Демон Жадности. Книга 5 (СИ) - Розин Юрий - Страница 15

Затем — практические вопросы. Грузовой отсек нашего корабля был забит ящиками с золотом и артефактами, добытыми в Жемчужном Гроте и на Перекрестке. Всю эту гору богатства предстояло конвертировать в пурпур. Без местной валюты мы были нищими.

А потом — массовая закупка. Препараты маны в Роделионе должны были быть на порядок чище и мощнее. Тоники, артефактные ядра, улучшенные генераторы для кораблей — все, что могло дать моим ребятам хоть каплю преимущества в новом, смертельно опасном мире. Цены будут астрономическими, но и выигрыш в качестве — тоже.

И это нужно было сделать в первую очередь.

Мой батальон, «Желтый Дракон», был грозной силой для малых королевств. Но здесь, в Четвертом корпусе, мы были, в лучшем случае, середнячками. Мне нужно было быстро утвердить наш статус, показать, что мы не просто провинциалы, приехавшие поглазеть на столицу.

Каждая миссия, каждое задание должны были быть безупречно выполнены. Любая оплошность отбросила бы нас на дно пищевой цепочки корпуса.

Параллельно с этим предстояло решить головоломку с Гильомом. Как незаметно включить в состав батальона человека, который официально в Коалиции не состоял?

Нужно было найти лазейку, а для этого самым простым способом было договориться с начальством. А потом еще выяснить, когда ему самому понадобится двойник.

Кроме того, он должен был прислать свои заметки — сводку знаний, манер и связей, которые мне предстояло выучить, чтобы быть убедительным Гильомом фон Шейлароном. Ошибка в такой игре вполне могли стоить жизни.

И конечно, информация. Мне нужно было с головой погрузиться в архивы корпуса. Изучить карту политических фракций Роделиона, историю конфликтов, досье на ключевых Артефакторов.

Узнать все о корпусе, его командирах, сильных и слабых сторонах. Просмотреть доступные миссии, чтобы спланировать наши первые шаги. Без понимания правил этой игры мы были слепцами.

И поверх всего этого — главный, вечный вопрос: чем кормить Маску. Пурпур и артефакты, купленные за него, могли дать передышку, но не решали проблему.

Мне нужны были не просто богатства, а уникальные, мощные артефакты, насыщенные сложными сюжетами, или такие же аномальные источники энергии, как тот самородок. Нужно было искать слухи, легенды, любые зацепки.

Список дел расползался в голове, как живая паутина, каждый пункт тянул за собой десяток новых. Но в этот момент я чувствовал не панику, а странное, почти радостное предвкушение.

Хаос — это была моя стихия. И, применительно к этой ситуации, я искренне, от всей души, поблагодарил ту цепочку событий, что лишила меня необходимости спать. На все эти планы понадобятся не часы, а недели непрерывной работы.

Но не сейчас. Прямо сейчас я сам себе запретил касаться чего бы то ни было из этого списка.

Полет — это передышка. Последний глоток воздуха перед нырком в пучину. Я поднял бокал в тост за грядущий хаос и осушил его до дна.

Глава 7

Спустя чуть меньше чем неделю лета (да, «развалюхи» тридцать пятой дивизии — это вам не премиум-яхта дома Шейларон) наши корабли с глухим стуком причалили к тем же пирсам на базе четвертого корпуса.

Оставив батальон дожидаться дальнейших приказов на борту, я в одиночку направился к зданию штаба. Мне нужно было доложить о прибытии и, что куда важнее, начать разведку на новом поле боя. Первой точкой на карте должен был стать кабинет комдива дивизии 4–8.

Как я выяснил заранее, ее звали Шарона де Барканар. Ее кабинет оказался таким же аскетичным и строгим, как и она сама, но пустым. Дежурный адъютант, щуплый мужчина с испуганными глазами, сообщил, что комдив находится на своем личном тренировочном плацу, и указал направление.

Плац оказался не общедоступной ареной, а частным залом, вмонтированным в одну из внешних стен базы. Дверь была без опознавательных знаков, но я почувствовал исходящую из-за нее мощную концентрацию маны еще до того, как охранник пропустил меня внутрь.

Пространство внутри было таким же сферическим, но меньшего размера. И оно было заполнено ее маной.

Шарона парила в центре, ее белые волосы развевались в невидимом вихре маны. Она не использовала никаких артефактов — ни «Прогулок», ни усилителей. Ее тело было единственным инструментом.

Но она двигалась с такой умопомрачительной скоростью, что оставляла после себя шлейфы размытых силуэтов. Ее кулаки и локти выписывали сложнейшие траектории, рассекая воздух со свистом, который резал слух.

Каждое движение было выверено, смертоносно и обладало сокрушительной кинетической энергией. Она сражалась с тенями, но эти тени, казалось, имели плотность и отскакивали от невидимых барьеров, которые она сама же и создавала всплесками чистой маны.

Я замер у входа, наблюдая. Мое восприятие, усиленное «Юдифью», отчаянно пыталось отследить ее, но она постоянно ускользала, исчезая в одном месте и появляясь в другом, будто телепортируясь.

Мысленно прикинул шансы. Десять моих копий, вооруженных всеми татуировками и щитами «Мариона», распределающими нагрузку между собой, не продержались бы против нее и десяти секунд.

А ведь еще были ее собственные артефакты, техники маны, которые она, кажется, не использовала, и те неизвестные мне пока способности, что приходили с рангом Эпоса.

Эпос. Это был не просто следующий ранг. Это была иная категория силы. Слово обрело для меня новый, пугающий и восхитительный смысл.

Она заметила меня, не останавливаясь. Ее единственный глаз скользнул по мне, оценивающе и холодно. Затем, без какого-либо переходного этапа, ее бешено быстрый танец прекратился.

Она не замедлилась — она просто замерла, плавно опустившись на ноги в центре плаца. Воздух перестал вибрировать, и наступила оглушительная тишина.

— Госпожа де Барканар, — я сделал шаг вперед, отдавая честь. — Майор Мак Марион. Мой батальон «Желтый Дракон» в полном составе прибыл в ваше распоряжение и готов приступить к службе в дивизии.

Она медленно вытерла тыльной стороной ладони каплю пота с виска, не сводя с меня глаза. Ее взгляд был тяжелым, как свинец.

— Твой батальон меня не интересует, Марион, — ее голос был ровным, без одышки, будто она не тратила ни капли сил. — Интересен только ты.

Она произнесла это спокойно, и в следующее мгновение пространство между нами исчезло.

Не было ни вспышки, ни хлопка воздуха. Она просто оказалась прямо передо мной, настолько близко, что я почувствовал исходящее от ее тела тепло. Ее движение было настолько быстрым, что мои рефлексы, мои татуировки, все мои боевые инстинкты не успели даже среагировать.

Прежде чем я понял, что происходит, ее рука метнулась вперед. Не для удара.

Ее пальцы с легкостью, сравнимой с резкой по бумаге, впились в ткань моего мундира у ворота и рванули вниз. Раздался резкий звук рвущейся материи, и мой мундир расстегнулся до пояса, обнажив грудь. И золотой узор Маски Золотого Демона, что покрывал ее всю, от ключиц до паха.

Ее взгляд скользил по линиям, будто читая давно забытый текст.

— Так вот она какая, — произнесла она тихо, и в ее голосе прозвучало нечто, среднее между восхищением и признанием.

Она отступила на пару шагов, давая мне пространство. Я не стал поправлять разорванный мундир. Сейчас было не до приличий. Слишком много вопросов висело в воздухе между нами, и самый главный из них жгол мне губы.

— Что вам о ней известно? — мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидал, учитывая, что меня только что раздели со скоростью мысли.

Уголки ее губ дрогнули в легкой, почти насмешливой улыбке.

— Мне известно явно больше, чем тебе. Но я не намерена делиться всеми секретами. Ревную, видишь ли. — Она сделала паузу. — Помимо «особого золота», ты получишь от меня лишь одну подсказку. Слушай внимательно. У Маски Золотого Демона есть неизвестное число копий.

В моей голове взорвалась буря. Копии? Что это значит? Другие такие же Маски? Другие носители, как я? Как они взаимодействуют? Это меняет все! Но я видел ее взгляд — твердый, непроницаемый. Она сказала все, что собиралась. Давить бесполезно.