"Фантастика 2025-198". Компиляция. Книги1-18 (СИ) - Семенов Игорь - Страница 180

- Ну вот и Новый Год наступает, - дослушав обращение, произнесла Вика.

Практически все обращение они так и просидели в тишине на кровати, прижавшись друг к дружке… А Вика так и вовсе положила голову на плечо Михаилу – и, казалось, в этот миг во всем мире нет никого счастливее их двоих.

- Наступает, - согласился Михаил. – И так хочется верить, что он будет счастливым…

- Мне тоже, - улыбнувшись, произнесла в ответ Вика.

В том, что Долгая зима идет к концу, нынче не сомневался уже практически никто… Говорили, правда, про грядущее начало нового ледникового периода – ну да когда это будет? Даже по самым пессимистическим прогнозам на это уйдет под сотню лет. А потому на данный момент на эту проблему можно просто забить болт…

Этот же год можно было считать очень даже неплохим. Как для страны в целом, так и для их семьи в частности. Например, в этом году проживавшей до того в старом доме семье выдали квартиру в эвакуационке, а на их место переселились старшая сестра Михаила с ее мужем, что несколько уменьшило имевшую до того место скученность на малой жилплощади. Учебу в этом году наконец-то закончили – Михаил так и вовсе с красным дипломом… Закончилось то время, когда приходилось учиться и работать одновременно. А еще в этом году наконец-то вернулись в свободную, за деньги, продажу некоторые промтовары, которые до того выделялись только по карточкам по нормативам. Мелочь? Для кого-то, может быть, да. А для кого-то это – верный признак того, что жизнь в стране налаживается…

С продовольствием ситуация тоже не в пример лучше первых лет Долгой зимы… Разнообразие, конечно, не особо, но вести полуголодное существование уже не приходится. Еды теперь хватает на всех… С маслом, правда, ситуация по-прежнему не особо – льняное с конопляным хоть и выдают, но нормативы по-прежнему очень жесткие. Но тут уж ничего не поделать… Подсолнечник нынче не сеют – все земли на юге отведены под зерновые и овощные культуры. По той же причине нет и хлопка. Одежда теперь шьется преимущественно льняная или меховая.

Шерсти нынче тоже стало мало – хотя в этом плане все же несколько помогают латиноамериканцы, поставляя шерсть своих альпак с ламами… Связи с последователями Фиделя Кастро и Че Гевары вообще стали очень тесными… Даже по телевизору нередко показывали сюжеты про жизнь далекой Тихоокеанской республики. А недавно стало известно про заключенные с ними концессионные соглашения на разработку месторождений Южной Америки и Кубы… Поддерживались еще кое-какие связи с «Объединенными коммунами Скандинавии» - тут преимущественно шел обмен рыбы на различную технику. Конечно, были связи с выжившими странами СЭВ. Но на этом все внешнеполитические связи, можно сказать, и заканчивались…

Старший брат продолжал служить где-то в Иранской ССР… Обстановка там, вроде как, потихоньку утихала. Закончились самые большие мятежи, закончились попытки прорвать приграничную санитарную зону. Практически забыли и про Турецкую лихорадку… Уж слишком мало стало людей на Ближнем Востоке, а выжившие стремились жить закрытыми общинами. И это, в конце концов, остановило распространение заразы. Неизвестно было лишь одно – что сейчас творится в Африке…

Что еще примечательного в этом году смог бы отметить для себя Михаил? Да, пожалуй, больше и ничего. В Москву его больше не вызывали… Хотя письма пару раз еще присылали, но то были уже мелочи. Так что жизнь шла тихая и спокойная… Даже зима получилась какая-то «не та». Куда делись те снегопады и бураны первых лет? Снега, правда, хватало. Но то было на уровне обычной снежной зимы прошлых времен… Не было больше и тех экстремальных морозов – ниже сорока с небольшим градусов температура больше не опускалась.

За то вдруг вспомнилась недавно прочитанная научная статья про Долгую зиму… И в ней подробно анализировались причины и ход произошедшей пять лет назад глобальной катастрофы. И вывод из статьи был, можно сказать, парадоксальным. Могло быть все и куда хуже! Ведь тот самый Лонг-Вэлли по меркам «сверхвулканов», как стали их теперь называть, практически малявка! И если б вместо него произошло извержение Тобы, Йеллоустона или Пакана, то все было бы гораздо хуже! И этот короткий список – лишь те сверхвулканы, что уже успели обнаружить и хоть мельком изучить! Сколько же их всего кроется на планете – этого пока не знает никто!

Гораздо худшая ситуация могла бы произойти и при падении на планету астероида… И тут уж в зависимости от его размера! Ситуация могла быть как на уровне извержения Тамборы в XIX веке, так и могла бы переплюнуть все вышеупомянутые извержения сверхвулканов вместе взятые! Все это ставило перед человечеством важную стратегическую задачу научиться максимально точно предсказывать, а при наличии возможности и предотвращать, подобные события…

Впрочем, события такого масштаба случаются крайне редко… А уж вероятность того, что оно случится уже в этом веке, и вовсе ничтожно мала. Ведь в параллельном мире такого не было, так что Михаил был на этот счет спокоен. Куда больше его беспокоила опасность «перестройки» и развала страны. Хотя, кажется, в этом мире такое уже вряд ли возможно… Ведь в какой-то мере правы все эти комсомольские и партийные руководители! Агитировать советский народ за советскую власть теперь не нужно… То, что они до сих пор живы, что не развалили страну и не деградировали – само по себе лучшая агитация за советскую власть и социалистический строй. Да и некому, по большему счету, нынче вести враждебную пропаганду… Некому слушать «вражеские голоса» попросту потому, что этих голосов больше нет. Некому составлять планы по разложению изнутри и развалу советского государства… Оставалась лишь одна угроза – угроза перерождения правящей верхушки. Но смогут ли они что-то сделать в тех условиях, когда люди привыкли быть коммунистами и комсомольцами не на словах, а на деле? Когда со всякими уродами борются не лозунгами о «перевоспитании» и выговорами по партийной линии, а винтовкой с наганом? Тут как бы перерожденцев во власти самих к стенке не поставили! Как до того поступали со всякой бандитской сволочью.

И, в то же время, было почему-то обидно… Прежний СССР, мир романтиков и мечтателей, оказался безжалостно растоптан Долгой зимой, а на смену ему пришел совершенно иной мир. Страна «людей дела», кому плевать на всякие отвлеченные мечтания… Мир гораздо более суровый и бескомпромиссный, более жесткий, а порой и жестокий. Но именно за счет этого он смог задавить не только всяких баев и «басмачей» Средней Азии, но и, казалось бы, просто неистребимый преступный мир… Который оказался просто не готов к тому, что давить его будут не только власти, но и сам народ. Вот только избавиться от грусти по прежнему миру почему-то все равно не получалось. Пусть тот мир был, может быть, и менее справедливым, но при этом он был словно добрее и, в какой-то мере, даже наивнее… Словно то был какой-то верящий в светлое будущее ребенок, которого вдруг швырнули из уютной семьи в суровый окружающий мир. Да, он выжил, он даже нашел в себе силы противостоять этому миру и не погрузиться во все его пороки… Но при этом он перестал быть ребенком, став взрослым мужиком – хмурым, неулыбчивым, готовым на любые обиды или насмешки ответить кулаком в нос.

- Ну что? – прервала молчанье мать Михаила. – Пошли за стол что ли?

- Пошли! – первой откликнулась сидевшая в другом конце комнаты Кветка.

Было несколько странно, но эта девчонка-словачка и впрямь успела стать для них фактически новым членом семьи… Как и Василиса, ее дочка. Только та давно уж спала… А сама Квета все еще училась в мединституте, желая стать педиаторшей. Что ж, работа во все времена полезная… Недаром медики даже в нынешнее трудное время продолжают учиться в дневную смену. Впрочем, в газетах уже писали, что со следующего года в большинстве университетов и институтов СССР восстанавливается дневное обучение. Более того, отчисленным в прошлые годы предлагалось восстановиться. Вот только жизнь большинства из них уже сделала такие повороты, что не до учебы больше! Большинство отчисленных в прошлые годы студентов нынче не просто работают, а давно уж и семьями обзавелись. Да и знания – они ведь тоже постепенно теряются…