Окутанные метелью (ЛП) - Харви Б.дж. - Страница 7

Месяцами я представляла, как просыпаюсь рядом с ним, но теперь, когда эта возможность наконец стала реальностью, меня внезапно накрывает смущение. Легко поправимо. Я осторожно убираю руку и пытаюсь чуть отодвинуться, но он перехватывает моё движение в ту же секунду, обнимая меня за талию.

— Заполучила желаемое и теперь ускользаешь? — игриво спрашивает он.

Я смеюсь, переворачиваюсь в его объятиях и встречаю его ярко-зелёный взгляд. Его взъерошенные волосы и расслабленная утренняя улыбка словно отражают события прошлой ночи.

— С чего бы мне уходить, если в моей постели такой мужчина? — Я всматриваюсь в его лицо, пытаясь уловить малейшие сомнения. — И, вообще-то, это мой номер.

— Прекрати, — произносит он, и на его губах появляется медленная, уверенная улыбка.

— Что именно? — морщу лоб, пытаясь понять, что он имеет в виду.

— Перестань ждать, что я найду повод уйти. — Он откидывает с моего лица выбившуюся прядь и оставляет ладонь на затылке. — Я здесь, потому что хочу быть здесь. Ни о каком побеге я даже не думаю.

Он слегка приподнимается, и по тому, как он прижимается ко мне, становится ясно: каждое слово он говорит всерьёз.

Смотря на него снизу вверх, я вижу в его глазах искренность. Он действительно хочет, чтобы я поверила.

— Ты не жалеешь об этом?

Он тихо вздыхает.

— Харли, — его голос становится мягким, — я давно хотел тебя, малышка. Давно хотел именно этого… — Он чуть прижимается, подчёркивая смысл своих слов, не переходя границы. — Очень давно.

— Бьюсь об заклад, ты говоришь так всем девушкам, которые оказываются в твоей постели, — подшучиваю я, пытаясь разрядить напряжение и заодно понять, какое место занимаю в его мире.

Но его лицо внезапно меняется, и я понимаю: я ляпнула глупость. Он резко отстраняется, садится на край кровати, опёршись локтями о бёдра, и, покачав головой, смотрит в пол.

В жизни любой женщины наступает момент, когда она говорит что-то не подумав — особенно если дело касается мужчины, который ей не безразличен. Особенно если ночь с ним только что перевернула всё внутри. И вот итог — глупость, которую уже не вернуть.

Что со мной не так?

Собравшись с духом, я пытаюсь исправить ситуацию.

— Портер, я не имела в виду, что ты… что у тебя так постоянно, — начинаю я осторожно. — Просто… я не понимаю, почему вдруг ты обратил на меня своё внимание.

Он встаёт и разворачивается ко мне — всё ещё ничем не прикрытый, взволнованный и неожиданно уязвимый в своём признании.

— Я обращал на тебя внимание с первого дня. И вчера… всё произошло далеко не только из-за желания. Я не собирался начинать что-то с тобой на фоне рабочей неразберихи.

— Связь в перерыве между перелётами? Для меня это впервые, — улыбаюсь я, и его губы едва заметно дёргаются, скрывая смех.

Он поднимается на колени на кровати и оказывается совсем близко. Его член оказывается на уровне моего рта, волей-неволей мелькает мысль снова приласкать его, насладится солоноватым вкусом.

— Не буду скрывать: в моей жизни было много женщин. Я не святой. Но с того момента, как я пришёл в «Уилсон» и увидел самую потрясающую управляющую по маркетингу на всём свете, — он улыбается, — я не был ни с кем. Почему раньше бездействовал? Твой отец — мой начальник, и я его уважаю. Когда он попросил меня присматривать за тобой, всё стало только сложнее: как сохранять хладнокровие, когда рядом женщина, от одной мысли о которой у меня сердце стучит быстрее? Когда я сжимаю зубы от ревности, стоит кому-то подойти к тебе слишком близко?

— Портер, зачем ты…

— Вчера я едва не врезал тому подонку, потому что он полез к тебе. Я даже толком не думал. Просто увидел, что ты сопротивляешься, и мгновенно оказался рядом.

— Я не просила тебя… — шепчу я, отворачивая взгляд к окну.

Он касается моей щеки, мягко разворачивая меня к себе.

— Тебе никогда не нужно просить меня защищать тебя, Харлоу. Я хочу этого. Чувствую, что должен. Ты — не случайная интрижка. Не женщина, с которой проводят ночь и забывают. — Его взгляд становится серьёзным. — Я хочу быть единственным мужчиной, которого ты захочешь подпускать так близко. Ты для меня очень важна. И эта ночь… — его голос теплеет, — она значит для меня куда больше, чем ты думаешь.

Он подмигивает, и моё сердце тает.

В нём соединяются два его мира: тот Портер, которого знаю я — внимательный, надёжный, — и тот, которого видят другие: уверенный, сильный, опасно привлекательный. Это сочетание он показывает только мне.

Я протягиваю руку, мягко касаясь его, отдавая ему ту нежность, в которой он сам только что признался. Его дыхание сбивается, и я чувствую, как он упирается ладонью в стену позади меня, удерживая равновесие.

— Я буду единственной женщиной, которую ты подпустишь так близко? Кто ласкает тебя так? — шепчу я, приближаясь к нему губами и провожу языком по головке его члена, прежде чем обхватить её губами.

— Да, чёрт, как же хорошо, — выдыхает он, и я понимаю: слышу правду. Мужчина не станет врать женщине, когда та ублажает его ртом.

Спустя час и совместный душ мы сидим на диване, наблюдая за заснеженным Чикаго. У Портера звонит телефон. Он поднимает трубку.

— Портер Дэниелс… Да… Понимаю… Так и думал… Нет, пару дней переживём. Когда ожидаете запуск?.. Понятно. Да, держите меня в курсе. Как только получим разрешение — будем готовы. Спасибо.

Он поворачивается ко мне.

— Мы застряли минимум на два дня, дорогая. Аэропорт обледенел. Раньше рождественской ночи отсюда не улетим.

— Вот чёрт. Я как раз собиралась за подарками. Молодец я — вечно всё откладываю.

Он берёт меня за талию и усаживает на себе на колени. Фактически заставляет оседлать.

— Мы всё ещё можем пройтись по магазинам. Аэропорт закрыт — но это не значит, что весь город остановился. Канун Рождества — сегодня все бегают за подарками. Почему бы не присоединиться?

Я смеюсь и целую его.

— Ты же понимаешь, что ты невозможный?

— Я потряс твой мир прошлой ночью и этим утром, так что, думаю, ты права, — ухмыляется он, и я смеюсь, шлёпая его по руке.

Я спрыгиваю с его колен и бегу в спальню.

— Чего ты ждёшь, капитан? Время идёт! У нас есть планы и деньги, которые нужно потратить.

Да, возможно, я проведу праздники вдали от дома.

Но Рождество в Чикаго с Портером Дэниелсом вдруг перестаёт казаться плохой перспективой.

Глава 7

~ Харлоу ~

Если бы мне когда-нибудь удалось найти себе равного в шопинге, то, пожалуй, Портер им бы и оказался. Мы часами переходили из магазина в магазин, лавируя между другими покупателями, спешащими купить подарки в последний момент. Мы смеялись, обменивались быстрыми поцелуями и бродили по Великолепной Миле Чикаго.

Мы остановились лишь на обед, после чего продолжили масштабное наступление на наши кредитки — хотя, по правде говоря, Портер платил куда чаще. Он настоял, что хочет оплатить всё, и сколько бы раз я ни повторяла, что отец позаботится о расходах, его непоколебимость оставалась неизменной. Моё раздражённое бурчание он встретил тихим, но твёрдым:

— Ни хрена подобного!

Когда я попыталась позвонить отцу и попросить его приструнить этого упрямца, всё стало только хуже. Портер легко отобрал у меня телефон, спрятал в карман брюк и даже не дал мне закончить протест.

Посреди «Нордстрома» он развернул меня, удерживая за талию, прижал к себе так близко, что весь окружающий шум будто растворился, и, слегка проведя пальцами по джинсовым карманам сзади — фактически взял в плен, но удивительно нежный — произнёс речь, от которой моё сердце сбилось с ритма, а трусики стали влажными.

— Харли, я — главный пилот твоего отца. Человек, которому он доверяет самое дорогое. Мужчина, который хочет быть рядом с самым важным для него человеком, должен иметь смелость сказать об этом лично. Не когда между нами три тысячи километров. Дай нам несколько дней, чтобы укрепить то, что между нами начинается. Прежде чем мы расскажем твоему отцу. Ты сможешь, милая?