Укрощение генерального (СИ) - Романская Татьяна - Страница 5

- Спасибо, Соня, - ответила я. - Это очень мило с твоей стороны.

Внезапно я подняла глаза и увидела, что Денис хмуро смотрит на меня.

- Вот девушка, которая блюет дальше, чем видит, - услышала я чей-то громкий голос у себя за спиной. О нет! У Сони от удивления отвисла челюсть. Я быстро схватила за руку Олю и одарила их своей самой яркой улыбкой.

- Извините, мы закажем выпить.

Глава 6

Я на час ухожу от мамы и Дениса, прячась с Олей среди группы инвестиционных банкиров. Мы пробуем все самые экзотические коктейли в баре, к удовольствию наших друзей-финансистов.

Никита был прав: у него много странных друзей. Банкиры - не самые мои любимые люди, но они помогают мне обрести уверенность в себе после пассивно-агрессивной Сони.

- Ты будешь петь, Алина, - объявляет мама, подходя ко мне. - Прошу прощения, джентльмены.

Я поворачиваюсь и вижу, как она проталкивается сквозь толпу банкиров. Никита следует за ней с озорным блеском в глазах.

- Что? Нет! - протестую я. - Сейчас не время и не место для моего выступления

- Это традиция, сестренка, - улыбается Никита. - Я уже договорился.

Мои глаза расширяются.

- Никита! Нахера ты так делаешь?

Мама прикрикивает.

- Не выражайся, Алина. Перестань драматизировать. У тебя прекрасный голос, и именно поэтому я прихожу на эти мероприятия.

Умоляюще глядя на Никиту, я сжимаю руки.

- Если я тебе хоть немного не безразлична, пожалуйста, прекрати это.

Он пожимает плечами, как будто не контролирует ситуацию. Кажется, он не имеет никакого отношения к этой идее, но он ведь договаривался о моем выступлении с музыкантами. Я ударяю его в грудь.

- Эй! - он потирает то место, куда я его ударила. - Я обожаю твой голос! Кроме того, я бы не смог жить с мамиными придирками, если бы этого не сделал.

- Боже мой, за что мне это все?

Он приподнимает бровь.

- Перестань драматизировать.

- Алина? - говорит мама.

- Да что? - Я оборачиваюсь и свирепо смотрю на нее. - Хорошо. Я спою одну песню.

Она поджимает губы.

- Может, ты наденешь лифчик, прежде чем выйдешь на сцену?

- Щас, ага, - рычу я и срываюсь с места, натыкаясь прямо на Дениса.

На его лице мелькает удивление, когда он отходит в сторону.

- Удачи, - говорит он своим низким, бархатистым голосом.

Голос, от которого у меня перехватывает дыхание. Я хмыкаю и иду к сцене.

Когда я поднимаюсь на сцену, румянец заливает мои щеки до ушей.

Я беру микрофон, у меня внутри все сжимается от волнения. С тех пор как мне исполнилось восемь лет, мама заставляла меня петь на всех семейных посиделках без исключения. Я была настоящей звездой в нашей семье, но эта публика совсем другая. Зрители постарше, как правило, одобрительно постукивают пальцами ног. Но не банкиры и юристы. Этой публике труднее угодить.

Собравшимся, похоже, не по себе из-за отсутствия клубной музыки. Я прочищаю горло и говорю в микрофон своим самым сильным сценическим голосом

- Извините, ребята, моя мама заставляет меня это делать! Мой брат оплачивает все ваши напитки, а я ожидаю, что вы будете благосклонны ко мне. Я обещаю, что спою для вас только одну песню. Но, пожалуйста, не кричите «Ура», потому что тогда моя мама попросит меня спеть еще раз!

В толпе раздается смех и одобрительные возгласы.

Теперь они жалеют меня и не прогонят со сцены. Или, может быть, фраза о том, что брат платит за все сегодня, сыграла свою роль.

Я тихо начинаю петь. Песня довольно веселая. У нее быстрый темп, и толпа танцует в ответ.

Я делаю глубокий вдох и начинаю петь громче. Публика отвечает одобрительными возгласами и свистом. Я сделала это. Модный клуб Москвы превращается в мой сольный концерт.

Я сильно волнуюсь, но когда пою, растворяюсь в музыке. Получив первый положительный отклик от публики, я испытываю прилив адреналина и зажигаю на сцене.

К концу я вымотана, и мои черные джинсы липнут к телу от пота.

- Спасибо, ребята, - говорю я, слегка помахав рукой в знак того, что я закончила.

Раздаются аплодисменты и одобрительные возгласы, но голос из толпы просит еще одну песню. Я улыбаюсь и качаю головой, но крики продолжаются, становясь все громче по мере того, как разносятся по залу.

Музыкант на краю сцены ободряюще поднимает брови.

- Еще одну? - он произносит одними губами.

Я оглядываю толпу. Денис Соколов смотрит на меня без улыбки. За последние десять лет я привыкла к его пристальному взгляду. Что такого есть в этом мужчине, что заставляет меня чувствовать себя так неуютно?

- Хорошо, еще одну, - говорю я в микрофон.

Следующая песня, которую я исполняю, - это одна из моих собственных композиций. Для меня было бы чересчур рассказывать публике, что эту песню написала я сама. Они могут думать, что это перепевка, если хотят.

Музыка для меня просто хобби. Я думаю, что мои песни довольно хороши, но, конечно, я предвзята, как и мои друзья и семья. Даже Аня снисходительна ко мне, когда дело доходит до моих собственных творений.

Закрыв глаза, я начинаю петь. Я бы не хотела, чтобы люди расходились, если я начну свое выступление. Я наделена хорошим вокальным диапазоном, который я могу продемонстрировать в этой песне. Я пою последний куплет глубоким и хрипловатым голосом, затем открываю глаза и смотрю вниз. Первый человек, с которым я встречаюсь взглядом, - Денис. Он стоит неподвижно, засунув руки в карманы, словно ему неудобно. Его мрачный взгляд заставляет меня запнуться на последней строчке. Я молча проклинаю его за то, что он контролирует мой голос. Толпа приветствует меня, и я слышу, как кто-то выкрикивает мое имя. Наверное, моя мама.

Я оглядываю комнату и вижу, как Оля разевает рот и прижимает руки к груди. Она моя самая большая поклонница. Никита улыбается мне, а мама выглядит довольной, несмотря на отсутствие подходящего лифчика.

В своих пропотевших джинсах я ухожу со сцены, помахав рукой.

Денис Соколов с его жесткой квадратной челюстью пусть идет лесом! Когда я иду сквозь толпу, люди хлопают меня по спине, как будто я знаменитость.

- Это было так круто, Алина! - Оля бросается ко мне, чтобы обнять.

Сильные руки отрывают меня от земли, и, подняв глаза, я вижу улыбающегося мне Максима.

- Алина, что ты с нами сделала? Ты всех тут просто покорила своим пением!

Я закатываю глаза, но наслаждаюсь похвалой. А Оля права, Максим симпатичный.

- Это было интересно, - говорит Соня, поджав губы.

Словно отмечая свою территорию, она одной рукой обнимает Дениса за талию, а другой прижимает его к груди. Я понимаю ее, женщины бывают собственницами.

- Я полагаю, ты поешь только чужие песни?

- Вторая песня была ее собственной, - ответил низкий, сухой голос, прежде чем я успела заговорить, и я удивленно посмотрела на него.

Откуда Денис Соколов это узнал?

- Вообще-то, да, это моя собственная песня.

Пьяный мужчина толкнул меня сзади, крича

- Анну Асти, спой Асти!

- Я не исполняю попсовые песни, тем более Асти, - огрызнулась я, отодвигаясь от него.

- Давай про царицу! - он снова требует. - Давай, у тебя явно талант!

У меня от удивления открывается рот.

- Пошел нахер отсюда, - рычит Никита позади меня. - Это кто вообще? - бормочет он Денису.

Парень продолжает, не замечая гнева Никиты. Люди начинают пялиться на него.

Никита делает шаг вперед.

- Если ты еще раз будешь так разговаривать с моей сестрой, получишь пиздюлей. Я не знаю, кто ты, но вали отсюда!

Я улыбаюсь. Иногда здорово иметь старшего брата, который всегда готов защитить.

Глава 7

Денис

Мне нужно успокоиться. Я допиваю вискарь до дна одним махом. Мои руки сжимают стакан так сильно, что я могу его разбить. Мне нужно было что-то, что могло бы разрядить обстановку.