Цветок для хищника (СИ) - Лазаревская Лиза - Страница 65

— У меня срывает крышу, — прохрипел мужчина. В его голосе была нотка отчаяния. — Если ты не остановишь меня сейчас, я предстану перед тобой не в самом лучшем свете.

— В каком?

— Бешенным психом.

— Ты и так постоянно останавливал себя, — прошептала, проведя ладонью по его постриженным волосам. — Прошу тебя — не останавливайся. Если тебе интересно, то я хочу тебя, Дамиан. Хочу прямо сейчас. Каким бы бешенным ты передо мной ни предстал.

Я в очередной раз дала ему зелёный свет. Но если до этого момента он действительно всегда останавливался, не давая зайти себе дальше поцелуев и куни, то сейчас он собирался пойти дальше.

Моя шея.

Грудь.

Живот.

Он ненасытно целовал всё, пока не спустился вниз и его лицо не оказалось между моих ляжек.

— Ты так сильно возбуждена, малыш, — констатировал он, аккуратно раздвинув мне ноги — так широко, как только было возможно. Его движения оставались нежными — в то время, как взглядом уже почти поедал меня целиком. — И ты побрилась для меня?

Последнее предложение вызвало во мне приступ неловкости.

— А для кого, ты думаешь?

— Конечно для меня. Только для меня.

В следующее мгновение его губы поцеловали мой клитор — и его пульсация стала ещё сильнее. Он едва дотронулся до меня, а я уже была готова кончить — однако поцелуй был только началом. Дамиан прижался ртом к клитору, заставив меня беспрерывно стонать. Он посасывал его, покусывал, игрался с ним. Он с такой дикостью поедал мою плоть, что ощущения разрывали меня на части. Пальцы левой руки впивались в кожу моей ляжки с такой силой, что на этом месте мог остаться синяк.

— Ты готова кончить ещё раз, мой цветочек? — спросил мужчина, на секунду оторвавшись от меня.

— Да.

И тогда его язык вернулся — только теперь он залез им внутрь моей киски. Дамиан трахал меня языком, пока его большой палец занял место на клиторе и неистово кружил по нему.

Боже, боже, боже...

Как мне вынести то, что он со мной вытворял?

Не жалея меня, мужчина сильно надавил на клитор — и я распалась на части, разложилась на молекулы. Я кончала и тряслась от нахлынувшего оргазма, пока его язык игрался со мной. Кажется, Дамиан собирался не оставить внутри меня ни капли влаги.

Я захныкала, попыталась привести дыхание в норму. Только это было абсолютно бесполезно. Мой любимый мужчина быстро стянул с себя брюки вместе с боксёрами — и всё внутри меня сжалось. Его толстый, набухший член выглядел как что-то не совсем реальное. Я безумно хотела Дамиана всё это время, но даже с учётом всех моих желаний было немного страшно. Когда он провел головкой по моим нижним губам, я пискнула и затаила дыхание.

Глаза закрылись.

Я чувствовала необузданное животное желание, когда его член вошёл внутрь. Большой палец всё ещё массировал мне клитор — и сокращающая всё на своём пути боль казалась не такой адской. Он был рядом. Был со мной и во мне. Мы сливались воедино и от осознания становилось тепло и даже приятно.

— Чёрт, — Дамиан навалился на меня, входя ещё глубже. Он разрывал всё внутри меня на части, с каждой последующей секундой ускоряя темп.

Наши лица снова разделяли крошечные миллиметры.

— Ты моя, Ася, — прохрипел он.

Его толчки становились ещё быстрее.

— Всегда будешь моей.

Его губы целовали меня — всё моё лицо, каждую слезинку и ресничку.

— Я никогда, — толчок, — никогда, — толчок, — не отпущу тебя. Ты слышишь, малыш? Скажи это. Скажи, что ты моя.

— Д-да, — робко ответила я. — Твоя.

— Я люблю тебя, — признался он, прижав свой лоб к моему, потному.

Мой подбородок задрожал. Он столько раз показывал мне своё отношение. Столько раз заставлял поверить в сказку наяву — где любовь между двумя людьми не измеряется ничем, кроме их чувств, как и говорила Элина. Относился ко мне, как к принцессе — с уважением и трепетом. Но мне всё равно было сложно поверить в услышанное.

Дамиан любит меня?

Он?

Меня?

Почему я так сильно ненавидела себя, что всё ещё не могла принять его чувства?

— Правда? — единственное слово, которое я смогла из себя выдавить.

— Так сильно люблю, цветочек. Так, блядь, сильно, если бы ты только знала.

Я не могла сдержать слёз — они градом скатывались по моим щекам, встречаясь на подбородке. Я притягивала Дамиана всё ближе и ближе, не желая, чтобы он отстранялся. И даже отголоски боли после потери девственности не могли остановить меня.

— И я люблю тебя, Дамиан, — между стонами прошептала я, не скрывая сбитого дыхания. — Ты единственный мужчина, которого я буду когда-либо любить.

Мне хотелось сказать ему об этом. Хотелось, чтобы он снова услышал и знал. Моё очередной неловкое признание сработало как афродизиак — Дамиан стал ещё жёстче, и я поняла, что до этого момента он сильно сдерживался.

— Всё верно, малыш, — прорычал он, надавливая подушечкой пальца мне на клитор. — И сейчас ты снова кончишь для своего единственного мужчины.

Будто по приказу, мои бёдра слегка приподнялись — и сладкое тепло разлилось во всему телу. Это был самый мощный оргазм из всех, потому что его член всё ещё находился внутри меня. Он не прекращал свои жёсткие, неумолимые толчки, пока в одно мгновение я не почувствовала себя опустошённой, а на коже не появилась вязкая жидкость. Всё было предельно ясно — Дамиан кончил мне на живот, но я не могла даже поднять голову, чтобы посмотреть на это.

Он нависал надо мной, наблюдая за моим сбитым дыханием после оргазма и вообще всего, что он со мной сотворил. Указательным пальцем убрал вспотевшие пряди с моего лба и щёк.

— Прости меня.

— О чём ты? За что ты извиняешься?

— За то, что сделал с тобой. За то, что ты увидела, какое я чудовище с напрочь отсутствующим самоконтролем, — объяснил он с печалью в глазах. Моя ладонь погладила его по колючей щетине.

— Прекрати. Это неправда.

— Я сделал тебе больно.

Больнее было от самоуничтожения, кипящего в его голосе.

— Чем я заслужил тебя? — серьёзно и неожиданно спросил Дамиан.

Я могла бы рассмеяться от абсурдности. Могла бы напомнить ему о всех своих комплексах, но вместо этого просто задала встречный вопрос:

— Самый лучший мужчина спрашивает, чем он заслужил меня?

— Самый несдержанный ублюдок спрашивает, чем он заслужил тебя, — он приподнял меня на руках.

— Куда мы?

— В душ, малыш. Я отмою тебя от того, что сделал.

— Мне понравилось всё, что ты сделал со мной, — заверила я, когда он толкнул дверь в ванную ногой и зашёл внутрь. Несмотря на всё ещё ноющую боль и кровь, смешанную с его спермой, я была самой счастливой девушкой. — И я хочу ещё.

От удивления он изогнул брови.

— Только не сегодня. Или, точнее, не в ближайшие несколько часов.

— Будь я проклят, если наброшусь на тебя сегодня.

— Хватит проклинать себя, — засмеялась я, прижавшись к нему и поцеловав в плечо. — Для этого вполне достаточно дяди Марата.

Дамиан улыбнулся и зашёл в душевую кабинку. Усадил меня на стульчик, чтобы настроить температуру воды. А я просто наблюдала за его мощной, впечатляющей V-образной спиной, которая безо всяких сомнений могла стать вдохновением для этой буквой.

Каким бы ни было наше будущее, я ни о чём не жалею. Он — единственный мужчина, которому я хотела отдать сокровенную часть себя.

Это самое главное.

Глава 30

Дамиан

Я опирался ладонями об углы керамической раковины и смотрел на своё отражение в зеркале.

Блядь...

Чёртов мудак!

Идиот!

Сволочь!

Меня нужно кастрировать. Плоскогубцами раздавить мои яйца, чтобы больше я не набрасывался на неё, подобно дикому животному!

Как я вообще мог? Как посмел? Что на меня нашло? Контроль — я полностью потерял его.