Развод. В 40 с чистого листа (СИ) - Тэя Татьяна - Страница 17

Жарко…

– Да, ты, конечно, не из робкого десятка, – смеюсь я, скрывая своё состояние за юмором.

Но Артур внезапно наклоняется и целует меня. Это быстрый, но страстный поцелуй, который становится желанной неожиданностью.

Я закидываю руки на плечи Артуру и практически повисаю на нём, пока наши губы терзают друг друга. Атмосфера из лёгкой и игривой, становится напряжённой. Но это приятное напряжение. Скорее даже не напряжение, а ожидание, которое вызывает гул во всём теле.

– Отвезу тебя домой? – предлагает он, когда отрывается от моих губ.

– Угу, – только и могу из себя выдавить. – У меня… у меня проблемы с приложением какие-то, – жалуюсь сбивчиво. – Не открывается.

Артур посмеивается, пока ведёт меня к себе в машину.

Но вскоре нам не до смеха.

Пока мчим по ночным проспектам и набережным, атмосфера ещё больше раскаляется. Между нами будто бьют молнии плазмы в шаре Теслы. Каждый, случайно или намеренно брошенный взгляд Артура в мою строну, вызывает у меня тахикардию. По всему телу разливается тепло и нега предвкушения.

Мне почему-то кажется, что до дома мы не доедем.

В итоге.

Мне не кажется.

Мы останавливаемся на пустынной улице, и… и всё… сдержанность слетает. Мы оба, будто безумцы. Целуемся и трогаем друг друга.

Артур наклоняется ко мне, а мне хочется отстегнуть ремень безопасности и перебраться к нему на колени, словно мы подростки какие-то. Наши губы сталкиваются в поцелуе, который мигом разжигает огонь внутри нас. Руки Крылова шарят уже под моей одеждой, гладят бёдра, мнут грудь, да и я сама, кажется, расстегнула уже половину чертовых мелких пуговиц на его рубашки, чтобы добраться до горячей гладкой кожи, которую царапаю ногтями.

Хочу… хочу… бьётся в голове.

Страсть такой силы, что мне правда, плевать, что там на улице происходит.

Крылов терзает мою шею, покусывает и посасывает, ласкает мочку горячим дыханием

– Не хочу пользоваться твоим состоянием, Марианна, – говорит он севшим голосом.

– Я прекрасно понимаю, что делаю, – отвечаю я, замирая на секунду и глядя ему в глаза. Там полыхает огонь: неистовый и яркий, и я думаю, что сегодня будет ночь открытий и удивлений. – Сама хочу этого. На утро сожалений не будет. Обещаю.

– Можешь, не обещать. Я знаю, что не будет, – нагло и самоуверенно отрезает он.

Страсть внутри меня вибрирует в унисон его севшему голосу.

У меня ощущение, что Крылов готов взять меня здесь и сейчас, но нет… Он рывком трогается с места и разворачивается, перестраивая маршрут.

Потому что к нему отсюда ближе, чем ко мне.

Когда выходим из машины, он переплетает наши пальцы, ласково поглаживает мою ладонь, пока мы поднимаемся в квартиру.

Но едва дверь закрывается, как Артур набрасывается на меня, как хищный зверь.

Одежда с меня слетает за рекордно короткое время. И я понимаю, что Артура уже не остановить.

Даже если я скажу стоп, он не прекратит.

Но кого я обманываю?

Я не скажу.

Сама как безумное сдёргиваю с него рубашку и опускаю ладони к поясу брюк.

Мы целуемся глубоко, с языками, просто пожирая друг друга без остановки. Всё как когда-то и говорил Крылов. Это безумие. Снос головы. И мои две рюмки тут совершенно ни при чём.

Я понимаю, кто я, где я, с кем я.

И безумно хочу Артура.

Аж руки трясутся.

И я вскрикиваю, и дрожу, когда Крылов укладывает меня на кровать, а сам ложится сверху.

Новый мужчина. Первый раз. Должно быть неудобно… немного неловко… Но нет… Ничего этого нет.

Есть лишь страсть, лишь потребность чувствовать его в себе, двигаться вместе и достигнув пика, плакать и кричать от того, насколько остро и практически невыносимо моё желание к нему.

Глава 21

Одним разом, конечно, мы не обошлись. Ночь выдалась бурной. И хоть это не комильфо – сравнивать мужчин, я невольно задумываюсь, а когда у меня последний раз было так с мужем?

Не помню…

Видимо, Гришаня всю свою энергию растрачивал на марамоек, а я сидела дома с лапшой на ушах и воображала, что у нас всё прекрасно.

Нет. Не прекрасно.

За пятнадцать лет брака можно сохранить страсть, любовь становится более спокойной, а чувство локтя или дружбы, если хотите, приходит само по себе.

Но нет, друзья не придают, в отличие от мужей.

Так что всё, что было с Пеговым – самообман чистой воды. Сейчас я как никогда это понимаю.

Артур подгребает меня к себе под бок, и мы засыпаем в позе ложки.

Господи… как давно я не засыпала в мужских объятьях, страшно представить.

Мы с Гришей спали каждый на своей половине, а по середине встречались время от времени. Раза два-три в неделю. И я считала, что это нормально.

Да нет… не нормально это.

Но где теплота, где нежность?

Когда «натрахавшись», ты лежишь на плече у любимого мужчины, а он гладит твою спину и молча признаётся в любви. Каждым своим прикосновением.

Не было этого… Давно не было…

Так что в эту ночь я засыпаю под боком у Артура. Уставшая, но невероятно счастливая. Алкогольный туман из моей головы уже давно выветрился. В моём сознании нет места для сожалений – только сладкие воспоминания о том, что произошло, и уверенность, что между нами возникла настоящая связь.

Я не думаю о подписанных документах, о том, что они могут изменить всё. В этот момент важно только то, что я здесь, с Артуром, и это чувство наполняет меня счастьем.

Банальным счастьем.

Которое, я кажется, давно уже не ощущала рядом с мужчиной.

Меня многое радовало в этой жизни, но не мужчина… Он просто был. Любимый. Привычный. Картинка. Образ.

Утром я, словно героиня голливудского фильма, просыпаюсь от первых лучей солнца, пробивающихся… нет, нагло льющихся в панорамные окна спальни.

Артура рядом нет. Но я вообще не волнуюсь. Нагло занимаю кровать, раскинувшись звездой, и потягиваюсь.

Вот бы хорошо, чтобы это была не просто ночь, а начало чего-то большего между нами.

Но я взрослая девочка и понимаю, что всё может быть совсем не так, как оно мне кажется. Или как я сама это себе придумала.

Размышления мои прерывает телефонный звонок. Это мой сотовый надрывается, но не рядом, а где-то там… в недрах квартиры. Где я вчера его кинула.

Кстати, где?

Сев на кровати, я заворачиваюсь в простыни и, поднявшись, иду на поиски телефона.

Неужели Гриша проспался, очухался, вгляделся в документы и не обнаружил там моей подписи?

– Доброе утро, – раздаётся, едва переступаю порог гостиной.

Артур стоит у кухонной стойки с пустой чашкой.

– Кофе, чай? Воды?

– Кофе. Доброе утро. Одну чашечку я себе позволяю.

– Сделаю, – он указывает взглядом на мой телефон на столешнице.

Я забираю его, но это всего лишь моя помощница, сообщает, что приехала художница, раскрашивать огромную стену, уточняет, не изменились ли мои пожелания по эскизам.

– Нет, не изменились. Лена, там третий вариант так и остаётся.

– Поняла, извините, что побеспокоила.

– Да всё хорошо. Я приеду сегодня.

– Это не обязательно, Марианна Леонидовна, я здесь весь день пробуду. Можете отдохнуть. Вы итак тут с утра до вечера каждый день.

Всё во мне противиться. Хочется поехать и проконтролировать.

Это то, что я не умею делать – делегировать. Вернее, я стараюсь, но даётся с трудом.

– Ну хорошо, Лена, тогда я отдохну.

– И это правильно. Отдохни, – ставит Артур передо мной чашку с кофе. – У тебя вчера был напряжённый вечер.

– И почти бессонная ночь, – подкалываю я. – Как бы мне не вырубиться после обеда.

– Спи, сколько надо. Вся моя спальня в твоём распоряжении. На неограниченный период времени, – усмехается Крылов, и у меня мурашки по спине бегут.

Трахнет… – думаю я. – Вот сейчас позавтракаем. И точно трахнет.