Цветок для хищника (СИ) - Лазаревская Лиза - Страница 35

Я подошёл к открытому окну и позволил ей увидеть железную лестницу, купленную мною и поставленную сюда накануне Давлетом, одним из охранников этого дома.

— Как она здесь оказалась? — её излучавшие шок глаза округлились. — Как ты поставил её сюда?..

— Это секрет.

Мне повезло, что я входил в мизерный круг людей, для которых двери дома Крылова открыты. Правда, мне пришлось договариваться — и когда я говорю о договорённостях, я имею в виду манипуляции, шантаж и подкуп.

Благодаря этому сейчас я держал Асю на руках.

— Нет-нет-нет, я не смогу. Пожалуйста, верни меня на кровать. Умоляю тебя.

Я усадил её на подоконник, прежде чем перешагнуть через него и встать на одну из ступенек железной лестницы. Она обернулась, когда мои руки взяли её за талию и пододвинули ближе. Ася в ужасе наблюдала за тем, как я взял её подмышками и вытянул из окна, прижав её тело к своему максимально близко. Одной рукой я крепко удерживал её, другой держался за поручень, пока спускался вниз. Стремянка прочно стояла на газоне, почти не шевелясь.

Моя девочка была так напугана, что буквально затаила дыхание и не двигалась, пока мои ботинки не нащупали траву. Я ненавидел себя за это поступок, потому что сильно напугал её, но я намеревался показать ей, что её состояние никогда не будет преградой для нас.

Теперь уже свободная рука обхватила её под коленными чашечками.

— Мы здесь.

Она молчала, уткнувшись в моё плечо.

— Не делай так больше, — попросила она. Я видел, как от страха она дрожала — и хотел забрать весь страх себе. Я был полным идиотом и придурком.

— Ты никогда не упадешь со мной, — пообещал я, и тогда она отделила лицо от моего плеча. Свет неполной луны позволил мне хорошо рассмотреть застывший след от слезы.  Господи, я заставил её плакать. Идиот — слишком слабо сказано. Я — полное дерьмо.

— Я верю. И понимаю, для чего ты хотел это сделать. Но это не отменяет того, что мне всё равно страшно. И дело не только в этом...

— В чём ещё?

— Я не хочу, чтобы тебя заметили. У дяди Марата есть одно негласное, но очень важное правило, — объяснила она.

— Я внимательно слушаю.

— Никаких. Мальчиков.

Я ухмыльнулся.

Естественно, иначе и быть не могло.

— Что смешного? — обиженно спросила Ася, в изумлении выгнув брови.

— Я полностью поддерживаю его правило. Придерживайся его, иначе любой мальчик пожалеет, что родился на свет.

— Вообще-то оно относится и к тебе, — сердито сообщила она.

— Ко мне это не относится, цветочек. Я собираюсь стать Марату зятем, поэтому ему стоит привыкать к мысли, что мы вместе и когда-то я заберу тебя.

— Зя... Зятем? Ты что, хочешь жениться на мне?

— С сегодняшнего дня ты совершеннолетняя, малыш. Меня останавливало только это. У меня есть шанс?

Ася рассмеялась.

Она старалась смеяться тихо, чтобы никто не услышал. Несмотря на то, что окна спальни Марата и Ксении выходили в другую часть двора, она всё равно очень переживала.

— Только у тебя он и есть. Но если ты будешь говорить тише, вернёшь меня в мою комнату и уйдёшь незамеченным.

— Он всё равно узнает. Я планировал рассказать ему после твоего дня рождения. Или на самом празднике.

Теперь в её глазках поистине застыл ужас.

— Нет! Ты не можешь! Дядя Марат будет очень зол! Пожалуйста, давай немного подождём.

— Я не могу ждать, Ася. Я собираюсь сделать так, чтобы все знали о том, что ты всецело, полностью моя.

— Я полностью твоя, Дамиан, — подтвердила она.

— Ты говоришь это, чтобы успокоить меня таким образом?

— Возможно, — она искушающе отвела взгляд. — И потому, что это правда. Иногда я сама не в состоянии поверить, что такому мужчине, как ты, нужно, чтобы я была твоей.

— Мне не просто нужно, цветочек. Я готов на коленях молиться на то, чтобы ты была моей.

Учитывая, что я никогда не верил в Бога. Я был готов стать верующим, если это означало, что мои молитвы будут услышаны — и Ася навсегда останется со мной.

Иначе и не будет.

Я никогда не отпущу её.

Никогда.

Внезапно телефон в кармане моих брюк завибрировал несколько раз, чем вызвал досаду на лице Аси.

— Кто-то пишет тебе так поздно, — прокомментировала она. Излучающая несколько секунд назад улыбка сползла с её лица.

— Ты продолжаешь меня ревновать, малыш?

— А как ещё мне реагировать, если кто-то пишет тебе ночью?

Меня забавлял тот факт, что она действительно не понимала, что у неё априори не может быть конкуренток.

Ни сейчас.

Ни потом.

Ни когда-либо ещё.

— Давай проверим, кто мне пишет.

Я засунул руку в карман и достал телефон, продолжая прижимать тело Аси к себе.

— Держи, — попросил я, когда она робко и нерешительно взяла мой мобильный. — Включай, вместе посмотрим.

Я знал, что мне не напишут девушки, потому что я оборвал связи со всеми, с кем трахался раньше.

Экран загорелся — и мы в унисон прочитали несколько сообщений.

Давлет: Дамиан Станиславович, мы так не договаривались.

Давлет: Пожалуйста, вернитесь в комнату, пока не поздно.

Давлет: Марат Артурович оторвёт мне яйца, если увидит вас и узнает, что я к этому причастен.

— Это же наш охранник! — шёпотом крикнула Ася.

— А ты рассчитывала увидеть чьё-то другое имя?

— Я... боялась увидеть здесь другое имя, — она замолчала, затем растерянно добавила: — Женское имя.

— Никогда не смей думать, будто я могу изменить тебе, Ася. Никогда.

— Мне кажется, у тебя уже целый список, о чём я не должна сметь думать.

— Именно так.

У меня был готов целый список запретных тем, о которых она не должна была думать.

— И когда-нибудь я вытравлю все неуместные мысли из твоей светлой головы. Дай мне только на это время.

— Ты тоже дай мне время. Пожалуйста, давай расскажем дяде Марату немного позже. Я очень тебя прошу. У меня только появилась семья — и я не хочу, чтобы он разочаровался во мне.

— Никогда в жизни он не разочаруется в тебе. Сколько тебе нужно времени? Пару дней?

— Несколько недель как минимум. Пожалуйста, Дамиан...

Несколько недель скрывать, что я собираюсь сделать Асю своей женой... Будь моя воля, я бы просил её руки уже сегодня днём, на празднике в честь её дня рождения. Но мне нужно было уважать её желание и дать ей время. Она заслуживала семью, которая будет немыслимо любить её. И она заслуживала, чтобы я дал ей немного свободы.

Даже если я ненавидел эту свободу, в которой ей нужно было время без меня.

— Я должна подготовить дядю Марата. Элина говорит, что он не против, если мы проживем с родителями всю жизнь.

— Я в этом не сомневался. К сожалению, я собираюсь разрушить его планы, — прохрипел я — и в это же мгновение ещё несколько сообщений пришло мне на телефон.

Очевидно, Давлет видел нас по камерам и очень переживал, что Марат снимет с него три шкуры.

— Пора тебя вернуть в постель. Держишься, малыш? — спросил я, почувствовав, как её ногти впивались в кожу на моей шее, когда я начал подниматься. Мой план украсть её хотя бы на несколько несчастных часов потерпел поражение из-за трусливого охранника. И просьб самой Аси, которая была максимально не в восторге от моих действий.

— Ты даже не представляешь, насколько сильно я держусь.

Когда она снова оказалась в постели, я снял с неё джинсы и положил их обратно на полку.

— Я всё ещё приглашён на твой день рождения?

— Конечно же. Я буду тебя ждать. Кстати, твои братья тоже будут.

— По какой причине ты позвала и их?

— Вообще-то это сделала тётя Сеня, потому что они такие же друзья семьи, как и ты.

Мои придурки-братья обычно делали всё, чтобы вывести меня из себя (за исключением тех случаев, когда Эдиан говорил со мной о работе — хотя даже в те моменты он мог умышленно разозлить меня).

— Ты не рад, что я с ними познакомлюсь?

— Я совершенно не рад, что в твоём окружении станет на двух мужчин больше.