Цветок для хищника (СИ) - Лазаревская Лиза - Страница 87

— Да, милая.

— О, мне кажется, об этом ещё очень рано говорить...

Около двух недель назад я в слезах умоляла его найти себе здоровую девушку.

Откровенно говоря, я всё ещё немного надеялась на то, что он так и поступит. Пускай даже боль от этого будет настолько невыносимой, что она в клочья разорвёт моё сердце вместе с грудной клеткой.

Заставлять его найти другую девушку, представлять его вместе с ней — всё это сродни каторге. Высшая степень мазохизма, только без какого-либо удовольствия.

— Не обижайтесь, но я только недавно начала называть папой дядю Марата, — в своё оправдание ответила я.

— Всё в порядке. Всему своё время.

Боковым зрением я заметила Полину Леонидовну — она шла по тротуарной плитке двора в длинном тёмно-синем пальто и такого же цвета уггах, быстро сокращая расстояние между нами.

— Тётя Полина, — наконец выйдя и захлопнув за собой дверцу, Элина набросилась на женщину — когда та уже подошла к машине мужа.

— Привет, моя дорогая, — Полина Леонидовна обняла её в ответ. — Как вы доехали? Всё нормально?

— Да, всё отлично.

— Хорошо, София вас уже ждёт, — Элина пошла к входной двери, повернувшись через плечо и подмигнув мне. Полина Леонидовна тем временем уже обнимала меня. Её ладони поглаживали мои слегка растрёпанные из-за ноябрьского ветра волосы. Мне было так приятно, что я не могла от неё оторваться.

— Привет, Асенька.

— Здравствуйте, Полина Леонидовна. Я очень рада вас видеть.

— И я рада тебя видеть.

— Ты никого не забыла? — спросил Станислав Юрьевич, притянув жену к себе и поправив ворот её пальто.

Она так очаровательно закатила глаза и покачала головой, что от неё невозможно было оторвать взгляда.

— Тебя я тоже рада видеть, — улыбнулась она, встав на носочки и подарив мужу кроткий поцелуй.

— Надеюсь на это.

Хоть и не хотелось их смущать, но я бы ещё с радостью понаблюдала за ними.

Мы пошли в дом.

Станислав Юрьевич шёл позади. Он вёз моё кресло, несмотря на то, что я без проблем могла доехать сама.

На крыльце был пандус, по которому моя коляска поднялась. Я никогда не забывала, что дедушка Дамиана тоже ездил на инвалидной коляске — и их дом был полностью оборудован для его удобства, несмотря на то, что жил он отдельно.

Когда мы оказались внутри, перед нами оказалась София — она обняла папу в благодарность за то, что привёз нас, и оперативно увезла в другую часть дома.

— Мы отлично проведём время! — чуть ли не прокричала она, не скрывая эмоций.

Мне так нравилось открытость и позитив, которую София дарила этому миру. Вряд ли когда-то я хоть немного стану похожей на неё, но было достаточно просто находиться рядом с ней, чтобы тебя коснулся непрерывный поток энергии и хорошего настроения.

— Я даже не сомневаюсь

— Спасибо, что приехала.

— Спасибо, что пригласила меня, — улыбнулась я, пока она вытаскивала из холодильника графин с чем-то розовым.

— Кинотеатр на цокольном этаже. Будем веселиться всю ночь. Я столько фильмов подобрала. Ещё можем подключить караоке.

София была немножко помешана на кинематографе. Если мы собирались куда-то пойти, она обязательно предлагала начать с похода в кино, даже если фильм не был особо интересен всем, включая неё.

— А родителям это не будет мешать?

— Нет, всё хорошо. У нас на цокольном этаже толстые стены. Кстати, поплаваем в бассейне! Ты взяла купальник? А неважно, я дам тебе свой!

— София, подожди, — остановила её.

— Да?

— Пока мы вдвоём, я хотела ещё раз... поблагодарить тебя.

— Поблагодарить? За что? — она поставила графин на мраморную столешницу и повернулась ко мне лицом.

— Ты знаешь. За то, что ты не послушалась меня тогда. И всё рассказала Дамиану. Мне очень стыдно, что я поставила тебя в такое положение и расстроила тебя.

Она вернулась в палату после разговора с братом, едва сдерживая слёзы. Было непривычно видеть её в таком состоянии — но больнее всего было от того, что я была причиной печали этой жизнерадостной девушки.

— Не говори так! — серьёзно пробурчала она, взяв меня за руки. — Ты не только моя подруга, Ася. Ты — девушка, которая заставляет моего брата любить жизнь. Ты всегда можешь на меня положиться. Я двину каждому, кто посмеет тебя обидеть.

Я рассмеялась от того, с какой жестокостью она замахнулась и ударила воздух.

— А то, что ты сказала тогда...

— Всё хорошо, — она перебила меня, смягчив взгляд и оглянувшись, будто проверяя, нет ли поблизости родителей. София и в тот раз заверила меня в том, что мне не о чем переживать, но как я могла не переживать, если она тоже поделилась со мной своей болью? Тем, что её шантажировали — какая-то сволочь или сволочи. — Не переживай за меня.

— Это точно? Если у тебя проблемы, то мы можем решить их вместе.

— Это было давно.

— Насколько давно?

— Чуть больше года назад.

— Тебе было всего семнадцать...

— Да, — подтвердила она, прикусив нижнюю губу. — Но это всё уже не важно, потому что я тоже нашла в себе силы поделиться этим с мужчиной, который мне дорог.

Она передала мне графин — с соком или лимонадом, я так и не поняла — а сама снова встала позади и повезла мою коляску.

— Ты говоришь о?..

— Конечно, — прошептала София. Хоть девушка и не дала мне закончить вопрос, мы обе понимали, о ком шла речь.

Больше я её не расспрашивала. Потому что не хотела портить ей настроение. И потому что была уверена — если Наиль в курсе случившегося, она точно в безопасности. И я искренне надеялась, что эта история не оставила шрамов в её душе.

— Скоро у влюблённого в тебя мужчину день рождения, — задорно начала София.

— Да, четыре дня, за которые я вряд ли смогу придумать нормальный подарок.

— О, я знаю. Самый лучший подарок будет — целый день, проведённый с тобой наедине.

— Разве это подарок, София? — усмехнулась я. — Он должен провести этот день не только со мной, но и с семьёй, друзьями.

— Не хочешь делать моего брата счастливым? Поверь, я знаю, что ему нужно. Кстати, забавно, что они с дядей Маратом оба ноябрьские скорпионы!

— И вправду... — согласилась я.

Спустившись на цокольный этаж, мы почти сразу же оказались в комнате с домашним кинотеатром, оформленной в спокойных, глубоких тонах с доминирующим тёмно-бирюзовым цветом. Огромный, широкий экран, приглушённое освещение, мягкие диваны и пуфы, посреди которых стоит круглый столик, рискующий сломаться под тяжестью еды.

— Боже, это настоящий рай киномана!

— Моя вторая комната, обожаю атмосферу кинотеатров, — прощебетала София. С этого момента начались выходные, наполненные смехом и весельем с подругами, о которых когда-то так мечтала маленькая, одинокая, забитая девочка.

О которых всегда мечтала я.

***

— Асенька, я могу забрать тебя на минутку, пока ты ещё не приступила? — спросила Полина Леонидовна, ставя на стол тарелку с блинчиками.

— Да, конечно.

— Мамочка, вам помочь?

— Нет, солнышко, завтракайте. Мы буквально на минутку.

Мы не спали почти всю ночь и проснулись к полудню, поэтому наш завтрак уже можно было назвать обедом.

Оказавшись на втором этаже, Полина Леонидовна завезла меня в комнату, похожую на художественную студию. Я знала, что Полина Леонидовна рисует, но пока мне не доводилось увидеть её картины.

— Вы здесь рисуете?

— Да, я хотела кое-что нарисовать к твоему дню рождения, но смогла закончить эту картину только сейчас.

Она махнула головой в сторону деревянного мольберта, на котором горизонтально была размещена картина — а ней были изображены мы с Софией и Элиной — счастливые, беззаботные, улыбающиеся. Обеими ладонями я прикрыла лицо, оставляя открытыми глаза.

— Полина Леонидовна... — прошептала я, борясь с эмоциями.

— Я надеюсь, тебе понравится. Маленькое напоминание о том, что вы есть друг у друга.

— Спасибо вам, — хныкнула я, почувствовав, как её руки гладят мои плечи. Она обнимала меня со всем теплом и нежностью, на которую была способна. — Вы не можете представить, насколько сильно я благодарна вам за то, что вы появились в моей жизни.