Осадок (ЛП) - Нэсти Чак - Страница 2

- Я мог бы найти что-нибудь получше. Посмотри на лицо этой девушки. Даже не "семерка".

Ривер качал головой и мечтал о супермодели, на которой он однажды женится, и об огромном доме, который он купит, когда станет богатым и успешным.

- С тобой все будет в порядке. Некоторые люди просто поздно раскрываются, - его мать, бывало, говорила у него за спиной, когда замечала, как он пялится на красотку, работавшую кассиром.

- Я могу найти работу получше, чем какая-нибудь девка, работающая в продуктовом, - говорил он, закатывая глаза.

Барбара беспокоилась о своем сыне. Она начала беспокоиться, что он всегда будет таким, одиноким, ничтожеством.

Ривер вышел из подвала на задний двор, если это вообще можно было так назвать. "Задний двор" представлял собой ровную поверхность, которая тянулась футов на десять в длину, а затем внезапно обрывалась. У самого подножия холма, по которому зимой мечтал бы прокатиться на санках любой маленький ребенок, была густая зеленая лагуна размером примерно тридцать на тридцать футов. Прямо на краю торчала маленькая белая труба, вокруг которой была обнесена проволочная изгородь, чтобы люди не проваливались внутрь.

- Мамочка, а нам можно там поплавать? - спросил маленький Ривер, когда впервые увидел этот маленький водоем.

- Боже упаси. Это лагуна, а не пруд. Она очень глубокая и используется для сбора отходов из нашего туалета.

При мысли о маленьком пруду, полном отходов, у Ривера скрутило живот. Тридцатидвухлетний Ривер стоял на заднем дворе, глядя на застоявшийся бассейн дерьма и мочи. Тот же бассейн желчи, в который он бросил котенка всего несколько лет назад. Он разочарованно почесал свою зудящую голову. Одна только мысль о том, что эти придурки в Интернете смеются над ним, бесила его до чертиков.

Ривер повернулся, чтобы вернуться в дом. На сегодня ему хватило свежего воздуха. Повернувшись на правой ноге, он потерял равновесие и упал навзничь. Его тучное тело, должно быть, перевернулось шесть или семь раз, прежде чем, наконец, врезалось в тонкую сетку. Он попытался ухватиться за край, прежде чем скатиться в зловонную зеленую яму с дерьмом, но каким-то образом запутался в проволоке. Его тело перекатилось в последний раз, прежде чем шлепнуться на слизистую зеленую поверхность лагуны.

Это не было похоже на погружение в озерную воду. В воде озера все еще можно было увидеть солнечные лучи. Ривер боролся, чтобы освободиться, в то время как его тело погружалось все глубже и глубже в болото дерьма. Он случайно открыл рот, и нечистоты попали ему в нос и в горло. Это конец; он знал это.

* * *

Барбаре на мгновение показалось, что она услышала шум внизу. Она задумалась, не стоит ли ей вернуться на лестницу и позвать сына, но знала, что он на что-то сердит, и не хотела расстраивать его еще больше.

Она так переживала за своего сыночка.

- Он перерастет это. Просто ему нужно время, чтобы понять, чем он хочет заниматься в своей жизни, - говорила она своим пожилым друзьям в церкви воскресным утром.

Может быть, вкусный обед поднимет ему настроение, - с любопытством подумала Барбара, уперев руки в широкие бедра. Она принялась варить яйца в кастрюле на плите. Она открыла банку свежего тунца и высыпала его содержимое в большую миску для смешивания. - Тунец подойдет.

Она улыбнулась, напевая песню, которую услышала на христианском радио по пути в продуктовый магазин на днях.

- Мам.

Барбара в шоке обернулась и увидела своего сына, насквозь промокшего и пахнущего, как прорванная канализационная труба.

- Боже правый, что с тобой случилось?

Ее обоняние было далеко не таким острым, как в молодости, но, черт возьми, это был самый отвратительный запах, который она когда-либо ощущала в своей жизни.

- Кажется, я упал в лагуну. Не помню, как выбрался, но очнулся на заднем дворе.

Барбара бросилась к шкафу в прихожей, чтобы взять чистое полотенце и завернуть в него своего сына.

- Как, черт возьми, это могло случиться? Ты что, возился с этой грязной штукой? Она не просто так огорожена проволочной сеткой.

Она не могла понять, как тридцатидвухлетний мужчина может быть таким безрассудным и безответственным.

- Я скатился с холма. Должно быть, я споткнулся. Помню только, как тонул во тьме.

- Это чудо, что ты не утонул. Когда тебе в последний раз делали прививку от столбняка? Я не водилa тебя к врачу с тех пор, как ты был мальчиком.

Ривер не мог вспомнить, когда в последний раз был у врача по какой-либо причине. Мозг будто лопался, как попкорн в микроволновке.

- У меня болит голова. Мне нужно прилечь.

Барбара решительно покачала головой в знак несогласия.

- Ты примешь ванну, прежде чем лечь где-либо в этом доме, мистер, - oна посеменила в ванную так быстро, как только позволяли ее старые колени, и наполнила ванну горячей пеной из бутылки, которую нашла под раковиной. - Давай, залезай, - cказала Барбара, жестом приглашая Риверa пройти в ванную и раздеться. - Положи одежду в пакет, - oна протянула руку, и перед ним повис пластиковый пакет из-под продуктов. - Потом завяжи его и выбрось в коридор, я отнесу его в мусорное ведро у входа.

Она быстро начала раздражаться из-за того, что Ривер тянул время, не торопясь привести себя в порядок.

- Давай уже, надо отмыться, пока вонь не въелась на месяц, - oна потянулась к брюкам Ривера, но он оттолкнул ее.

- Я взрослый мужик. Ты не можешь вот так просто сдернуть с меня штаны.

Жирное тело Ривера подрагивало, как свежеприготовленное желе. Барбара усмехнулась, развернулась и выбежала из ванной.

- Я - твоя мать. Все, что я пытаюсь сделать - это помочь. Такой неблагодарный.

Ривер слушал бессвязное бормотание матери, пока она возвращалась на кухню, где он ее нашел. Голова будто раскалывалась пополам; боль была невыносимой.

- Мам, помоги!

Барбара только начала доставать одежду из сушилки, когда услышала, что Ривер зовет ее из душа. Она пробежала через кухню и дальше по коридору. Она не могла вспомнить, когда в последний раз двигалась так быстро.

- Что случилось, дорогой?

Она открыла дверь ванной, пар от горячей воды сделал помещение похожим на тропический лес в зоопарке. Барбра рванула пластиковую занавеску, купленную прошлым летом на распродаже, и ахнула, закрыв рот руками

- Горячая вода "помогла", блядь. Мне так плохо.

Ривер мычал слова, будто только что выжрал галлон самогона, умоляя помочь ему подняться с пола. Барбара заметила, что тело Ривера было покрыто толстыми, гнойными волдырями. В обжигающе горячей воде ее малыш сварился заживо. Она потянулась к крану, чтобы выключить душ, и быстро отдернула руку, обжегшись.

- Зачем ты сделал воду такой горячей?! - закричала она, хватая полотенце с кольца у раковины.

- Я справлюсь. Я все понял.

Она выключила воду, чувствуя, как опасно быстро бьется ее сердце. Запах обугленной и пузырящейся кожи Ривера был таким невыносимым, что она задержала дыхание, насколько смогла.

Вытащив Ривера из ванны, Барбара быстро нашла в шкафу в прихожей мазь от ожогов, чтобы намазать все тело сына, страдающего от боли.

- Зачем ты это сделал? Ты не подумал? Я просто в растерянности.

Барбара не могла понять, почему Ривер просто сидел там и позволял себя сварить заживо.

- Помню только, что горячая вода была приятной. Голова начала проходить. Не могу объяснить, что было дальше, я просто крутил кран, пока не стало больно. Я не мог остановить свою руку. Это было как...

Барбра напряженно ждала, слезы начали скапливаться в глазах сына.

- Я не мог себя контролировать. Тело заставило меня.

Ривер говорил бессвязно. Он, должно быть, бредил или принимал наркотики.

- Ты принимаешь наркотики? Ты можешь сказать мне правду, если это так.

Ривер повернулся к матери, его брови приподнялись, он определенно был оскорблен вопросом.