тем более, что становилось все теплее. Не иначе, от адского пламени.

Девушка нервно хихикнула, поёжившись от ненатурально исказившего ее смешок эха.

Наконец, спираль закончилась невысокой аркой, открывающей вид на огромный подвал. Взломщики осторожно огляделись, но людей в подвале не заметили, и рискнули выйти на открытое пространство.

Подземное помещение без окон было заставлено и завалено деталями для неизвестного механизма. Части опор, изогнутые пластины с прорезями для труб и впаянными стёклами, будто окошками, кабели и шестеренки были сложены аккуратными кучками на полу, подобное к подобному. Рассортированы точно так же, как карандаши на столе графа.

Недовольный утробный рык разнесся по огромному подземелью, эхом отсткакивая от стен и заставив Фелисию несолидно подпрыгнуть на месте и схватиться за чуть не выпрыгнувшее сердце.

У стены, незамеченные ею раньше, скрытые от первоначального взгляда крупными деталями неизвестной машины, разместились клетки с животными.

Два крупных, откормленных снежных барса бесновались за толстыми решетками.

Клетки стояли вплотную друг к другу, будто тюремщики решили специально поиздеваться над хищниками-одиночками. Киуту рычали, бросались на прутья, пытаясь достать и уничтожить соседа-соперника. Заметив пришельцев, они дружно оставили собрата в покое и принялись с удвоенным ожесточением бросаться в направлении людей.

Фелисия содрогнулась, представив, что вдруг решетки не выдержат. И при этом отчаянно пожалела великолепных животных, которых граф и его подручные довели до такой ненависти к человеку.

Около входа, по левую руку, стоял небольшой письменный стол, близнец того, в кабинете наверху. На нем, в отличие от собрата, царил хаос. Счета и записи наблюдений перемежались чертежами и химическими формулами длиной в полстраницы.

Стол был развернут так, что сидящий мог наблюдать за барсами. Девушка не представляла, как подобное может доставлять удовольствие – смотреть, как мечутся и сходят с ума прекрасные животные, обреченные на мучительную смерть. Граф в ее мыслях постепенно превращался в жестокого садиста. Никакой исследовательский азарт не оправдывал издевательства над живыми существами.

Макс по уши закопался в бумаги на столе. Отложил в сторону отчеты, указания по содержанию животных, распоряжения по транспортировке, и углубился в химические заметки.

Девушка тоже просматривала документы, ища указания на следующее место преступления. Как назло, были только отчеты о результатах. Ни одного плана на будущее.

Граф держал все в голове, либо у него где-то был еще один тайник.

Кроме того, у графа имелись сообщники. При беглом осмотре Фелисия различила на бумагах минимум три разных почерка.

– Ты понимаешь в этих формулах что-нибудь? – шепотом спросила Фелисия. Хотя могла бы с таким же успехом кричать – Макс с трудом разобрал, и то по губам, что она сказала, за рыком барсов.

– Мне нужно время. – химик покачал головой. Некоторые части соединений были знакомы, но совмещённые в единое целое давали непредсказуемый теорией результат. Понятно было, что это нечто должно взаимодействовать с озоном и кислородом, и в итоге загораться, но точнее можно будет сказать только в лаборатории. Парень нашёл на столе карандаш и теперь судорожно царапал обрывки химических цепочек на полях листа с формулой.

Макс уже увлёкся, поняла Фелисия. Его надо вытаскивать. Искать остальные тайники времени нет, придётся обойтись тем, что уже найдено.

И вообще пора обратно – они нашли даже больше, чем планировали. Теперь им прямая дорога во дворец, требовать ареста графа и обыска его дома. Обращаться с такой просьбой в обычный полицейский участок глупо и даже смешно – принеси они хоть окровавленный нож с отпечатками Спенсера, их завернут с порога.

За недостаточностью улик. Как же, целый граф.

А у них из доказательств только бумаги. Вообще обхохочешься.

Во дворце же церемониться с аристократами не будут. Титулами там никого не запугаешь, сами все сплошь знатные и благородные. Тем более король лично заинтересован в продвижении расследования, в целях сохранения мира с эшеминами. Ради благого дела никаких графов не пожалеет.

Она порылась в бумагах, выискивая самые показательные. Лично графом оказались в основном написаны заказы на материалы, и отчеты о поведении животных. Его почерк Фелисия не один раз видела при заполнении патентных формуляров. Формулы и расчеты писал кто-то другой. Да и неудивительно. При всем своём разностороннем образовании химиком Спенсер не был. Так, разбирался по долгу службы, не более.

На столе было множество бумаг, посвящённых киуту. Как и чем кормить, как ухаживать, даже какие витамины необходимо добавлять в еду.

Судя по записям, оба взрослые, матёрые самцы. Несмотря на стресс от клетки, звери лоснились и явно неплохо себя чувствовали. За ними хорошо следили, откармливая на убой, как саек. Фелисию потряхивало от сочувствия к прекрасным зверям, но сделать она ничего сейчас не могла. Выпустить их из клеток – подписать себе смертный приговор, вытаскивать отсюда вместе с клетками – как? Их с Максом сил не хватит даже приподнять один из вольеров.

И потом, она скоро, очень скоро вернётся с подмогой и освободит их.

Смущало то, что зверей было всего двое. По расчётам инженера, должно было быть еще как минимум три взрыва, либо она что-то неправильно рассчитала.

Это не радовало. Ошибаться Фелисия не любила, тем более в важных вопросах.

На стене за столом висел план города, с яркими красными крестиками в тех местах, где они с Тереганом нашли мертвые поляны. С некоторым сожалением девушка отказалась от мысли прихватить и его с собой – великоват. Новых, неизвестных ей крестиков, на карте не было. Значит, хотя бы можно успокоиться на том, что они знают обо всех уже совершенных преступлениях.