Срочно выйду замуж (СИ) - Инфинити Инна - Страница 6

— Я посмотрю, какие в загсе свободны ближайшие даты. Но, мне кажется, в будние дни будет свободно.

— Да, тогда пришли мне информацию, куда и во сколько приходить на роспись.

Я неуверенно переминаюсь с ноги на ногу.

— Антон, ты уверен, что хочешь на мне жениться?

— Это же будет фиктивный брак.

Его ответ немного режет слух. Как будто по-настоящему он на мне бы ни за что не женился. Не то что бы я сама хотела бы за него по-настоящему замуж, но... ответ прозвучал обидно. Антон, словно прочитал мои мысли, тут же поспешно добавляет:

— Ну, в смысле, тебе же требуется помощь. А я все равно свободен. И планов на отпуск у меня нет. Можно провести его в деревне с твоими родственниками, почему нет.

«Это будет худший отпуск в твоей жизни», говорю мысленно. А вслух отвечаю:

— Если ты готов провести в деревне все две недели отпуска, то будет идеально. Я не была дома три года, родители сильно расстроятся, если мы быстро уедем. Они и так расстроятся, что я вышла замуж, а им не сказала.

— А перед твоими родителями тоже надо притворяться?

— Обязательно!

Мои родители больше всех родственников вместе взятых переживают из-за того, что в свои тридцать один я не создала семьи. Ни один телефонный разговор не обходится без их слов о том, что мне пора замуж и рожать. Поэтому звонить им я тоже стала редко. Вообще удивительно, как самые близкие, любимые и родные люди могут стать твоим самым большим раздражителем. Было время, когда я звонила маме по десять раз на дню. А сейчас делаю это раз в неделю и с такими чувствами, будто на казнь отправляюсь.

— А они не обидятся, что ты вышла замуж и не сказала им?

— Обидятся.

— Тогда давай пригласим их на нашу роспись?

От предложения Антона у меня виснет челюсть. Конечно, по-хорошему родителей надо пригласить. Но...

— Ты серьезно!?

— Ну ты смотри сама, но раз перед твоими родителями все равно придется притворяться, то какая разница, когда начинать?

Я порываюсь что-то сказать, но слова будто закончились. И просто смотрю на Антона. Он всегда был таким добрым?

— Почему ты согласился мне помочь?

Пожимает плечами.

— Мне стало тебя жалко.

Лучше бы я не спрашивала. Потому что этот ответ еще хуже, чем предыдущий про фиктивный брак. Впервые в жизни мужчина согласился на мне жениться, и то — из жалости.

В носу защипало. Пока из глаз не потекли слезы, говорю:

— Ладно, я подумаю насчет родителей. Спасибо. Пока.

Я разворачиваюсь и быстро направляюсь к подъезду.

— Нина! Подожди!

Антон догоняет меня у самой двери. Он берет меня за руку и разворачивает к себе.

— Я тебя чем-то обидел?

— Нет, нет, все в порядке.

Я не плачу, я не плачу, я не плачу.

— Точно?

— Да, точно. — Антон продолжает держать меня за руку, а я понимаю: еще секунда промедления, и я разрыдаюсь у него на глазах. — Мне надо поговорить с моим возлюбленным. Пока!

Я вырываю руку из захвата Антона и скрываюсь в подъезде. На мое счастье, кто-то выходил, и я смогла быстро проскочить внутрь, а не рыться в сумке в поисках ключей. Лифт ждет на первом этаже, я забегаю в металлическую кабинку и вот теперь наконец-то даю волю слезам. Вот такая я никчемная, что мужчины согласны жениться на мне только фиктивно и из жалости. Дома я без сил падаю на диван с четким ощущением, будто разгрузила вагон с мешками. Беру в руки телефон и пишу Максу:

«Он согласился на мне жениться».

Шмыгаю носом.

Макс отвечает быстро:

«Я бы хотел быть на его месте».

«Я бы тоже хотела, чтобы это был ты».

«Ты обещаешь мне, что это будет только фиктивный брак?».

Смеюсь сквозь слезы.

«Обещаю».

А потом добавляю:

«Представляешь, он сказал, что женится на мне из жалости».

«Понимаю, тебе обидно такое слышать, но я рад. Я бы чувствовал себя гораздо хуже, если бы он сказал, что женится на тебе по любви».

А ведь справедливо. Мне, конечно, обидно слышать от Антона про жалость, но скажи он, что женится на мне по желанию, это было бы нечестно по отношению к Максу. Так что все хорошо и правильно.

«Он предложил пригласить на роспись родителей. Как думаешь, это хорошая идея?».

Я часто обращаюсь к Максу за советами.

«С одной стороны, да. Иначе они сильно обидятся, что ты вышла замуж, а им не сказала. Но с другой стороны, потом тебе будет сложнее развестись».

«Почему мне будет сложнее развестись?».

«Без торжественной росписи с родителями твой фиктивный муж уйдет из их жизни так же легко, как и вошел. А если они побывают на свадьбе, то больше проникнутся к нему».

Ну как можно быть настолько проницательным!? Я бы даже не додумалась до всего этого.

«Я тебя обожаю!», пишу Максу в сердцах.

«И я тебя, Нина».

Глава 8. Хозяин — барин

Оказывается, расписаться в загсе в будний день вообще не проблема. На госуслугах я нахожу много свободных окон на следующей неделе. Сначала я хочу выбрать ближайший день, но потом торможу себя. Показать родственникам свидетельство о заключении брака будет недостаточно. Они захотят фотографий. В итоге фиктивная роспись превращается в проблему. Мне нужно купить себе белое платье, найти визажиста и парикмахера, а также фотографа. А еще кольца. Нам с Антоном нужны обручальные кольца. Я уже начинаю жалеть о том, что заварила эту кашу, как приходит сообщение от моего фиктивного жениха:

«Привет. У меня появилось условие».

Внутри все опускается от страха. Какое еще условие? Но, конечно, глупо было с моей стороны радоваться тому, что Антон вот так легко и просто согласился жениться на мне из жалости. Обязательно должен был быть подвох. И вот он.

«Какое условие?».

Денег наверное, хочет. Надо было самой ему предложить.

«Я хочу, чтобы ты взяла мою фамилию».

Что?

Я перечитываю сообщение Антона несколько раз.

«Зачем?».

Признаться честно, брать фамилию Антона я не планировала. Нина Плеханова вообще — звучит? Мне кажется, нет. Вот с чьей фамилией созвучно мое имя, так это с фамилией Макса. Он Орлов. Нина Орлова звучит прекрасно. А Нина Плеханова... Рука-лицо. А уж сколько документов и банковских карт менять придется, подумать страшно. А после свадьбы Ани и Феди мы разведемся, и мне придется брать свою девичью фамилию обратно. И снова менять документы.

Вместо печатного ответа Антон мне звонит.

— Алло, — поднимаю трубку.

— Привет! Не отвлекаю.

Скрываю на ноутбуке вкладку с расписанием загса.

— Нет.

— Я подумал и решил, что хочу, чтобы ты взяла мою фамилию.

Прекрасно. Подумал и решил он. А то, что это мне лишний геморрой, ему, конечно, невдомек.

— Зачем?

— Понимаешь, у меня нет в планах жениться по-настоящему. Ну, если бы я в реальности этого хотел, то давно бы женился. Тем более всегда было на ком. Но у меня есть что-то типа незакрытого гештальта. Всегда хотелось, чтобы кто-то носил мою фамилию.

Большего бреда в жизни не слышала.

— Ну заведи кота и напиши ему в кошачьем паспорте Мурзик Плеханов! — рявкаю.

Зря я так разговариваю с Антоном. Мне бы поласковее с ним быть, пока он не передумал. Но уж слишком выбесило его дурацкое желание, чтобы я поменяла фамилию.

— У меня уже есть кот. Он Ювентус Плеханов.

Я не могу сдержаться и прыскаю от смеха.

— Ювентус? Серьезно?

Перед Глазами предстает ласковое пушистое животное. В моем представлении почему-то рыжего окраса.

«Кс-кс-кс, Ювентус, иди сюда, попей молочка».

«Ювентус, а ну брысь со стола!».

«Ювентус, хватит драть диван!».

Я не могу перестать смеяться.

— В миру мы зовем его Пряник, — поясняет Антон.

— И тебе недостаточно того, что он носит твою фамилию? — спрашиваю, отсмеявшись.

— Это не то.

Я не отвечаю. Мы ведем молчаливую борьбу. По сопящему дыханию Антона в трубку понимаю: он не уступит. От моего смеха не осталось и следа. Я снова зла и возмущена. Стискиваю зубы.