После развода. Второй шанс - Кьют Аля - Страница 5

– Тебе никогда особенно не нравилась хорека, Миша. Я сама подбирала персонал, создавала концепцию. Даже меню я лично разработала. Проклятые цифры может любой посчитать, а создать классное модное место в Москве среди конкуренции и запросов…

Миша не дал мне закончить.

– Как всегда, гениальная Алина тянет одеяло на себя, – фыркнул он. – Ты просчиталась в этом месте. Мои цифры и бумажки весят больше твоего божьего дара. Ресторан в любом случае больше не твой. Будешь начинать все с нуля.

Я судорожно втянула воздух ртом. Мише мало было припечатать меня к стенке. Он решил издеваться.

– Ты сама не знаешь, что будешь делать после развода, Алина. Без меня, без ресторана своего. Кто ты в Москве? Пустое место. Домой к маме поедешь? Вряд ли. Головой подумай. Я тоже не хочу ничего делить. Мы можем забыть все разногласия.

– Не могу я забыть, Миша. И вернуться к тебе не могу, – всхлипнула я.

– Поэтому ты и согласилась взять паузу для примирения? Ну-ну. Я не гордый, милая. Подожду. Ты знаешь мой телефон и где я живу. – Он положил мне руку на плечо. – Я все еще люблю тебя и знаю, что ты тоже.

Он погладил мою шею, и я замерла от отвращения.

– Но ты все еще полигамный спермотоксикозный самец? – поинтересовалась я ехидно.

Миша одернул руку и сердито бросил:

– Все мужчины изменяют. Повзрослей, Алина. Увидимся через два месяца.

Сказать, что этой ночью я спала плохо – ничего не сказать. Мише не заразил меня хламом, зато посеял много сомнений в голове. Чего я стою без его финансовой и моральной поддержки? Смогла бы я достичь таких успехов в одиночку? Как мне жить после развода и дележки, которая точно будет для меня роковой?

Легко считать себя успешной в пору штиля. Но когда жизнь превратилась в бурю перемен, кажется, что я плыву совсем одна в маленькой лодке-скорлупке.

Из-за таких невеселых мыслей я сначала не могла заснуть, а потом проснулась с петухами. Знала, что больше не получится сомкнуть глаз, поэтому напросилась с Костей за продуктами.

Мы встретились около фермы под Москвой, где дозревали последние в этом году овощи.

– Отлично выглядишь, – сообщил шеф, едва увидел.

Я натянула на уши шапку и криво улыбнулась.

– Очень смешно, Константин Алексеевич. Доброе утро.

– Серьезно. Ты очень милая в шапке, – подбодрил меня шеф. – Круги под глазами – это в честь развода?

Я вздрогнула и сурово посмотрела на Костю.

– Откуда ты знаешь? Все знают? – догадалась я тут же.

Шеф развёл руками.

– Мы с тобой работаем, Алина Сергеевна. Ребята шепчутся, а кое-кто и вслух обсуждает. К тому же вчера мне звонил твой муж.

Я споткнулась и чуть не упала. Костя придержал меня за локоть.

– Спасибо, – рявкнула я на него нечаянно.

От одного упоминания Миши меня затрясло. Хотелось рычать и крушить. Я попыталась справиться со злостью, но все равно изо рта слова вырывались почти рычанием.

– Что он хотел?

– Сказал, что завтра вернется на работу, уточнял про счета и налоги. Я могу его послать в задницу, если прикажешь, хозяйка.

Мою браваду мигом сдуло. Я взяла шефа под руку и посоветовала:

– Не надо, Константин Алексеевич. Скоро ресторан перейдет Мише. Он будет твоим единственным хозяином.

Костя фыркнул.

– Скажешь тоже. Начальником – может быть. Но какой он мне к херам хозяин? – Не дожидаясь ответа на риторический вопрос, он уточнил: – Вы развелись, и этот крыс все у тебя забрал?

– Не развелись пока. Нам дали подумать два месяца, но судья настроен в пользу Миши.

Костя убрал мою руку, чтобы махнуть знакомому.

– Эй, родной. Салат нам сделай свежий. И чтобы я не нашел ничего желтого и сухого.

– Как обычно, Константин Алексеевич, – отвечал ему сотрудник.

– Знаю я ваше обычно, – проворчал Костя под нос.

Он прошел широкими шагами к тыквам и стал стучать по ним, как будто это арбуз. Я не сдержала улыбку, наблюдая эти шаманские ритуалы.

Буду скучать по тебе, – проговорила я, шмыгнув носом.

Костя нахмурился.

– Ты рыдать собралась?

– Не сегодня.

– Ладно. А то я не выношу истерик. Скажу сразу, Алина Сергевна, увольняться я не хочу. Команду тоже настраивать против Мишки не буду. Он скользкий скунс, но свой. Если продаст наш рестик, тогда точно все разбежимся. Не сочти за предательство, хозяйка.

Едва ли я слышала от своего шефа когда-нибудь такую длинную речь. Костя меня обнадежил. Я точно не собиралась вредить своему ресторану.

– Я хотела тебя просить остаться. Мы столько старались, работали… Надеюсь, Мише нужен ресторан не для мести.

– Вряд ли. Он вроде ничего не умеет, кроме как ехать на твоей шее. Зачем рубить корову, которая молоко дает. – Костя прищурился и спросил: – Он тебе не предлагал управляющей стать на окладе?

– Нет. Я видеть его не хочу. Работать на него в собственном ресторане – тем более.

– Я так и думал. – Костя отвлекся от меня, заметив красивую тыкву.

Он взял ее подмышку и пошел к грядке с поздней редиской. Мы вместе надрали целый пакет, потом пошли на базу за остальными продуктами. Меня успокаивало ворчание Кости по части непропорциональности цены и качества. Я обожала, когда он торгуется.

Когда шеф болел короной в прошлом году, я сама ездила на ферму и на базу закупаться. Меня местные жулики слушались не хуже. Я сомневалась, что Миша сможет так же. Ему гордыня не позволит пачкать руки в грядках и соприкасаться с крестьянством.

Новости от шефа меня не радовали. Я готовилась отстраниться от управления. Настраивалась, что не буду ругаться с Мишей. Вот бы вообще его не видеть.

Эту мысль я изо всех сил думала весь день. Дышала атмосферой кухни и зала, пыталась наговориться с ребятами и выпила сто пятьдесят эспрессо за баром.

Завтра Миша припрется и будет действовать мне на нервы. Хоть дома сиди, привыкай. Я сама себе устроила прощальный вечер и не удивилась, когда Костя вышел ко мне с двумя бокалами вина.

Он присел за стойку, подвинул мне Бордо и велел:

– Сделай глоточек, Алина Сергеевна.

Я послушно пригубила вино, не чокаясь.

– Есть для тебя одна история. Хочешь? – продолжил шеф.

Пожав плечами без энтузиазма, я крутила вино в бокале.

– Моему хорошему знакомому поступило приятное предложение. Нужно проработать меню, концепцию и вообще… Ты понимаешь?

– Допустим. – Я пыталась заинтересоваться, но не получалось. – Патрики какие-нибудь?

– Нет. Балтика.

– Не слышала про такое заведение.

– Это не заведение, а локация. Калининградская область. Про такое слышала? Или как настоящий москвич ничего дальше столицы не знаешь?

– Ты говори по сути, Константин Алексеевич. Хочешь раньше крыс рвануть с корабля?

– Нет, предлагаю тебе приятно провести время подальше от мужа, – уточнил Костя.

Я перевела взгляд с вина на шефа. Он поднял бокал, подмигнул.

– Твое здоровье.

Костя сделал глоток и с улыбкой наблюдал, как я осознавала его предложение.

– Мне поработать бренд-шефом? Я никогда этого не делала. – Я перепугалась и возмутилась одновременно.

Костя прыснул.

– Ты со мной только этим и занималась в начале пути. И сейчас тоже частенько лезешь под руку. Я бы пропал без твоих ценных советов. – Костя снова поднял бокал и серьезно заметил: – И это не сарказм, Алина Сергеевна. Ты сделала этот ресторан вкусным и популярным. Легко справишься с балтийским колоритом. Я в тебя верю.

– Не могу похвастаться тем же, – проговорила я, снова поражаясь красноречию шефа.

И тут он разозлился. Я видела, как Костя иногда отчитывает подчиненных за дело, но в мою сторону он такого не позволял.

– Прекрати натягивать на себя саван и прикидываться дохлой тухлой селедкой, Алина! – шепотом отругал меня шеф.

Он назвал меня по имени, без отчества – значит, точно злился.

– Ты молодая, яркая, энергичная, очень упрямая и талантливая. Ты легко сделаешь шале из любой халупы. Я был с тобой с самого начала, потому что…