Любовь и пряный латте - Уилсон Мисти - Страница 37

Я вздыхаю.

– Замолчи, пожалуйста. Не пялится он на меня.

Я-то знаю, потому что это я вечно пялюсь на него.

– Ладно, как скажешь.

– Жители и гости Брэмбл-Фолс, внимание! – кричит в мегафон тетя Наоми, она сейчас стоит на краю беседки. – Добро пожаловать на новые мероприятия! Через пять минут начинается Осенний Пряный Забег! Участникам просьба прямо сейчас подойти к беседке!

– Вон Ашер, – говорит Слоана, показав пальцем. Она и Ашер побегут вместе. – Иди болеть за нас.

Вслед за Слоаной я иду к беседке и отхожу в сторону. Мне сейчас очень грустно, что мы не вышли на двадцать минут раньше и не успели забежать за кофе до начала мероприятия.

У меня в кармане жужжит телефон.

Джейк, Ворующий Ручки: Сегодня вечером придешь?

Сегодня вечером Большой Костер, и я от всей души радуюсь, что к нему готовиться не надо. Я бы, наверное, уснула на ходу, пытаясь дотащить дрова до кострища. Как только забег закончится, я пойду к себе и буду спать столько, сколько захочу, ну или до того момента, пока Слоана не вытащит меня из кровати и не приведет обратно сюда.

Я: Да, приду.

И кладу телефон обратно в карман.

Я наблюдаю за Слоаной. Она робко улыбается Ашеру, который что-то ей рассказывает, и тут ко мне подходит тетя Наоми.

– Ты участвуешь? – спрашивает она. – Нам как раз не хватает одной пары.

– Нет. – Я качаю головой. – Нет-нет. У меня даже пары нет. Я…

– Все, внимание! – кричит в мегафон тетя Наоми, и мои барабанные перепонки просят пощады. – Есть ли у нас одиночные бегуны? У кого нет пары?

В толпе все замолкают и оглядываются по сторонам.

– Тетя Наоми, я правда не…

– У моей племянницы нет пары, – объявляет она, не обращая внимания на мои слова. – Есть добровольцы?

Сейчас все точно начнут пялиться на меня; я опускаю взгляд в землю и прикрываю лицо рукой.

– Купер Барнетт! Тащи сюда свою задницу! – кричит тетя Наоми.

Я резко оборачиваюсь к палатке от «Кофейной кошки». Купер встречается со мной взглядом, а пожилая женщина, с которой он вместе работает, что-то говорит ему. Он не двигается с места, и она слегка подталкивает его. Покачав головой, Купер снимает фартук и выходит из палатки. Несколько человек из толпы аплодируют ему.

Как же это унизительно.

– Что ж, Митчелл, – с ухмылкой говорит Купер, подойдя ко мне, – готова выиграть?

– Ты вовсе не обязан бежать со мной, – заверяю я его.

Купер потягивается в разные стороны, как будто разминается перед соревнованиями по триатлону, а не дурацким маленьким состязанием.

– Серьезно? Тогда сама скажи это своей тете. А заодно и Бетти Линн, – говорит он, ткнув большим пальцем в палатку. – Я почему-то не сомневаюсь, что она бы меня уволила, если бы я отказался бежать с тобой.

– Почему этим провинциалам обязательно надо лезть в чужие дела? – бурчу я себе под нос.

Купер хмурится.

– Эти провинциалы просто волнуются.

Я вздрагиваю, услышав раздражение в его голосе.

– Я не хотела… – Я вздыхаю. – Извини. Ты прав. Я просто устала.

А еще Слоана со своими комментариями лезет и доводит до белого каления.

– Все нормально. – Купер поводит рельефными плечами, как будто стряхивая мои желчные слова. – Если что, я против бега ничего не имею. Но проигрывать люблю не больше тебя.

Он одаривает меня своей кривоватой ухмылкой в знак того, что я прощена, – ну или мы, по крайней мере, на пути к этому. Надеюсь, что все-таки первое.

– Что ж, отлично. Получается, у нас нет иного выхода, кроме как победить.

На щеке Купера в очередной раз появляется ямочка, а я просто стою рядом, положив руки на пояс, и пытаюсь изобразить уверенный вид.

На самом деле в плане физической подготовки я недалеко ушла от новорожденного жирафа.

Тетя Наоми вновь вскидывает мегафон и кричит в толпу:

– В этом году участники побегут парами, им предстоит выполнить три задания.

После этого она поворачивается к бегунам.

– Как только вы спуститесь с горки из сена, вы окажетесь в зоне первого задания. Вам нужно будет с ног до головы обмотать друг друга туалетной бумагой, оставив открытым только лицо. Когда оба участника команды превратятся в мумий, можете бежать к моему любимому заданию: ловля яблок. Каждая команда должна добыть по пять штук. Каждому участнику необходимо добыть как минимум одно. Последнее задание – бег на трех ногах. Вам нужно встать бок о бок, связать расположенные рядом ноги и добежать до финиша. Если веревка развязалась, необходимо остановиться и снова связать ноги. Победит та команда, которая первой разобьет свои тыквы!

Толпа улюлюкает и аплодирует, а мы идем к точке старта: тюкам сена, сложенным в некое подобие лестницы. Я вешаю свой шарф на дерево поблизости, пока все прочие команды занимают места. Слоана и Ашер дают друг другу пять.

Купер слегка бьет меня в плечо.

– Победа у нас в кармане.

Я киваю и пытаюсь сосредоточиться на первом препятствии, а не на янтарных глазах Купера.

– На старт, внимание… – кричит тетя Наоми, – марш!

Купер бросается вперед, на своих длинных ногах он легко перескакивает через шаткие импровизированные ступеньки. Добравшись до самого верха, он не спрыгивает вниз, а протягивает руку мне. Я хватаю ее, и Купер тащит меня к себе через две последние ступеньки.

– Митчелл, не отставай, – говорит он, отпускает мою руку, спрыгивает вниз и грациозно приземляется на обе ноги.

Я следую за ним и кулем падаю в листья.

– Ты в порядке? – смеется Купер.

– Более чем.

По обе стороны от нас другие участники суетятся и разбегаются в разные стороны, все кричат своим парам, чтобы поторапливались.

Я сильно недооценила, как серьезно местные жители относятся к забегу.

– Сосредоточься, – говорит Купер. – Сфокусируйся на награде, а не на соперниках.

Мой взгляд тут же устремляется к нему.

Хотя Купер, разумеется, имел в виду совсем другое.

Я встаю и счищаю листья с джинсов.

– Ты прав. Пошли.

Мы бежим к первому заданию, мои верные ботиночки скользят на траве.

– Мне опять тебя понести? – орет Купер через плечо.

– Тихо. Я не настолько медленная, – задыхаясь, отвечаю я. Купер уносится вперед, мне остается только тащиться вслед за ним. Потому что на самом деле я настолько медленная.

К тому времени, когда я добираюсь до груды туалетной бумаги, Купер уже ждет меня, присев на корточки.

– Мы обречены, – говорит он и принимается обматывать мне ноги туалетной бумагой.

– Нет. Мы выиграем.

– Размечталась. – Купер поднимается выше по ногам.

– Нет, я проявляю оптимизм.

– Да-да, убеждай себя, Митчелл, – говорит он и поднимается на ноги. – А теперь руки вверх и крутись вокруг оси, так будет быстрее.

Я кручусь на месте, а Купер держит рулон так, что туалетная бумага обматывается вокруг моего корпуса. По мне как будто пробегает электрический разряд, когда Купер проводит рукой по моей талии, чтобы поправить бумагу; все нервные окончания мгновенно активизируются, и по коже бегут мурашки. Потом Купер берет второй рулон и с завидной скоростью принимается обматывать мне руки. Он так близко, что я чувствую знакомый запах: сахар, цитрус, стиральный порошок. Для меня это запах поездки на лошади, школьного бала и покрывала на кровати Купера. Аромат, который я хочу закупорить в бутылочке.

Покончив с руками, Купер переходит к голове: обматывает макушку, лоб, затылок, а потом отрывает конец и заправляет его за воротник, в то время как я стараюсь запечатлеть в памяти его образ.

– С тобой закончили, – говорит он. – Надеюсь, заматывать людей у тебя получается лучше, чем бегать.

– Ха-ха, – отвечаю я и беру очередной рулон туалетной бумаги. Потом наклоняюсь и как можно быстрее принимаюсь заматывать Купера: во-первых, я все-таки хочу выиграть состязание, а во-вторых, так мне не нужно смотреть на это лицо, которое так и хочется поцеловать.