С меня хватит - Кьют Аля - Страница 8

– Не очень. Такие вот ребята часто днем бывают. Один в один – твой скотина-муженек.

Витя сам посмеялся над своим удачным сравнением.

Я больше не могла нюхать дым и соскользнула со стула, чтобы выбежать на улицу. Меня мутило. О сорбете из клубники я и думать забыла. Все силы уходили на то, чтобы удержать внутри коктейли и лед.

Витя выбежал за мной через минуту. Он накинул мне на плечи пальто и обнял.

– Ева, ты обиделась? – я не хотел. – Но твой Тимур реально козел. Ты же сама говорила.

– Говорила, – покаркала я, сдерживая тошноту и слезы.

Свежий воздух действовал целительно. Мне сразу стало лучше физически, но упоминание Тима вернуло меня в переживания. Слезы снова подкатили к глазам.

Я всхлипнула, и Витя сжал меня крепче.

– Прости меня, Евик. Прости, пожалуйста, – уговаривал он, искренне переживая. – Я не хотел обидеть. Наоборот. Ну не плачь, прошу тебя.

От его доброты меня размотало окончательно. Слезы полились рекой.

Витя повернул меня к себе лицом и стал стирать их, ласково гладя.

Я прекрасно считала его нежность и заботу. Это были не дружеские прикосновения. Точно – нет. Обычно я пресекала Витины попытки сближения на корню. Но сегодня мне было так плохо. Ко мне так давно никто не был добр и внимателен. Я размякла и позволила Вите продолжать.

Разумеется, он почувствовал, что я не против, и усугубил…

Можно сказать, я не удивилась, когда он прикоснулся губами к моей щеке. Вроде бы внезапно, но одновременно ожидаемо.

Я отстранилась и замотала головой.

– Вить, не надо. – Я шмыгнула носом и выставила руку вперед, чтобы обозначить дистанцию.

Никому кроме мужа я не позволяла близости. К сожалению, даже сейчас я желала объятий Тима, а не добряка Витьки.

– Черт! Я дал маху, Ев. Не злись. – Витя сделал шаг, снова собираясь меня хотя бы обнять.

Я не успела сказать, что не стоит меня трогать, как из-под земли за Витиной спиной вырос мой муж.

От удивления я вскрикнула и подпрыгнула на месте.

– Тим, – взвизгнула я пронзительно и противно.

Собственный голос резал уши. Тимур не обратил на меня внимания. Он взял Витю за воротник и буквально отшвырнул в сторону. Бедный парень с трудом устоял на ногах.

– Тебе девушка сказала – не надо. Ты глухой? – гавкнул на него мой муж.

– Витя, ты в порядке? – вклинилась я и попыталась подойти к нему.

Но Тимур мгновенно развернулся и встал между нами.

– Не нужно трогать чужую жену, – продолжал рычать Тим.

– Не нужно издеваться над женой, – смело заявил Витя, выпрямившись.

Я увидела, как Тимур сжал кулаки. Еще слово, и он ударит Витьку. Схватив мужа за запястья, я собрала все оставшиеся силы и потребовала:

– Не смей трогать его. Прекрати.

Мне он ничего не ответил, а перед Витей продолжал метить территорию.

– Ты не имеешь права к ней прикасаться. Еще раз я увижу…

– Ты не имеешь права ее обижать, – не струсил Витька. – Увидишь дофига всего. Обещаю.

– Витя, прошу тебя, – простонала я. – Давайте вы оба прекратите.

Невероятно, но ко мне прислушался Тимур. Наверное, впервые в жизни.

Он аккуратно освободил свои руки от моего захвата, и сам взял меня за локоть. Второй рукой он залез в карман моей куртки и достал ключ-карту.

– Уже прекратили, – сообщил он и повел меня обратно в помещение.

Могу поклясться, я слышала утробное рычание, пока мы буквально бежали к лифту.

– Откуда ты тут взялся? – успела спросить я.

– Приехал, – сообщил Тимур.

Он вызвал лифт, и я заметила, что Тима буквально трясет от сдерживаемой злости. Я молилась, чтобы он не задумал какую-то пакость для Вити, и рассматривала тайком.

Тимур кусал губы и сосредоточенно следил за мигающими цифрами этажа. Под глазом у него все еще оставался синяк.

К нам подошел милый дяденька, улыбнулся. Тимур кивнул ему в ответ. Я с трудом дернула уголками губ.

Слава богу, в нашей стране не принято болтать о погоде. Поэтому мы все втроем просто молча зашли в лифт и поехали. Тимур не отпускал меня ни на секунду. Я чувствовала его хватку на своем локте и закипала от возмущения.

Когда мы вышли из лифта в коридор, я уже забыла о слезах и снова желала нанести мужу особо тяжкие. Первым делом я выдрала у него локоть и начала метать свой бисер.

– Как ты смеешь забирать мой ключ, тащить меня через весь отель, держать как какую-то преступницу? – шипела я на него, семеня по ковролину.

– Ты же сбежала, как преступница, – резонно заметил Тимур. – Не предупредила меня.

– Я и не обязана тебя предупреждать. Ты кто такой?

Тимур открыл дверь номера и толкнул меня внутрь. Пальто упало на пол, но оно меня волновало сейчас меньше всего.

– Я твой муж, Ева! Забыла? Очевидно, да, раз стоишь на крыльце и целуешься со своим бывшим.

– Он не мой бывший, – выпалила я возмущенно. – И ты прекрасно это знаешь. Или забыл, как Витка прикрывал меня, пока я бегала к тебе на свидания?

– Я все прекрасно помню. И то, как он жрал тебя глазами и как пытался сломать мне пальцы при рукопожатии.

Яростно сбросив тесные туфли, я напомнила Тимуру:

– Слушай, тебе ли упрекать меня? Сам вчера только трахал свою помощницу…

– Никого я не трахал, Ева! – заорал Тим. – Сколько можно повторять? И она уже не моя помощница.

– Так и Витька – не мой бывший. Ты как будто не знаешь, что я спала с одним единственным мужчиной. – Чтобы сделать ему больно, я лживо добавила: – И ужасно жалею о этом. Наверное, стоило переспать…

Тимур не дослушал. Он схватил меня за плечи и прижал к стене.

– Замолчи! – зашипел на меня муж. – Даже думать не смей о другом. Поняла? Ты моя, Ева!

Я беспомощно дернула руками, но Тимур прижимал меня крепко, и я не могла ударить его или хотя бы оттолкнуть.

– Не твоя! – взбунтовалась я. – Больше не твоя. Я устала до одури быть выставочной домашней собачкой. Пошел к черту!

Я выплёвывала эти слова ему в лицо, не заботясь о слюнях, который летели от злости у меня изо рта.

Мне надоело потакать ему, быть удобной, заботливой, покладистой, вечно виноватой во всем женой.

Что бы там мать ни устроила, я точно не заслужила такого обращения.

– Отвали, – закричала я на весь отель.

Не знаю, на что я надеялась, но точно не ожидала, что Тим рявкнет:

– Нет! – А потом накроет мой рот своими губами.

Муж редко целовал меня. И, кажется, лишь в начале отношений целовал так страстно, как сейчас. Его губы были жадными, требовательными. Щетина колола мне лицо, но я чувствовала не боль, а желание.

Безумное, мощное, обжигающее желание принадлежать Тимуру.

Моя бравада о свободе и независимости развеялась в пыль. Я дёрнулась лишь раз, а потом просто отдалась его неистовому напору. Тимур почувствовал, что я больше не сопротивляюсь, и ослабил хватку. Я подняла руки и обняла его за шею, стала отвечать с той же страстью, не скрывая желания.

Мой муж был прав, когда насмехался и уверял, что не сможет меня изнасиловать. Я не могла сопротивляться тем чувствам, что он пробуждал в моем теле. Да и в сердце.

Ладони Тимура нырнули под мой свитшот. Он погладил мой живот и сжал грудь через лифчик. Я застонала ему в рот.

Тим оторвался от моих губ, чтобы заскользить языком по шее до уха.

– Хочу тебя, – шепнул он и куснул мочку. – До одури тебя хочу, зараза.

Он куснул еще раз и чуть больнее. Я вскрикнула:

– Чтоб тебя черти в аду драли, Салихов.

Обычно я не болтала во время секса, наслаждаясь, но сегодня не отказала себе в удовольствии сказать все, что думаю.

Тимур рассмеялся, хотя я думала, он рассвирепеет окончательно.

Акценты сместились. Ругань превратилась в эротическую игру. От нас буквально искры летели.

Я позабыла обо всем на свете, когда муж отодвинул чашечку бюстгальтера и сдавил губами мой сосок.

Он прервал ласки груди, чтобы стащить штаны вместе с трусиками по моим ногам. Я вышла из них, и Тим отбросил джинсы в сторону.